– Сейчас узнаем.
Саша достал свой старый добрый лом, просунул его в щель и с характерным звуком вскрыл крышку ящика. Найденный ларец был до отказа набит гранатами с лежащей в окружении оных бутылкой, на этикетке которой было написано название – "Старый Добрый Джек", а под ним надпись: "Если жизнь повернулась к тебе жопой, пни по ней!" Вдруг послышался странный звук. Выглянув из машины, они увидели несколько серых плетущихся в их сторону, Александр недолго думая взял из ящика гранату, выдернул чеку и швырнул ее под ноги зараженных.
– Пригнись! – крикнул Александр, прижимая к себе дочь.
Через несколько секунд произошел сильный взрыв, а еще через секунду рука одного из зараженных упала рядом сними.
– Круто! – вырвалось у Полины.
Через несколько секунд они услышали уже знакомый топот озверевших каннибалов, со всех уголков города, бегущих к ним.
– Ну что пнём по ним, а? – улыбаясь обратился он к дочери.
– Пнём! – решительно ответила она.
Набрав гранат и прихватив бутылочку виски, они пробрались на крышу рядом стоящей пятиэтажки, предварительно заперев дверь в подъезд. Внизу собралась настоящая толпа кровожадных, бездушных, потерявших свой человеческий облик существ.
– Смотри, это настоящий бунт?
– Бунт? Кого же они свергают? – усмехнулась дочь.
– Нас. Они считают себя главными.
– Так давай покажем им, кто тут главный!
– С радостью! – бодро произнес Саша.
Мужчина открыл бутылочку виски и сделал глоток!
– Бррр. Ядреная! Будешь? – предложил он дочери.
Дочь недолго думая выхватила сосуд, поднесла горлышко к своим губам и начала пить без остановки, отцу пришлось насильно вырвать у нее бутыль.
– Ну даешь! – с улыбкой произнес он.
При других обстоятельствах, он бы никогда не разрешил дочери сделать это, но сейчас он относился к жизни как будто живет в последний раз и поэтому позволил дочери выпить. Затем отложил бутылку и взял в руки гранату.
– Сколько их там внизу, как думаешь?
– Тел семьдесят, может восемьдесят, – предположила Полина.
Александр выдернул чеку и бросил гранату в толпу.
– Пригнись, – оттащил он дочь от края крыши.
Взрыв не заставил себя долго ждать. Они снова посмотрели вниз.
– Сколько их? – прозвучал вопрос отца.
– Тел сорок, сорок пять.
– Хочешь попробовать?
– Бросить гранату туда?
– Ну да, а что такого? Повеселись.
Безумный отец дал дочери гранату. Он почему-то уже не так сильно переживал за нее, как за сына, то ли из-за того, что выпил, то ли чувствовал, что за эти несколько дней, она повзрослела как никогда и уже не будет совершать дурацких ошибок, то ли ему было все равно из-за отчаяния. Она взяла гранату, выдернула чеку и с каким-то благоговением бросила. Взрыв показался немного мощнее предыдущего. Саша даже взбодрился.
– А ты не промах, дочь! – сказал он, смотря на дымящиеся, разлетевшиеся по всей улице части тел.
– Их осталось не больше пятнадцати, – подытожила Полина. – Можно еще одну бросить?
– На, только осторожно! – предупредил отец.
Еще одна брошенная граната, еще один взрыв.
– Половина! – крикнула Полина, показывая на одного мертвеца, всё еще пытающегося заползти в подъезд.
– Пойдем!
Когда они спустились и открыли дверь подъезда, картина была еще более страшная, чем сверху. Среди кучи трупов, было одно половинчатое тело, которое медленно ползло к ним. Полина подошла к несчастному, посмотрела в его помутневшие глаза, навела дробовик и выстрелила, не задумываясь. Отец стал невольным свидетелем перевоплощения маленькой пугливой девочки в бесстрашную и хладнокровную женщину. Он никогда не видел дочь такой хладнокровной и решительной. До машины они шли по остаткам человеческих тел: рукам, ногам, головам, где-то валялась практически целая грудная клетка, хоть урок анатомии проводи. Добравшись до автомобиля, Саша скомандовал:
– Берем всё необходимое и уходим отсюда, – и добавил. – До темноты должны добраться до деревни.
Город покинули они быстро, но потом шли долго и тяжело. Они достигли лесной полосы. Дорога постоянно вела вверх. Из-за постоянных остановок по просьбе Полины они не успевали дойти до деревни дотемна. Начало смеркаться. Решили не рисковать, было принято решение заночевать на небольшой возвышенности в окружении деревьев, а на рассвете снова в путь. Там их не было бы видно со стороны дороги, но перед ними бы открывался довольно широкий обзор. Решение заночевать было приято единогласно, так как дочь с отцом были полностью обезвожены и изнурены.
В отличие от отца, Полина уснула моментально. А Александр всю ночь просидел рядом с дочерью, всматриваясь в черную бездну, окружавшую их маленький лагерь.
Утро выдалось холодным и сырым. На землю опустился густой туман, сквозь который невозможно было что-то увидеть.
– Хорошо, что компас взяли, – прошептал Саша, доставая маленький советский навигатор.
– Нам туда! Главное, на дорогу выйти, а там легче будет.
До дороги шли недолго и вскоре они, наконец, ступили на старый разбитый асфальт, по которому и продолжили свой путь.
– Здесь надо свернуть, – сверяясь с картой, приказал Саша.
Они свернули на проселочную заброшенную дорогу, асфальт сменился колеёй, по которой давно уже не ездила техника. Поворот за поворотом стезя начала вилять, словно закручивая странников.
– Уши заложило, как в самолете, – доложила Полина
Преодолевая крутые повороты, глубокие ямы, резкие подъемы странники наконец уперлись в перегородившее дорогу дерево.
– Пришли. Еще немного осталось. Полина, тебе придется понести рюкзак брата.
Полина без слов взяла за лямки тяжелый рюкзак и с трудом нацепила его на свои хрупкие плечи. Два измученных человека продолжили свой путь по той же извилистой горной дороге, которая вела к деревне со странным названием – "Черенки". Их окружал густой сосновый лес, воздух был прохладный и свежий. Отец с дочерью шли медленно, девственную природу, окружавшую их, они совсем не замечали. Их цель была одна – дойти до «Черенков», а оттуда до заветного места, где они найдут укрытие и спасение. Вокруг не было ни души, слышно было только пение птиц.