– Ее зовут Элана. Черный Клык, Драконобой, Рольф – тоже с нами. И угадай, кому верны солдаты.
– О бедный Турран! Он окружен врагами. Теперь даже его сестра в их числе. Когда должен наступить конец?
Насмешник покачал головой:
– Наш работодатель отлично умеет держать язык за зубами. Нам он ничего не сказал, даже не назвал своего имени. Но мы выяснили, кто он. Это настоящий Макиавелли среди магов.
– Маг?
– Да. Однако до сих пор остается вопрос, зачем ему так нужен Вороний Грай.
– Как его зовут?
– Вартлоккур…
– Вартлоккур! – Она упала на постель. – Я говорила Туррану, но он не слушал.
Подобная вспышка эмоций удивила Насмешника.
– Ты о чем?
– Хочешь знать, что ему нужно в Вороньем Грае? Ему нужна я! Он уже много лет мучает меня, желая, чтобы я вышла за него замуж. Вероятно, ему нужна моя Сила. Не моя власть над Ветром-Оборотнем, но внутренняя Сила. Кровь Королей Бурь известна своими магическими свойствами. Наши предки считались аристократией Ильказара. Если бы мы были вместе, мало кто мог бы нам противостоять. Управление погодой стало бы детской забавой. И потому я всегда его отвергала. – Она покраснела, зная, что главная причина вовсе не в этом. – Я боялась, что Вороний Грай первым на собственной шкуре ощутит его новое могущество. Теперь мне кажется, что он все равно нас уничтожит. Рано или поздно смерть настигнет всех детей империи. Будь готов отправиться в путь, как только я вернусь. И позаботься, чтобы твои друзья ушли вместе с нами.
Разгладив полы платья, она легко поцеловала Насмешника.
– Я тебя люблю, – с трудом проговорила она. – Скоро вернусь.
Выйдя из башни и кутаясь в шаль от густеющего снега, Непанта удивлялась переменам, что произошли в ее душе. Хотя она до сих пор боялась, все ее существо, подобно магниту, тянулось к одному-единственному полюсу – Сальтимбанко. Нет, к Насмешнику. Но какая, в конце концов, разница? Роза пахнет розой, хоть розой назови ее, хоть нет. Забавно. Она физически ощущала, как улетучивается ее страх. Ей хотелось петь. Ледяной ветер вздымал клубы свежего снега, что делало задуманное бегство весьма мрачным предприятием, но ее это не волновало. Ее сексуальные страхи уже казались попросту глупыми – ведь на самом деле все было не так уж и плохо, – но при мысли о предстоящей встрече ей становилось не по себе.
Непанта добралась до Нижнего Арсенала последней. Войдя, она увидела нетерпеливо ожидавших ее братьев. Никто, однако, не стал бранить ее за опоздание. Принеся запоздавшие поздравления с замужеством, Люксос попросил у всех внимания.
– Это вещи Ридье. Все, что мне удалось забрать, – начал он, показывая на беспорядочную груду на столе. – Золотая монета, которую потратил бин Юсиф после встречи со стариком в итаскийской таверне. Наверняка он от него же ее и получил. Тамошним наемникам платят теми же деньгами. Турран?
Турран внимательно пригляделся к монете:
– Из Ильказара. В наше время редкость.
– Их тратят тысячами.
– Кто-то нашел сокровища Ильказара?
– Не забывайте, что источник этих монет – старик. Откуда он мог знать, где искать такие сокровища?
– Вартлоккур! – рявкнул Турран.
– Дошло? – бросила Непанта. – А я что тебе говорила полгода назад?
– Ладно, извини. Я не думал, что ты настолько ему нужна. И это означает, что у нас теперь полно хлопот. Придется сражаться одновременно с магией и с солдатами.
– Это еще не все, – вмешался Люксос. – Насчет того, кто мог передать список шпионов бин Юсифу. Я нашел эту бумагу в кармане Ридье. Речная вода почти размыла текст, но два имени отчетливо читаются – Браги Рагнарсон и Насмешник. Не понимаете? По слухам, бин Юсиф действовал совместно с этими людьми во время войн Эль-Мюрида. Более того, один из них был в то время в Итаскии, и его видели, когда он разговаривал с тем же самым стариком. Где они теперь? Что сейчас делают? Я думаю, они здесь. В Вороньем Грае.
Мысли Непанты лихорадочно метались в голове в поисках выхода.
– Можно разобрать еще одну строку, – сказал Люксос, протягивая им документ.
Нахмурившись, Турран прочитал написанные потекшими чернилами слова:
– «…Низенький толстяк. Рагнарсон – высокий блондин…» Это все?
Еще немного – и все могло раскрыться. Непанта понимала, что должна предупредить мужа… Мысль об этом застигла ее врасплох. Ее признание Насмешнику, сделанное полчаса назад, выглядело не слишком убедительным. Но сейчас ее решение стало окончательным. Она встала.
– Мне нужно выйти, – ответила она на вопросительный взгляд Туррана, оставив их, склонившихся над имуществом Ридье, словно вурдалаков над открытой могилой.
– Что это может означать? – услышала она вопрос Туррана.
А когда уже отошла достаточно далеко, ушей ее достигли едва слышные слова Вальтера:
– Единственный толстяк во всем замке – Сальтимбанко…
Затем наступила короткая пауза. Непанта бросилась бежать – и столкнулась с запыхавшимся солдатом.
– Госпожа! – прохрипел он. – Они сворачивают лагерь. Похоже, они решили отступить.
Стратегия Туррана увенчалась успехом.
– Спасибо. Я передам братьям. Возвращайся на пост.
Она сделала вид, будто поворачивает к окутанным голубоватым сиянием дверям комнаты совещаний, но остановилась, едва солдат скрылся из виду. Она вовсе не собиралась говорить Туррану, что он победил. Пусть еще какое-то время злится и спорит, пока она и Насмешник не сбегут. В любом случае у нее было предчувствие, что победа эта может оказаться вовсе не такой, как предполагалось.
До нее донеслись приглушенные стенами коридора слова Туррана:
– Но не могли же мы выдать сестру замуж за врага!
– Именно это мы и сделали! – ответил Вальтер. – Могу поклясться – теперь у меня нет никаких сомнений в том, кто мог выкрасть эти списки, а потом скопировать и доставить бин Юсифу. Возможно, придется-таки его повесить.
– Проклятье! – прорычал Турран, ударив кулаком о стол с такой силой, что задребезжал металл. – Ладно, это один. А что со вторым?
– Гримнасон, – с грустью проговорил Вальтер.
– Что? Нет! Это лучший из наших людей.
– Мне подсказывает интуиция.
– Ридье писал, что он блондин.
– Волосы можно покрасить. Так или иначе, сейчас это уже не важно. Мы окружены врагами – извне и изнутри. Все время, пока длилась эта маленькая война, нами полностью управляли. Вполне в стиле такого лиса, как Вартлоккур. Итак, четыреста лет спустя Вороний Грай наконец падет, но не под ударами оружия, а жертвой предательства. Мы всегда знали, что так и случится. Да здравствует империя!
Непанта услышала все, что хотела, и бросилась бежать.