– Как и ты, дорогая, – я думала, что сейчас она скажет про мою нездоровую худобу или седые локоны, но ша произнесла: – Такая взрослая, такая красавица!
Мне с трудом верилось этим словам, но лицо няни излучало искренность.
– Я так скучала по вам! – промямлила я и одной рукой крепче ухватилась за ша, а другую протянула Сэм. Сестра опустилась рядом:
– Мы тоже, Лис, – произнесла она, – наконец-то ты снова дома!
Это был солнечный день, ни одна тучка не омрачала небо, и хотя в воздухе уже пахло зимой, а по утрам землю покрывал белый иней, погода оставалась довольно теплой. Я и не знала, что нам позволят выйти, думала, что все время нашей встречи мы проведем взаперти, но на этот раз Дарио оказался очень щедр. Интересно, что он попросит потом взамен?
Мы гуляли по парку. Среди Объединений он считался одним из самых больших островов зелени, который создал Город. Здесь было тихо и уютно, под ногами шуршали последние бурые листья, в воздухе витали запахи сырости, словно от водоема, ветра, сладких духов Сэм и неуловимого аромата самого Города.
Ворон и еще двое стражников шли на некотором расстоянии от нас и не мешали разговору. Мы вспоминали детство: как сбегали сюда от ша, а потом боялись, что нас заберут в ОБ; как ходили сюда на праздничные ярмарки (не такие, как устроили бы Тени, но все-таки) и как впервые познакомились здесь с Троем. Сэм вела меня под руку, и когда воспоминаниям пришел конец, стала воодушевленно рассказывать о своей учебе. Ша, коляску которой я везла сама, иногда вставляла свои комментарии, после которых Сэм вскипала от возмущения и отрицала каждое слово няни. Юноша, которого звали Кертом, тоже шел с нами. Он оказался близким другом сестры и помогал ей ухаживать за ша. По своей привычке я отнеслась к нему с недоверием и засы?пала вопросами о семье и учебе, пока Сэм не оборвала меня. Керт нисколько не смутился, и я задала ему еще один вопрос:
– Ты ведь понимаешь, что сестра Саманты – изгнанница?
– Да, я давно знаю об этом, – невозмутимо ответил он. – И, к слову, в моей семье тоже есть человек, получивший метку. Мой брат, его звали Бэн.
Я остановилась как вкопанная, и юноша усмехнулся:
– Да, ты, наверное, никогда не сможешь забыть его, правда? Когда мы познакомились с Сэм, я не знал, что он прятался именно в вашем доме. К нам бы он не пошел, в первую очередь стражники стали бы искать его у семьи. И я давно хотел поблагодарить тебя за то, что ты позволила ему войти.
– Жаль, что это не помогло, – сдавленно ответила я.
– И все-таки ты рискнула… И, конечно, Сэм, – он улыбнулся и с нежностью посмотрел на мою сестру.
Я поразилась глубине чувства, которое увидела в его глазах. И испугалась. Позволят ли им стать парой? Две семьи, отмеченные позором метки. Слава моих родителей-охотников может им не помочь. И в этот момент я вдруг остро ощутила разницу между жизнью в пределах стен и за ней. Последние недели, что я жила в Городе – теплом, полном еды, одежды и лекарств, защищенном от зверей и буранов Пустоши, – сильно повлияли на меня. Я часто стала ловить себя на мысли – почему мы так ненавидим Города, почему мы так рвемся разрушить то, что дарит покой и безопасность? Вот и сейчас мы гуляли по парку, беспечно болтали и смеялись, а темный лес, море и война казались далекими и ненастоящими. Зачем рваться туда, где приходится выживать? И Сэм дала мне ответ – в рейтах мы можем сами решать свою судьбу и отвечать за эти решения. Иногда жестоко, но зная, что мы сделали это сами. Я впервые по-настоящему задумалась, насколько это важно.
– А ты, Лис, – вдруг спросила Саманта, вырывая меня из раздумий, – какие у тебя истории?
– У меня?..
Я смотрела на нее и не знала, что ответить. У меня есть истории на любой вкус. Но вряд ли я когда-нибудь решусь рассказать их.
– Я не знаю, что выбрать, Сэм.
– Выбери ту, что привела тебя обратно в Объединения и в которой ты стала телезвездой! – она лукаво мне подмигнула, и я засмеялась.
– Ты так долго держалась, наверное, так и не терпелось спросить?
– А как ты думаешь?! Моя сестра теперь знаменитость!
– Точно, – кисло улыбнулась я. – Что ж, тогда я начну с одной легенды…
Мне пришлось тщательно подбирать слова и опускать самые жестокие подробности. Я рассказала им о железном монстре, что везет на другой берег, но умолчала о Тьме. Рассказала о своей ране, но не говорила о тех, кто все-таки сел на поезд. Мне пришлось признаться и в том, что я не по собственной воле работаю на Советы, но уверить, что ни в чем не нуждаюсь. Когда я закончила, все немного помолчали, а потом ша тихо спросила:
– Ты ведь снова собираешься туда отправиться? Собираешься найти тот берег?
Сэм и Керт уставились на меня со смесью ужаса и восторга, а я не могла собраться с духом и ответить.
– Да, няня, ты права, – наконец, выдохнула я.
– Что ж, это было очевидно, – ответила ша.
– Но как ты это сделаешь? – удивилась Сэм. – Ты…ты хочешь сбежать? – добавила она шепотом и бросила беглый взгляд в сторону Ворона. – Стоит ли оно того?
– Я бы не стала этого делать, если бы это было не так.
– Хорошо, Лис. Я тебе верю.
Моя маленькая Сэм! Разве ты не начнешь кричать от возмущения и сыпать недовольствами?
– Так, ребятки, – снова заговорила ша, – оставьте-ка нас с Алисой наедине. Мы с ней немного побеседуем.
Сэм и Керт послушно отошли, а я опустилась на корточки и взяла няню за руку.
– Попробуешь меня отговорить?
– Что за вздор! – возмущенно фыркнула она. – Все, что тебе кажется важным, важно и мне. К тому же ты не забыла, сколько историй и легенд я вам рассказывала? Так неужели это все пропадет зря? – она улыбнулась. – Но, конечно, не забудь про осторожность. Для меня – это высшая ценность.
– Обещаю! Но о чем ты хотела поговорить со мной?
Няня вздохнула:
– Посмотри на меня, девочка, я сильно изменилась за этот год, верно? Я стара и больна, горести и радости забирают мои силы, теперь мне тяжело даже ходить. Поэтому, боюсь, в этом мире мы видимся в последний раз.
– Не говори так! – воскликнула я. – Ты переживешь нас всех троих.
– Не приведи духи! Этот мир мне уже наскучил. Я устала, моя девочка, и хочу покоя.
– Не надо, не говори так!
– И хотя мое сердце болит, когда я думаю о расставании с вами, моими лучиками солнца, – она легко коснулась моей щеки, – я не могу противостоять зову, который влечет меня дальше. Боги зовут меня.
– В Объединении нет богов! – почти со злобой выпалила я.
– Но они есть у меня. Прости, что я так огорчаю тебя, но послушай: жизнь Сэм сейчас тиха и умиротворенна, за нее я пока не беспокоюсь. Те проблемы, что принесет ей Город, она способна решить.
– Ша, перестань, прошу тебя!
– Но о тебе такого не скажешь. В тебе много боли и ненависти, я знаю, и впереди их может быть еще больше. Поэтому соберись, оглянись вокруг и поищи всех, кто готов тебе помочь. И не говори, что такие простые истины ты знаешь с детства. В твоих глазах – отчаяние и одиночество. Готова поспорить, что в путешествие ты собиралась пойти одна.
Я подняла голову и сквозь пелену на глазах разглядела строгое, но ласковое лицо ша. До ее слов я и не задумывалась, что все это время представляла себя в поезде в гордом одиночестве.
– Не делай этого. Так ты проиграешь быстрее, чем начнешь. И, дорогая моя, только человек может быть человеком. А монстрами, горящими от ненависти, пусть остаются монстры. Не бери эту роль на себя. Этот мир двигается по кругу снова и снова, от Охоты до Охоты, пусть проходят миллионы лет. Но, может, круг удастся разорвать? Может, другой берег предложит этому миру варианты, а может, и нет. Мы все принимаем решение и тем самым двигаем колесо. Подумай, в какую сторону могли бы двинуть его ты и твои спутники. А я принимаю свое решение. Я последую в море за тобой, всегда мечтала на него посмотреть. Вот увидишь какую-нибудь птицу, летящую вслед, или рыбу, странно долго плывущую за тобой, – знай, это я преследую тебя со своими старческими наставлениями.
– Ша…
– Не плачь, Алиса, лучше поздравь меня, я стану свободной и смогу видеть вас обеих одновременно. А мне только это и нужно, вы для меня все равно что родные внучки.