Как-то раз я заметил фотографию в рамке, где были запечатлены, похоже, родители Айнур, она сама и еще кто-то, чей портрет был полностью вырезан. Не знаю почему, но я не решился спросить, кого настолько не любили, что вырезали из семейного архива. На фотографии Айнур была очень похожа на свою маму. Пепельные кудри и ослепительная улыбка делали ее неповторимой, не похожей ни на кого другого.
Поклонников у Айнур было много, но другом своим она выбрала именно меня. В тот момент это было для меня благословением судьбы. Но мои глаза вновь и вновь возвращались к урезанному снимку, и наконец я не выдержал:
– А почему тут кого-то вырезали?
Айнур оторвала взгляд от телефона, увидела в моих руках фотографию, сразу же подошла ко мне и протянула руку.
– Верни, пожалуйста. Эти фотографии нас не касаются.
– Скажи честно, это ты вырезала?
– Верни фотографию.
Я бросил последний взгляд на снимок и вернул его.
– Вырезала мама. И впрочем, какая тебе разница? Ты ведь обещал, что больше не будешь попусту любопытствовать.
Я смутился и вернулся к нашему дивану и столику, на котором красовались шоколадки.
– Никогда без моего ведома не ходи по комнатам. Не трогай вещи. Это моя просьба, я говорю серьезно. И не задавай лишних вопросов.
– Хотел бы знать, почему ты так упорно окружаешь себя тайнами, – вздохнул я, но Айнур уже снова уткнулась в телефон, не ответив ничего.
Я пообещал самому себе больше не делать то, что могло бы огорчить Айнур. Клянусь, я очень старался.
С того дня прошла неделя, и однажды я всё-таки остался в комнате один. Айнур почувствовала себя нехорошо и со словами «Черт! Похоже, я отравилась!» извинилась и сказала, что должна отойти.
– Мика, ты только не выходи отсюда, хорошо? Я быстро.
– Да, конечно! Жду, – улыбнулся я ей и посмотрел вслед. Она прикрыла дверь и исчезла из виду.
Прошло минут десять, и я, встав с дивана, стал ходить по комнате. Диван, стол, два кресла, огромный старый сервант на всю стену. Ничего особо примечательного вокруг не было. И тут я подумал, что Айнур будет приятно, если она вернется, а я принесу ей свежезаваренный чай с лимоном. Да, она просила меня не выходить из комнаты. Но что случится, если я выйду? Она же не убьет меня за то, что я увидел ее кухню? И я не какой-нибудь воришка, чтобы она опасалась моих хождений по ее дому!
Поэтому я со спокойной душой вышел из гостиной и наугад стал ходить в поисках кухни. Открыл одну дверь, но комната оказалась спальней. И вдруг услышал какие-то странные звуки. Словно кто-то разговаривает. Звуки доносились сверху из мансарды.
«Наверное, это дедушка», – подумал я и решил подняться наверх и поздороваться с ним.
Тихо поднявшись по ступенькам, я попал в широкий коридор, в котором были две комнаты – по левую и правую стороны. Пыль покрывала пол толстым слоем. Звуки раздавались из-за левой двери.
Я подошел и постучал. Шепот вдруг смолк и я, постучав еще раз, попытался открыть дверь. Но она была заперта.
«Что за…?» – я мысленно ругнулся. А потом обругал себя за то, что поднялся наверх, и решил вернуться обратно.
В этот момент вдруг открылась дверь другой комнаты, и оттуда вышел худенький старик, как я предположил, дедушка Айнур. Обрадовавшись нашей встрече, я поздоровался.
– Вы, наверное, дедушка Айки, то есть, Айнур. А я Микаил, извините, что побеспокоил вас.
Внезапно я испугался, что ее дедушку мое присутствие может совсем не обрадовать, а наоборот, рассердить, и с ужасом подумал, что было бы лучше вообще убраться из дома.
«Боже, сейчас мне влетит! Он может подумать, что я развращаю его внучку!» – сглотнул я судорожно и сделал шаг назад.
Но тут старик вдруг протянул мне дрожащую руку. В ней был ключ. Вначале я не понял, от чего он, но старик взглядом указал мне на запертую дверь.
– Нет, спасибо, не надо… То есть, если она заперта, то пусть так и останется. На самом деле я искал кухню, – растерялся я.
– Открой, – попросил меня дед и снова протянул мне ключ.
Я не понимал, что происходит, почему я должен открывать дверь в их доме. Казалось, что Айнур ушла вечность назад, и теперь мне было очень неловко в их без того странном доме.
– Дедушка, извините, но я не хочу открывать эту дверь, и вообще Айнур не позволяла мне подниматься сюда. Мы с ней вместе учимся, и тут…
– Прошу, сынок, открой дверь, – попросил он вновь и бросил мне ключ.
Я схватил его и понял, что отказаться уже невозможно. Подошел к двери и прислушался. Было тихо. Ничего не понимая, я повернул ключ в замке и посмотрел на дедушку. Он стоял на пороге своей комнаты, одобрительно кивая.
Повернув ключ окончательно, я попытался тихо открыть дверь, но не удалось – раздался неприятный скрип. Из-за двери пахнуло чем-то очень старым, грязным, словно там не проветривали уже сотни лет.
За дверью была почти полная тьма. Лишь тоненькие лучики света пробивались через щели наглухо заколоченных окон. Я прищурился и заметил, что дверь вела в большую спальню, состоящую как бы из двух комнат. В первой находились кровать, прикроватная тумбочка и шкаф.
Я шагнул дальше и то, что увидел секундой позже, повергло меня в шок. В глубине второй комнаты на полу, прислонившись к столику, сидела женщина. Не могу описать, как она выглядела, и сколько ей было лет. В глаза бросились лишь взлохмаченные волосы с редкой сединой и грязное цветастое платье, рисунок на котором уже давно выцвел.
Пока я ее разглядывал, женщина сидела на полу и выдергивала страницы из какой-то книги и рвала их на мелкие кусочки. Потом вдруг подняла голову и посмотрела на меня. Или не на меня. Или мимо меня. Я просто впервые увидел такой взгляд. У меня перехватило дыхание. Мне показалось, что КТО-ТО заметил своего гостя. А кто и чем это могло кончиться, уже и представить не мог.
Сделал шаг назад, и тут подо мной что-то хрустнуло. Это была одноразовая пластиковая тарелка. Звук подействовал на женщину, и она вновь посмотрела на меня, но уже внимательнее. С любопытством наблюдая, как я пытаюсь уйти, она стала медленно подниматься на ноги.
И тут – хвала Небесам! – появилась Айнур. Злая и запыхавшаяся.
– А ну иди сюда! – приказала она, схватив меня за плечо.
Женщина увидела ее и остановилась. А меня дважды упрашивать не пришлось. Со всех ног я рванул вниз по лестнице, оставив позади и Айнур, и деда, и эту страшную женщину.
Остановившись у входной двери, я ждал появления Айнур. Конечно, задним числом мне стало стыдно за свой трусливый побег, но в той комнате я ожидал увидеть что угодно кроме ЭТОГО.
Айнур пришлось ждать минут пятнадцать. Наконец она появилась внизу. В глазах у нее горела ярость.
– Зачем?! – гневно крикнула она.
– Что зачем?– не понял я.
– Объясни, зачем тебе понадобилось соваться наверх? Я же тебя просила!
– Я хотел заварить тебе чай, ты чувствовала себя плохо, вот и…
– Нет, тобой двигало вовсе не желание заварить мне чай, – возмущалась Айнур, – а желание удовлетворить свое любопытство! Ну и как тебе ответы на вопросы?
– Да не задавал я никаких вопросов!
– Теперь доволен? Ты оказался таким же, как все! А я думала, что ты другой! – и тут у Айнур по щекам потекли слезы.