Запрет на безумие
Эльвира Дель'Искандер
Брина дерзка и своенравна, ведет фривольный образ жизни. Ролан равнодушен, независим и сдержан, и с такими, как Брина, дел не ведет. Он представитель древней сверхъестественной расы, и они друг для друга – враги, однако для обоих это – тайна. Недостойная первая встреча, небезвинные женские шалости, столкновение морали с безнравственностью приводят к борьбе и притирке характеров. Теперь единственным, что она в нем пробуждает, является чувство скрытой агрессии и желание незамедлительного укрощения. Но как быть, если скован запретами и ограничениями? Разрушить их. Волевым усилием. И позволить себе немножко безумия.Содержит нецензурную брань.
ЗАПРЕТ НА БЕЗУМИЕ
Эльвира Дель’Искандер
Belua Ferus [бэлюа фэрус] – дикий зверь (лат.)
Ferus [фэрус] – дикий (лат.)
Глава 1
Брина разочарованно простонала и опустила голову на рулевое колесо.
– Черт, черт, черт! – Чертыхания сопровождались активными ударами рук по рулю. – Ну, почему это всегда случается так не вовремя?! Ну, за что? За что мне такое? Почему именно сейчас? – Брина со злостью распахнула дверцу многострадального «Порше» и выбралась наружу.
Чтобы стоять и в недоумении смотреть на дымящийся капот своей любимицы.
– Когда-нибудь я выброшу тебя на свалку, сдам на металлолом…Вот тогда ты научишься быть благодарной. – Брина подошла ближе к автомобилю с откидным верхом и, задержав дыхание, открыла капот – повалил грязный, едкий дым, что заставило Брину закашляться и захлопнуть крышку обратно. Брина отошла подальше. – Дело-дрянь.
Большую часть своей жизни Брина мечтала о красивой красной машине, желательно при этом дорогой. Рассчитывать на меньшее не позволяли гордость и самолюбие – дочь своих родителей не могла кататься, на чем попало. Однако судьба сыграла с ней злую шутку, выкинув из «высшего света», и в результате лучшим из того, что она смогла себе позволить, оказалась данная развалюха – ее она и приобрела.
Как сладко звучит: «Порше»… вот только автомобилем Брина обзавелась пять лет назад и с тех пор его не меняла. А если учесть, что и до покупки он был подержанным…. В общем, неудивительно, что в последний год автомобиль создавал ей одни лишь проблемы. Да и выглядел он плачевно, на все свои сорок лет.
Однако, невзирая на пакости, которые «Порше» ей временами устраивало, машину Брина любила и расставаться с ней не хотела, – еще бы не любить, когда потратила на нее последние сбережения. А потому постоянно сдавала ее в автомастерскую, тратя на ремонт еще большие деньги. Наверное, за те средства, что она спустила на починку этой груды никчемного металла, она могла бы приобрести новенький «Порше» последней модели.
Только в данный момент сердце Брины любовью не пылало. Напротив, сейчас она жутко злилась и готовилась разобрать эту мерзкую засранку собственными руками!
– Как ты могла так поступить со мной в такой момент? – едва не стонала Брина. Этот день и без того обещал стать неважным, только сломанной машины ей не хватало. И как теперь добираться до города?
Подняв мягкий верх автомобиля, Брина схватила объемную сумку и, закрыв все двери, пошла к обочине, ловить попутку. О машине Брина не волновалась: кому она сдалась в таком состоянии?
Ужасно палило солнце, август только начался. Однако жару Брина любила, к тому же не сомневалась, что не простоит здесь дольше положенной ей минуты.
Так и получилось. Первый же подъехавший автомобиль – им оказался серый седан – остановился, стекло опустилось, и из окна выглянуло мужское лицо средней привлекательности – длинные ноги вершили судьбы.
– У вас проблемы? Могу я чем-нибудь помочь? – нагло ухмыляясь, спросил незнакомец.
Брина улыбнулась, очень мило так улыбнулась. Она прекрасно знала, что сейчас видит пред собой мужчина: интересная, стройная, привлекательная, в коротких джинсовых шортах и удлиненной майке цвета «болото», прекрасно демонстрирующих округлости в нужных местах. Понятно, отчего загорелись его глаза.
– Мне нужно в город. Подбросите? – кокетливо спросила Брина, хлопая длинными ресницами.
Мужчина клюнул – открылась дверь со стороны пассажирского сидения.
– Конечно. – Он только и ждал просьбы о помощи.
Брина изящно взобралась в салон и закрыла дверь. В другой ситуации, более ей благоприятствующей, она ни за что бы не села в такую убогую машину. Ну, а что? Брина не виновата, что достойна большего, не виновата, что имеет вкус и не имеет тяги кидаться на первого попавшегося. Учитывая свою же финансовую несостоятельность, вероятно, такая разборчивость – глупость. Однако сегодня выбирать в любом случае не приходилось. Ей нужно как можно скорее попасть в город, пока волнение не съело ее заживо, а этот мужчина – выход из сложной ситуации.
Брина повернулась к спутнику.
– У меня нет денег, – сказала обреченно и перекинула через плечо копну черных длинных волос.
– Не нужно, – ответил мужчина, бросив хищный взгляд на ноги Брины, и нажал на педаль газа – машина тронулась в путь. – Как тебя зовут? – Брина посмотрела на спутника: это когда они перешли на «ты»?
Брина с горечью вздохнула: снова на те же грабли. Все с ним ясно, хотя ясно стало по первому пойманному на себе взгляду. Она хорошо разбиралась в мужчинах и уже определила, что из себя представляет попутчик – подобные постоянно к ней клеились: самовлюбленный, напыщенный тип, искренне полагающий, что он – подарок для всех и каждой, этакий прожженный самец, от взгляда которого мокнут трусики…а за спиной жена, дети, пятый развод, невыплаченные алименты….Очередной пример закомплексованного индивида, на которых Брине везло. Почему ей на них везло?
– Адель, – улыбнулась Брина. Пусть она и поставила на нем крест, но он мог ее отвлечь… и развлечь.
Брина, устраиваясь удобнее, практически сползла с сидения, развалившись на нем всем телом, и стала накручивать на палец майку.
– Какое необычное имя. И чем же ты занимаешься, Адель? – Он не упускал из виду ее действий.
– Я учительница, – проворковала Брина, – учу детей. – Недолго думая, она поставила ногу на высокой танкетке на переднюю панель и, получив опору, сползла еще ниже.
Мужчина чуть не поперхнулся.
– Учительница? – Сальные глаза, не переставая следили за ее стройными ногами, лишь по необходимости отвлекаясь на дорогу.
– Ага, – Брина посмотрела на него тупой нимфеткой.
– И чему же ты их учишь? – Мужчина нервно усмехнулся.
– Да так, – Брина взмахнула рукой, – всякой всячине, – и лихорадочно рассмеялась.
– Видимо, так и есть…
Некоторое время мужчина приходил в себя, к подобному развитию событий он оказался не готов и слегка растерялся: растерянность читалась по лицу, с которого не спадала улыбка идиота, не верящего в свою удачу.
Затем спросил:
– И зачем же ты едешь в Радлес? Ты же явно проездом. – Мужчина откашлялся, казалось, ему все сложнее давался разговор.
Брина до сих пор не знала имени собеседника – он не удосужился себя назвать, а Брина не удосужилась его спросить – не интересно. Хотя подобные типы обычно демонстрировали себя сразу же, начиная воплощать мечты на словах: работает в респектабельном банке, живет в завидном доме, собирается на международную конференцию и так далее и тому подобное. Но, видимо, Брина продемонстрировала себя лучше, раз он даже имя свое назвать забыл. Брина, конечно, могла ошибаться – обжегшись на молоке, дуешь на воду. Однако, как правило, ее суждения о людях, как о мужчинах, так и о женщинах, оказывались верными.
– Встретиться с семьей. – Немного правды не помешает. Брина отвернулась к окну и стала разглядывать окружающую действительность – они только-только въехали в Радлес. Сколько же она здесь не была? Брина не помнила. Очень, очень много лет. С тех пор как покинула дом, Брина сюда не возвращалась, даже не звонила, хотя звонить-то было некому.
– Что-то не так? – Мужчина смотрел на Брину. – Вот я тоже не люблю проводить время с родными, поэтому стараюсь встречаться с ними как можно реже. Я всегда нахожу отговорки, – короткий смех, – например, что много работаю. Хотя я и вправду много работаю. Я работаю в банке. Главный помощник директора… – дальше Брина не слушала, полностью погрузившись в свои мысли.
Ее спутник, хоть и невзначай, напомнил ей для чего она едет в Радлес – на протяжении всего пути сюда она заставляла себя об этих причинах не думать.
Месяц назад ей пришло письмо от брата – целый месяц Брина благополучно его игнорировала. Однако более не обращать внимания на письмо она не могла: это было не то послание, о котором, прочитав, можно и забыть. Это было послание, бередящее душу, захватывающее мысли и переворачивающее жизнь вверх дном.
С братом у Брины никогда не складывалось теплых отношений, им всегда тяжело давалось взаимопонимание. Они по-разному смотрели на жизнь и, как считала Брина, имели разные жизненные ценности. Многих его поступков Брина не понимала, а он и не пытался их объяснить. Однако сам активно ее контролировал, постоянно вмешиваясь в ее дела. Брина в ответ возмущалась, так как не любила надуманных ограничений, и, являясь обладательницей стойкого характера, не позволяла собой управлять. Потому, как только достигла возраста, призванного бунтовать, диктаторские замашки брата стала грубо отсекать, что выливалось в частые скандалы. Однако братец и тогда не знал границ: он не просил, а приказывал, не обсуждал, а ставил в известность, заходя в своем желании тотального контроля слишком далеко. Очередную его мерзкую выходку Брина простить не смогла…
Ее плеча коснулись. Брина вскинула голову и увидела, что ее спутник привлекает к себе внимание.
– Тебе куда? Такое ощущение, что ты в отключке. Ты что, меня совсем не слушала?