Больно (не) будет

Глава 2.3

В последнюю секунду перезагружаю игрушку, затаив дыхание. Экран ноутбука мерцает, пальцы все еще висят над клавиатурой. Секунда, другая, и вот она – легкая вибрация, щелчок, движение. Игрушка оживает.

– М-да, я немного разочарован, но… – произносит мистер Варго, делая паузу.

Лапки начинают вращаться поочередно, ровно так, как я и рассчитывала

– Оу, не совсем разочарован, – он поднимает бровь.

По аудитории раздается гул. Варго обводит нас взглядом и говорит совершенно монотонным голосом:

– Покажи себя, о мой догадливый студент и счастливчик.

Я поднимаю руку неуверенно, чувствуя, как все взгляды обращены ко мне. Препод улыбается во весь рот. Слишком широко, словно с какой-то иронией.

– Представьтесь, – просит он.

– Габриэль Арроу, – отвечаю.

Голос чуть дрожит, но я не отвожу взгляда. Да, все-таки большое внимание выбивает почву из-под ног.

– Поздравляю, Габриэль, – препод чуть кивает. – И как вы думаете, что сделала ваша одногруппница? – обращается он к остальным.

Ответа он не получает – никто не знает, что ответить.

– Плохо. Очень плохо, – продолжает Варго. – Ну ладно, я подскажу. Габриэль изменила драйвер. Всего-то. Просто, правда? Но, как показывает практика, не все способны увидеть очевидное, – улыбается краем губ. – И учтите, это не последнее подобное задание. Здесь нужно не просто знать код, а думать. Головой. И лучше – обеими полушариями сразу.

После этого он возвращается к лекции. Говорит уверенно, спокойно, с тем самым тембром, от которого хочется слушать даже то, что кажется неинтересным. У него голос человека, который знает свое дело.

Я записываю все, что кажется важным, и стараюсь не думать о том, что он пару раз бросил взгляд именно в мою сторону.

Габриэль не накручивай себя!

А вот у Ракель рот не закрывается. Болтает без остановки. Я не понимаю, как у нее еще не образовалась мозоль на языке.

На второй паре у нас окно, и мы решаем выйти на улицу – просто посидеть и перевести дух.

Ракель растягивается на траве, закидывает руки за голову и смотрит в небо.

– Расскажи мне о себе, – тянет она, не отводя взгляда от облаков.

– Мне двадцать, живу в квартире бабушки и дедушки. Жизнь скучная, без приключений, – говорю я, не особо задумываясь.

– Парень есть? – спрашивает она и хитро шевелит бровями.

– Нет. Не до отношений как-то было.

– Даю руку на отсечение, что ты девственница, – заявляет девушка с такой уверенностью, будто делает научный вывод.

– С чего ты вообще это взяла?! – покашливаю и оглядываюсь по сторонам, вдруг кто-то услышал.

– Да ладно?! Это правда? – она поднимается на локтях, глаза блестят, будто ей только что сообщили сенсацию.

– Да, – говорю спокойно. – И ничего постыдного в этом не вижу.

– Габи, – смеется она, качая головой, – в двадцать лет и до сих пор нет? Это срочно нужно исправить! Точно! Сегодня будет вечеринка, на которую пойдут все, и ты тоже должна быть там.

– Ракель…

– Без «но», – перебивает она. – С тебя платье и полное отсутствие тормозов.

Закатываю глаза, но где-то внутри чувствую, что сопротивляться ей будет сложно. Похоже, я только что встретила катастрофу, решившую перевернуть мою жизнь.

Глава 2.4

Пока Ракель тараторила обо всем подряд, мое внимание постепенно уходит от ее слов к группе парней, стоявших метрах в десяти от нас. Они громко разговаривают и смеются.

Двое из них – близнецы из нашей группы. Еще двое – незнакомые, но явно тоже студенты этого университета. Один стоит ко мне спиной, высокий, в черной толстовке с капюшоном, руки в карманах.

Тот, что утром мне подмигнул, замечает мой взгляд и машет, широко улыбаясь. Остальные почти одновременно бросают в нашу сторону взгляды. И в тот момент, когда повернулся тот, кто стоял спиной, меня бросает в холодный пот.

Странное чувство.

Его лицо разбито: свежие ссадины, порез на щеке, синяк под глазом, который уже налился фиолетовым.

– Это кто же его так отмудохал? – охает Ракель, не сдержав смешка.

У меня перед глазами мгновенно всплывает вчерашняя ночь: темнота, кладбище… и тот мужчина. А может, парень?

Комок подступает к горлу, и я машинально сглатываю, не отрывая взгляда от парня.

Да быть такого не может. Мало ли: вдруг с кем-то подрался или попал в аварию.

– С чего ты взяла, что его избили? – произношу как можно спокойнее, хотя внутри все сжимается. – Может, что-то другое произошло.

Нет, нет! Это просто я себя накручиваю!

Но почему внутреннее «я» кричит: «Беги!»?

– Сделай лицо проще, они идут сюда! – шипит Ракель, незаметно расправляя плечи и поправляя волосы.

Я резко отворачиваюсь и только потом позволяю себе снова посмотреть на приближающихся. Они идут уверенно, будто тут всем управляют.

– Привет еще раз, – первым заговорил тот, что подмигнул мне. – Я Ноэль.

– Ракель, а это Габриель, – указывает девушка на меня.

– Ашер, – представился второй близнец.

Голос у него мягче, но взгляд более тяжелый.

– Дан, – добавил третий, бросив Ракель явный, почти флиртующий взгляд.

Та тут же ответила ему широкой улыбкой.

– Арчи, – говорит последний.

Я вздрагиваю. Этот голос. Черт. Я могла бы узнать его даже во сне. Тот самый, что вчера рычал сквозь зубы: «Отпусти!»

Холод пробегает по позвоночнику. Это не может быть совпадением. Но, к сожалению, совпадение – редкое явление.

– Габриель, что с тобой? – обеспокоенно спрашивает Ракель, заглядывая мне в лицо.

– Ничего. Все нормально, – отвечаю еле слышно, натягивая на себя искусственную улыбку.

– Ты будто привидение увидела.

Можно и так сказать. Только это так называемое привидение из вчерашнего ада, где я чудом оказалась живой.

А теперь оно стоит прямо передо мной.

Визуал 3

Портер Данте (Дан) Адриан, 21 год

Глава 3

Покалеченный парень смотрит на меня прищурено, будто пытается прочесть между строк то, чего я сама в себе боюсь увидеть. Его взгляд пронзает, цепляется за лицо, за глаза.

По коже бегут мурашки. В этих глазах – что-то двойственное: заинтересованность, но под ней скрыт холод, настороженность, почти угрожающая. И, как назло, именно это притягивает. Не должно, а все равно тянет. Но я никогда не была как все.

– Так вы первокурсницы? – спрашивает он, не отводя взгляда.

– В точку, красавчик, – отвечает за нас Ракель, явно наслаждаясь вниманием.

– Он красавчик? – усмехается Дан. – Лучше обрати внимание на меня. Я же сам Аполлон, спустившийся с небес ради тебя, детка.

– Разочарую тебя, милый, – лениво тянет Ракель. – Я любительница женских кисок, а не мужских пенисов.

– Вот это поворот! – смеется Ашер, хлопая приятеля по плечу.

– Может, тебе показалось? – не сдается Дан, явно не привыкший к отказам. – Для тебя могу и юбку надеть.

– Нет, милый, – улыбается она. – Я стопроцентная лесбиянка.

– Жаль, – протягивает Ноэль, щурясь. – Надеюсь, вы не пара, – кивает на меня.

– О-о-о, нет, – протягивает Ракель с улыбкой. – Этот ангелочек точно натуралка. Так что у тебя есть шанс, но не думай, что будет просто.

– Ты хоть совершеннолетняя? – спрашивает у меня Арчи, приподняв бровь.

– Мне двадцать, – отвечаю спокойно.

– А выглядишь как малолетка, – ухмыляется он.

– Да ты что? А ты похож на великовозрастного дядю, которому вчера хорошо наваляли, – вырывается у меня прежде, чем успеваю подумать.

Черт! Ну кто меня тянул за язык? Да что со мной не так?!

Воздух вокруг будто замирает. Глаза Арчи темнеют, челюсть сжимается, и на лице появляется злая гримаса.

Сердце падает куда-то вниз. Сейчас мне страшно так же, как вчера, когда я думала, что прикопают в безымянной могилке. Неизвестно, что у него в голове.

А вдруг он догадался, что это была я? Нет, ерунда.

– Ты права, – произносит он спокойно, почти равнодушно, будто мы обсуждаем погоду. – Вчера вечером гулял в парке, и какая-то сумасшедшая напала на меня.

Я моргаю, притворяясь удивленной.

– На тебя? Ты себя вообще в зеркало видел? Это, скорее всего, был сумасшедший.

– С чего такие предположения? – не успокаивается Арчи, глядя на меня сверху вниз.

Его тон спокойный, но в этом спокойствии чувствуется что-то опасное, будто он нарочно играет со мной.

– Навряд ли женщина может нанести такие увечья такому здоровому парню, – говорю как можно ровнее, хотя внутри все сжимается. – Глупости какие-то ты нам рассказываешь.

– Всякое бывает, – хмыкает он, глядя прямо мне в глаза. – Девушки все разные. Вот, например, моя мама на вид слабенькая женщина, но навалять сможет любому здоровенному мужику.

Он приседает на корточки рядом и тянет руки к моей ноге, не разрывая нашего зрительного контакта.

Я отползаю, сердце начинает колотиться чаще.

– Совсем забыла, мне нужно подойти в деканат! – выпаливаю резко и почти подпрыгиваю на месте, делая несколько шагов назад.

Арчи усмехается, и на лице появляется ядовитая улыбка.

Господи! Он догадался! Он точно знает! Или просто играет со мной, проверяя, как я себя поведу. Но если знает, то почему молчит? Неужели всё так очевидно?

– Было приятно познакомиться, – прикусываю губу, стараясь не паниковать. – Ракель, встретимся на паре.

Разворачиваюсь и иду прочь, не оборачиваясь. Чувствую на себе взгляды всех пятерых, особенно, как мне кажется, сильнее прожигает – его.

– До скорой встречи, Ангелочек, – бросает Арчи мне вслед.

От его интонации по телу пробегает дрожь, будто он шепчет прямо у уха. Хочется свернуться в комок, провалиться сквозь землю и исчезнуть.

Черт возьми!

Каждый шаг дается с усилием. Я иду, стараясь не ускоряться, но внутренне уже бегу.

Стоит мне переступить порог университета, какдыхание немного выравнивается, но ненадолго. Из-за угла появляется мистер Варго.

– Габриэль, как хорошо, что встретил тебя, – говорит он спокойно. – Ты забыла кое-что.

Он протягивает мне ту самую игрушку и флешку.

– Спасибо большое, – отвечаю, принимая их из его рук.

– Ты заслужила это, – кивает он. – Из всех студентов только ты смогла справиться с этим заданием. С одной стороны, оно простое, но с другой – требует мышления. Продолжай в том же духе, и у тебя будет большое будущее.

Его слова звучат как похвала, но почему-то я ловлю себя на мысли, что за этой доброжелательностью скрывается что-то еще. Взгляд у него слишком внимательный. Слишком… дискомфортный.

Визуал 4

Диаз Ашер Макс, 19 лет

Диаз Ноэль Макс, 19 лет

Глава 3.1

– Ты не могла надеть что-то другое? – Ракель обходит меня по кругу, окидывая взглядом сверху вниз. – У тебя вся одежда на два размера больше?

– Мне нравится, – спокойно отвечаю.

– М-да уж, – протягивает она, театрально вздыхая. – Больше мне нечего сказать. Так ты нескоро избавишься от девственности.

– Перестань, – закатываю глаза. – Ты о ней говоришь, как о какой-то чуме.

– А я вообще не понимаю, зачем она нужна, – пожимает плечами. – Бесполезная штука в нашем организме.

– Давай закроем тему моей девственности, – говорю чуть строже. – Всему свое время. А вообще, я жду принца на белом коне.

– Разочарую тебя, Ангелочек, – ухмыляется Ракель. – Принцы в современном мире давно передохли, остались только их кони.

– Значит, быть мне девственницей до самой смерти. Помру старой девой, – смеюсь, толкая ее локтем.

Ракель фыркает, машет рукой и буквально силой затаскивает меня внутрь дома, где уже вовсю идет вечеринка. В воздухе витает запах сигарет, алкоголя и женских духов. Людей столько, что пройти почти невозможно: кто-то уже еле стоит, кто-то танцует на столе, кто-то целуется в углу.

Спасибо хоть не занимаются сексом.

В мою руку вдруг каким-то чудом попадает пластиковый стакан с чем-то прозрачным. Я подношу его к носу и морщусь – пахнет так, будто это чистый спирт.

Честно признаюсь, крепче пива я ничего не пью, и желания это менять у меня нет. Люблю, когда голова работает ясно, а мозг не плывет.

Ракель, наоборот, чувствует себя как рыба в воде. Она уже обнимается с людьми, смеется, заводит разговоры и успевает познакомиться с половиной дома.

Я же стою чуть в стороне, наблюдая. Во всем этом движе чувствую себя как наблюдатель из другого мира. Такова, наверное, судьба бывшей одиночки и зубрилки – быть рядом, но не частью.

– …и вот я, значит, стою с повисшим членом и смотрю на ее мать и отца, – чуть ли не сквозь смех рассказывает парень. – В тот вечер я еле ноги унес, не получив ведро соли в задницу! А на минуточку, она у меня охуенная!

Толпа вокруг взрывается смехом. Ракель прыскает, чуть не расплескивая свой коктейль.

– Редко кто рассказывает про свои косяки с первым разом, – хохочет она. – Все же обычно супер-мачо: «Драл ее пять часов», «Она кончает, как только в нее вхожу». Бесят, честное слово.

– Не верьте, куколки, – машет рукой тот парень, ухмыляясь. – Все мужики по этому поводу трындят. Первый раз всегда косячный. Согласитесь?

Почти все вокруг оживленно соглашаются с рассказчиком, смеются, спорят, кто-то поднимает тост, кто-то хлопает по плечу. Только я молчу, не зная, что ответить, не чувствуя себя частью этой компании.

Уже думаю тихо встать и свалить, когда вдруг прямо над ухом слышу голос, от которого внутри все сжимается. Меня в прямом смысле передергивает.

– Вот мы и снова встретились, Ангелочек.

Я замираю, пальцы сжимают стакан, и в голове звенит только его тембр. Этот голос невозможно спутать.

Рядом кто-то радостно вскрикивает:

– Какие люди! Сто лет не видел тебя, Сумрак!

Сумрак?..

Резко поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с Арчи. Сердце сжимается в груди.

– Весь в делах, Душный, – отвечает он и становится около маленького столика. – Я смотрю, ты спаиваешь первокурсников.

– Можно и так сказать, – усмехается тот, кого он назвал Душным. – Только одну никак не заставлю хоть немного выпить. Да, Рыжик? – обращается он ко мне, хлопая по колену.

– Не люблю алкоголь, – отвечаю тихо. – В подобных местах разум должен быть чистым. Мало ли.

Арчи усмехается, садится около меня и небрежно закидывает руку на плечо. Тело напрягается мгновенно. Каждая клетка будто кричит «Отсядь», но я не двигаюсь. От него пахнет дорогим парфюмом, дымом и чем-то резким, металлическим. Сердце бьется быстрее. Я не привыкла к чужим прикосновениям, особенно к вот таким.

– Сумрак, а где твои братья? – спрашивает Душный, подмигивая.

– Сейчас подойдут, – отвечает он.

– Почему Сумрак? – интересуется Ракель, явно не замечая моего состояния. – Странное прозвище.

– Не ищи смысла в прозвищах, – вмешивается один из подошедших близнецов. – Они у нас спонтанные.

– У вас тоже есть? – Ракель рассматривает парней с искренним любопытством, как диковинку.

Сейчас они выглядят иначе, нежели в университете.

– Естественно, – отвечает Ашер, усмехаясь.

– Ну и? – подталкивает она.

– Девушки, познакомьтесь, – берет слово Душный. – Шаман и Жнец.

Мир будто на секунду останавливается. В ушах звенит, музыка становится глухой, будто через стекло. Я слышу эти прозвища, и что-то внутри переворачивается. Шаман. Жнец. Сумрак.

Это не может быть совпадением.

Визуал 5

Диаз Арчи Алек, 20 лет

Глава 3.2

Я сглатываю, пытаясь вернуть дыхание, и почти шепотом спрашиваю:

– Сумрак, Шаман, Жнец… и вы братья?

Голоса вокруг стихают. Арчи чуть наклоняет голову, его глаза ловят мой взгляд, и на губах появляется та самая медленная, злая улыбка.

– В точку, Ангелочек, – произносит Арчи, глядя прямо на меня. – Кузены.

– Просто охренеть, – вырывается у меня.

Хватаю стакан со столика и опрокидываю его залпом, чувствуя, как жидкость обжигает горло.

Фу, какая гадость!

– Ничего себе! – в один голос говорят несколько человек, кто-то даже смеется.

– Просто охренеть! – повторяю я уже тише и резко поднимаюсь. – Мне домой пора!

Но не успеваю сделать и шага, как кто-то тянет меня обратно за толстовку. Я теряю равновесие и падаю прямо на колени Арчи. Его руки тут же оказываются на моей талии, прижимая к себе.

– Куда это ты собралась? – произносит он тихо, почти шепотом.

– Руку убери, – шиплю сквозь зубы, чувствуя, как его дыхание касается щеки.

– А то что? – спрашивает он, глядя с вызовом.

– Расцарапанной рожей и заплывшими глазами не обойдешься, – произношу прямо ему в ухо.

Арчи напрягается, пальцы сильнее сжимаются на моей талии, и я едва сдерживаю вскрик. Боль простреливает спину. Тело цепенеет, будто по ним прошел ток. На лице у него появляется тень – смесь злости и… чего-то еще.

– Эй, вы чего? – вмешивается Ноа, кладя руку на плечо брата. – Арчи, ты ей больно делаешь. Подобное не в твоем стиле.

Парень тяжело выдыхает, будто выталкивает из себя злость, и наконец отпускает.

Я быстро поднимаюсь, отступаю на шаг, делаю вид, что все в порядке, но внутри все дрожит. Сердце стучит слишком громко, дыхание сбито, и только чудом я не выдала трехэтажный мат.

Пока все отвлечены, я разворачиваюсь и бегом поднимаюсь наверх по ступенькам к ванной. Захлопываю за собой дверь, наваливаюсь на нее спиной и наконец выдыхаю.

Свет режет глаза. Подхожу к раковине, включаю воду и подставляю ладони под холодную струю. Несколько раз брызгаю на лицо, но сердце все так же колотится, будто меня вот-вот прикончат.

Поднимаю взгляд на отражение – бледная кожа, расширенные зрачки, испуганный взгляд.

– Господи… Ну за что мне все это? – шепчу в пустоту.

Сажусь на крышку унитаза, обхватываю колени. В голове гул, мысли скачут. Сейчас бы сигарету. Или просто кнопку «выключить». Хотя бы на пять минут.

Сумрак, Шаман, Жнец… Быть такого не может! Или может? Мало ли таких прозвищ. То, что они трое братья, тоже ничего не меняет. Но, черт возьми, слишком много совпадений. Если у них действительно те самые татуировки, то это точно они. И это все усложняет. Значительно усложняет мою жизнь.

– Занято! – раздраженно выкрикиваю я, когда в дверь стучат уже в сотый раз.

Бросаю последний взгляд на свое отражение в зеркале, отщелкиваю замок и собираюсь выйти, как дверь внезапно распахивается. В ванную вваливается Арчи. От страха пячусь назад. Он подходит ко мне, как хищник, его ухмылка полна угрозы.

Когда упираюсь в раковину, паника накрывает с головой. Хватаю первый попавшийся предмет и метаю в него, но он ловко уклоняется.

– Какого хрена тебе нужно? – чуть ли не пищу, ведь мне действительно страшно.

– Хочу кое в чем убедиться, – произносит он.

Арчи за считанные секунды оказываясь рядом и усаживая меня на край столешницы, устраивается между моими ногами. Я застываю, не зная, как реагировать. Мои глаза встречаются с его темно-карими.

Мужская рука медленно скользит по моему бедру, и по телу пробегают предательские мурашки. Когда он нащупывает электронный браслет на моей ноге, его усмешка становится еще более самодовольной.

Блядство!

– Надеюсь, ты будешь послушной девочкой, и то, что увидела на кладбище, останется между нами, – шепчет практически в губы.

Все это время я не дышу, завороженная его взглядом. В голове настоящий хаос, мысли путаются. Отвожу глаза в сторону, пытаясь хоть что-то сообразить.

– А если…

– Без если, Ангел, – перебивает, аккуратно дотрагиваясь до моего подбородка, заставляя меня смотреть ему прямо в глаза. – А за красоту, которую ты навела на моем лице, мы поговорим отдельно.

Резко отстранившись, он покидает туалет, оставляя меня в полном замешательстве. Сижу на столешнице, прибывая в шоке от того, что только произошло. Сердце колотится словно у кролика, загнанного в угол.

Блять!

Блять!

Блять!

Что теперь делать?

-----

Всем приветики!

Я подготовила плейлист для книги "Больно (не) будет"

Все песни вы найдете у меня в тг и вк.

Ссылки находятся во вкладке "Обо мне" https://litnet.com/shrt/7e0A

Визуал 6

Габриэль (Призрак)

Глава 4

Всю оставшуюся неделю я не появляюсь на парах, прикрываясь банальной отмазкой – болезнь. На самом деле никакой болезни нет. Я просто… мне страшно.

Боюсь того, что Арчи может со мной сделать, если захочет. Стоит только вспомнить этот холодный, пронзающий, оценивающий взгляд, и по спине пробегают мурашки. От одной мысли, что снова могу столкнуться с ним в коридоре университета, все тело цепенеет.

А ведь все только усложняется тем, что я знаю, кто он и близнецы на самом деле. Знаю, с кем общалась в сети, и понимаю, в каком окружении они крутятся. Это не просто мафия – это паутина, и я уже раз в нее влезла.

Не сказать, что я трусиха, но я люблю жизнь. И умирать в двадцать лет, да еще девственницей, точно не входит в мои планы.

Черт возьми, я ведь даже ни разу по-настоящему не целовалась. Столько всего нереализованного, а тут – конец моего существования на горизонте.

Всю неделю мне пишет отец. Спрашивает, почему я не посещаю пары, что случилось, не заболела ли. Я, как обычно, игнорю, блокирую, удаляю. Но толку от этого – ноль. Для такого человека, как он, не существует слова «невозможно».

Иногда кажется, что он и сейчас наблюдает за мной. Просто ждет, когда оступлюсь.

Но когда-нибудь я докажу, что обойдусь без него. Что смогу сама. И пусть ему будет стыдно. Стыдно за все.

Откинувшись на спинку стула, выдыхаю, глядя в потолок. Голова гудит, тело затекло. Скидываю ноги со стола, встаю и пинаю ногой пустую коробку из-под пиццы.

Комната – настоящая мусорка: обертки, стаканы, одежда. На полу валяется ноутбук, на кровати – крошки, рядом – кружка с остывшим кофе. За эти дни моя комната окончательно превратилась в убежище бомжа.

Готовить я не умею и не хочу. Все сводится к доставке: пицца, лапша, роллы. Удобно, быстро и жирно. Я настоящая неряха, и даже не стыдно. Мой внешний вид сейчас точно не добавляет очков привлекательности: красные глаза от экрана, волосы – воронье гнездо, футболка с пятном от сырного соуса. Мечта любого парня, да.

Даже бомж не посмотрит на такую.

И все же, несмотря на угрозы отца и ограничения по условному освобождению, я возвращаюсь к старому. Нужно же на что-то жить. Тратить его деньги я отказываюсь. Пусть катится со своей щедростью.