Сбылось и пророчество Будруевой. Когда Рафек с усилием пытался вырулить из глубокой снежной колеи вырвало палец из рулевой тяги. Соединили тягу проволокой, которой оказалось у запасливого Рафека в достатке и осторожно двинулись дальше. По приезду встретился с директором. Старательно сгущая краски описал положение дел в колхозе и попросил помочь. Директор посочувствовал, но пояснил, что его предприятие при всём старании с трудом справляется с заготовкой и отгрузкой деловой древесины хвойных пород. А задание по пиломатериалам вообще никак не удаётся выполнить. Поэтому о приобретении хвойных пород леса, а тем более пиломатериала не может идти и речи.
Но лиственные породы у них считаются сопутствующим материалом и предприятие может полностью удовлетворить не слишком большие запросы колхоза. Я пожаловался, что леспромхоз расположен очень далеко от колхоза, а грузовиков в колхозе мало и нам трудно будет организовать вывоз такого объема леса. Но директор успокоил. Пояснил, что предприятие не испытывает недостатка в грузовых вагонах, и им будет не сложно отгружать древесину в адрес колхоза на станцию Сергач. Счастливый я оплатил договоренное количество круглого леса и даже один вагон горбыля.
Выгрузку леса и погрузку в машины на станции осуществлял коллектив Ферякши. Они же потом, под руководством Хрущёва и работали на пилораме, заготавливая доску разной толщины, рейки и брус не только для ремонта животноводческих помещений, но и для строительства нового большого телятника на луговской ферме. Договор о строительстве которого колхоз заключил с артелью Ферякши.
С наслаждением занимаясь улучшением дел в колхозе, зная о предстоящем вступлении в должность руководителя совершенно не представлял как я смогу внедрять разработки Копачёва в коллективе людей: безответственных, апатичных, и даже можно сказать враждебно настроенных к нуждам колхоза. Особенно поражал уровень пьянства.
Среди колхозников признавалось и даже предъявлялось как уважительная причина невыхода на работу из-за значительного опьянения. Появление на работе даже в сильном подпитии никем не осуждалось, а руководителями даже оценивалось как трудовой порыв колхозника, пожелавшего быть полезным колхозу, даже в таком состоянии. Среди животноводов не имеющих права прогуливать дни по причине пьянки, под хмельком трудились и доярки, и телятницы, и скотники. Случалось не раз наблюдать нелицеприятную картину. Когда доярка в непотребном виде спала в коровьей кормушке, заботливо облизанной и обслюнявленной коровами.
Подруги шутили:
– Перетрудилась маленько и слегла от усталости.
А те, которые потрезвей жалели коров из группы выбывшей из строя доярки, и чтобы они не страдали милостиво подключали к ним доильные аппараты, радостно записывая надой в счёт своей зарплаты.