– Бесс. – Она кивнула, будто обрадовавшись, что ей удалось вспомнить.
– Хорошо, Бесс, я позвоню.
Телефон лежал у меня в сумке, но, приехав на фестиваль, я его отключила. Я нажала на кнопку и стала ждать, пока экран засветится зеленым. Это длилось так долго, что я уже было начала надеяться, что ему удалось поймать насильника и сдать его полиции, хотя прекрасно понимала, что вряд ли. Впервые я испугалась за Кита. Что, если тот его ударит?.. Наконец телефон включился. Я трижды нажала на резиновую кнопку с цифрой девять – ничего. Посмотрела на экран – ни одного деления.
– Мне надо немного отойти, тут сеть не ловит. Я быстро.
Пришлось сделать добрых двадцать шагов и уткнуться в сломанный электромобиль, чтобы связь наконец сработала. Отсюда видны были только серебристые кеды Бесс, торчащие из-за трейлера.
– Девять-девять-девять. Что случилось? – донесся из трубки женский голос. На заднем фоне раздавался обычный офисный гул. Странно, что для девушки на том конце провода все это – часть повседневности. Может, она пьет чай, разговаривая со мной.
– Я звоню с мыса Лизард, тут фестиваль неподалеку от Хелстона. Хочу сообщить… – я запнулась, но собралась, – сообщить об изнасиловании. Нет, пострадала не я. Другая девушка. Я нашла ее… В общем, пришлите полицию.
Я схватилась за сиденье электромобиля с вылезшим поролоном.
– Пострадавшая в сознании?
– Ох, да. И передвигаться может. По-моему, она в шоке, даже говорить толком не способна. Нужна «Скорая». И полиция. Только можете прислать женщин?
Я вытянула шею, пытаясь заглянуть через рощу. Был слышен гул толпы.
– Пришлем того, кто первым освободится. Побудьте с ней.
– Тот парень, который это сделал… Я его видела, только он сбежал.
Поролон в моей руке напоминал сахарную вату. Я разжала пальцы.
– Сможете описать?
– Ее зовут Бесс, у нее черные волосы…
– Да нет, напавшего.
– Ой, верно. – Его лицо стояло передо мной, как на фотографии. – У него светло-каштановые волосы, уложены гелем, торчат, как иголки. Синяя куртка «Левайс», джинсы «Дизель» и кеды «Адидас».
Все происходило как будто за гранью реальности, я словно читала вслух модный журнал. И тут мне на плечо легла влажная от пота ладонь. Я чуть не выронила телефон. Рядом, тяжело дыша, стоял Кит.
– Подождите секунду, – попросила я оператора и прикрыла трубку ладонью.
– Он затерялся в толпе, – сказал Кит.
Я повторила это в телефон, затем объяснила, где мы находимся, назвав в качестве ориентира высокий штандарт с флагом, где раздавали воду.
– Он далеко ушел. Прости.
– Да ладно. Ты ведь старался.
– Ужас. Как она там? – Кит кивнул в сторону трейлера. – Хоть что-то рассказала?
Я покачала головой.
– Как думаешь, его поймают?
– Не знаю… У меня не получилось. – Он развел руки в стороны и посмотрел на ладони, будто на них значился ответ, затем беспомощно пожал плечами: – Понятия не имею.
– Пойду скажу ей, что они едут.
В ответ на новость Бесс кивнула и пробормотала: «Спасибо». Я села рядом на холодную железную подножку трейлера. Десять минут ожидания показались вечностью.
– Это мой, – вдруг сказала она.
– Что, прости?
– Кошелек. Мой кошелек. Наверное, выпал из кармана.
Я посмотрела вниз, весьма удивленная тем, что все еще держу его.
– Забирай. – Я вложила кошелек в руку Бесс.
Наконец Кит крикнул, что идет полиция. Их было двое – коренастый наголо бритый мужчина и стройная женщина с завитыми перманентом волосами мышиного оттенка.
– Все хорошо, милая, – заговорила женщина, наклоняясь к нам. – Ты ведь Бесс, верно?
Та кивнула.
– Не волнуйся. Мы о тебе позаботимся. Сейчас поедем в участок, там есть врач.
– Женщина-врач? – спросила я.
– Попросим, чтобы была женщина, – пообещала сотрудница полиции, однако нахмурилась. – Бесс, хочешь, чтобы кто-то поехал с тобой?
Она посмотрела в мою сторону, но Бесс покачала головой.
– Мы не знакомы, – пояснила я. – Я случайно проходила мимо.
Мужчина откашлялся.
– Мы заберем ее, – сказал он. – А к вам подъедет другой мой коллега, снимет показания.
В ожидании допроса мы с Китом оккупировали капот электромобиля. Я бессмысленно пялилась на драное сиденье.
– Интересно, зачем он это сделал, да еще и сразу после затмения?
Вопрос Кита поразил меня до глубины души.
– А если в другое время, то можно? Какой кошмар, Кит! Вот уж от тебя не ожидала!
Иногда вещи, которые глубоко меня цепляют, едва затрагивают Кита, но, если объяснить, почему я злюсь или расстраиваюсь, он принимает доводы. К его чести, он понял.