В половине четвертого я закрыла последний заказ. В первый же день я познакомилась со многими постоянными посетителями: старичком, вставная челюсть которого была явно неудобной и щелкала, когда он делал заказ; Адрианом, чью кожу сплошь покрывали татуировки и пирсинг, так что его впору показывать на ярмарке как одного из самых необычных людей; толстушкой с ярко-оранжевыми волосами; Моникой, которая никак не могла утихомирить двух ожесточенно дерущихся сыновей-близнецов; механиками из городской автомастерской; Глорией и Мириам; студентами-азиатами, посещавшими кафе после уроков английского языка; матерью-одиночкой, которая звала своего кошмарного трехлетку в необъятном подгузнике исключительно Золотцем, и высокой угловатой женщиной, которая во время разговора то и дело закатывала большие черные глаза и смеялась гортанным смехом. Несмотря на все их странности, эти люди были мне симпатичны.
Я бросила взгляд на настенные часы. Дети вернутся домой через десять минут. Я переживала, что несколько минут – пока я не приеду домой со смены – они будут дома совсем одни, и надеялась, что Брэд об этом не узнает.
– Ну, как первый рабочий день?
Я обернулась на голос. Бетти окликнула меня из кухни, где раскатывала тесто.
– Замечательно! Мне здесь очень нравится, – ответила я, стараясь изобразить радость на лице.
Она мотнула головой в сторону.
– Возьми домой тот пакет с позавчерашним печеньем. Держу пари, дети даже не заметят.
Я забрала печенье и лишь тогда ощутила голод: я ведь не обедала.
– И это тоже возьми. – Бетти кивнула на другой пакет. – Заказывали на вынос и не забрали.
Мне это показалось странным. Еще один заказ, который не забрали?
– Не возьмешь – выкинем, – добавила Бетти, раскладывая тесто в форме для пирога.
Я накинула куртку и побежала к машине. Пока двигатель прогревался, открыла пакет. Внутри оказался сэндвич из ржаного хлеба с индейкой, швейцарским сыром и беконом. Я попробовала и чуть язык не проглотила. Как же вкусно!
Зак придавил Хейли к сиденью, чтобы она не вскочила, пока автобус не остановится.
– Запомни: как только дверь откроется, беги к дому со всех ног! – велел он.
– А если она нас увидит? – спросила Хейли, держа свой розовый рюкзачок на коленях.
– Ничего страшного, – ответил Зак. – Но ни в коем случае не смотри ей в глаза! Посмотришь в глаза Летучей Мыши – умрешь!
Он поднял рюкзак Хейли на уровень глаз.
– Вот! Держи его перед лицом, чтобы случайно не встретиться с ней взглядом!
Автобус остановился, и Зак выскочил на тротуар.
– Бежим! Скорее!
Держа рюкзак перед глазами, Хейли понеслась к крыльцу по кривой траектории и споткнулась на лестнице.
– Я ничего не вижу! – пискнула она.
Увидев миссис Мередит, которая наблюдала за ними со своего крыльца, Зак остановился.
– Быстрее! – крикнул он Хейли, спеша к двери. – Летучая Мышь смотрит на нас! Хватай ключ и беги в дом!
Нашарив ключ под цветочным горшком, Хейли уронила его в клумбу. Зак бросил свой рюкзак на крыльцо, оттолкнул сестру и лег на живот, чтобы достать ключ.
– Нам повезло, что Летучая Мышь до сих пор нас не съела! – сказал он.
Он вставил ключ в замок, и дети ввалились в дом, тяжело дыша.
Когда я вернулась домой в двадцать минут пятого, дверь была не заперта. Я с порога позвала Зака и Хейли.
– Минуту! – крикнул Зак из своей комнаты.
– Сейчас же! – рявкнула я, вешая куртку.
В коридоре раздался топот, и я отправилась на кухню готовить ужин.
– Когда приходите домой, нужно обязательно запирать дверь!
– Я забыл, – сказал Зак. – Мы бежали от Летучей Мыши и сразу спрятались в своих комнатах.
Мне хотелось рассмеяться, однако я отчитала его.
– Никаких «забыл»! Вы дома уже полчаса, всякое могло случиться. Вы должны напоминать друг другу запереть дверь. Даже если миссис Мередит на вас смотрит.
Зак явно расстроился. Ему, наверное, казалось, что я всегда на них ругаюсь. Я взяла пакет с печеньем и подумала: когда-то моя мама так же возвращалась домой из булочной.
– Смотрите, что я вам принесла. Печенье. Разрешаю съесть по одной до ужина.
Едва я открыла пакет, как Хейли бросилась ко мне и запустила руку внутрь.
– С кусочками шоколада! – взвизгнула она радостно.
Я протянула пакет Заку, но он не взял. Тогда я сама достала печенье и отдала ему.
– Я не злюсь, – шепнула я ему на ухо. – Просто не хочу, чтобы с тобой и Хейли что-нибудь случилось.
Зак взял печеньку, разом откусил половину и предложил:
– Давай сегодня нарядим елку!
Я достала из шкафчика кастрюлю.
– Только не сегодня. Я очень устала.
– Ты всегда усталая, – заметил он, доедая вторую половинку. – Я уже принес елку, посмотри!
Он указал в угол гостиной, куда притащил из сарая наше бедное деревце, не выше его самого. Я вздохнула.
– Мам, у всех уже гирлянды на окнах! Даже Летучая Мышь поставила елку у окна! Давай нарядим, а?
Возразить мне было нечего. Зак хотел сказать еще что-то, но я ему не дала.
– Сделай хотя бы часть домашнего задания, пока я готовлю ужин, а потом займешься елкой.