Хроники русского духа
Инна Владимировна Дёмина
Автор данного повествования – Дёмина Инна Владимировна, кандидат педагогических наук, член Союза писателей России, вошла в официальную литературу в 2017 году, имея уже четыре авторских литературно-художественных издания общим объёмом в 68 издательских листов. Сегодня она автор двух поэтических и девяти прозаических книг. Среди них: «Труд, уходящий в века» и «Быть собой – забыть себя» (поэзия), «Педагогическая психология моей жизни», «Волшебная сила хора», «Лебединая песнь любви», «Грани бессмертия любви», «Она и неувядание. Репортаж», «Точка в пространстве и времени», «Предчувствие и доверие судьбе», «Цена войны».
Инна Дёмина печатается в журналах «Свет столицы», «Александр!,», альманахах «Золотое руно», «Сияние лиры». Победитель конкурса «Поэтический турнир» 2018 г., дипломант Академии поэзии 2019, 2021, 2023 гг., лауреат конкурса Московского городского Совета ветеранов войны, труда, Вооружённых сил и правоохранительных органов 2023 г. в номинации «За лучшую семейную летопись» (книга «Цена войны»). Работает в литературных гостиных В. М. Богданова, Л. У. Звонарёвой, В. Н. Иванова.
Представляемая книга – «о времени и о себе» преимущественно прожитых десятилетий XXI века. Лирическая героиня и автор повествования тесно соприкасаются, что делает текст исповедальным, настраивая читателя на авторскую волну, вызывая ответное сопереживание. Палитра ситуаций, схваченных авторским взором, широка и разнообразна, от проблем политического характера до конкретных событий частной жизни. Автор твёрдо и живо держит и ведёт временную линию повествования, воскрешая в памяти читателя его личные воспоминания, связанные с описываемыми событиями. Привлекательна «мелкая образность» повествования, что делает книгу интересной и легкочитаемой.
Инна Владимировна Дёмина
Хроники русского духа
* * *
© Дёмина И. В., 2024
© Оформление. Издательство «У Никитских ворот», 2024
* * *
Правда подобна солнцу: в конце концов она всегда пробивается сквозь тьму.
Центр духовного развития
Истоки
Дни Победы – 9 мая 1945 года
и 9 мая 2019 года
Когда впервые возник во мне образ мамы, я начала помнить её, Гронскую-Кукринову Ульяну Ивановну, учительницу средней школы села Любавичи Смоленской области, проработавшую в одной и той же школе с 1928 по 1965 год – 35 лет, исключая два года Великой Отечественной войны.
Где, как и когда моя память из всеобщего небытия впервые зацепила образ мамы? Это был май 1945 года – день Победы Советского Союза – так называлась моя Родина – над Германией в Великой Отечественной войне. В село Любавичи пришла весть о Победе. До войны моё село было большим и чудесным, как позже рассказывали мне мои сёстры и брат. Церковь – сегодня памятник федерального значения, – почта, синагога, двухэтажная школа-десятилетка, столовая, больница с четырьмя корпусами в два этажа. 225 добротно обустроенных и зажиточных хозяйств. Жителей больше тысячи! Для защиты Отечества, для будущей Победы каждое хозяйство моего села отправило на фронт двух и более мужчин. Только роды двух моих дедушек отправили на войну 13 человек, 11 из них пали на полях сражений, мой папа в том числе. Из села возвратились в свой родной дом единицы. С нашей Сырицкой улицы уцелели четыре защитника.
В самом конце июля 1941 года немцы вошли в богатые Любавичи. К моменту изгнания фашистов из Смоленской области (сентябрь 1943 года) от села почти ничего не осталось. На нашей улице из 24 домов уцелели два дома – колхозницы Марфы Прилашкевич и пятистенка богатого Островского, еврея, расстрелянного фашистами вместе со всеми остальными евреями, которые составляли половину жителей села. От всех ушедших на фронт мужчин моего села около 80 % полегли за свою землю. И столько же жён превратились во вдов. На фоне всеобщего, победного, женского, захлёбывавшегося слезами ликования и горького вдовьего стенания-воя с заламыванием рук маме вручили ещё одно извещение (первое было о папе в 1942 году) – о гибели дяди Лёни, её самого младшего и любимого брата, не дожившего до Победы всего ДВЕ НЕДЕЛИ. Как мама читала эту бумагу, не помню. Перед глазами картина – это и был первый во мне чёткий мамин образ: мама сидит на чём-то и бьётся головой о стену. Где мы, её дети, не знаю. Позже мне старшая сестра говорила, что я бежала к ней навстречу по обугленной улице и кричала, что мама разбила голову о стену. Мама горько оплакивала гибель младшего её брата. Дядя Лёня, учитель, был высокого военного звания, имел право присылать с фронта посылки. На 5 присланных нам посылок мама, оставшаяся без мужа с пятью детьми, построила дом 5?6 кв. м. Посылки брата спасли маму от тяжёлых психологических последствий. Мама выстояла, не сошла с ума. Но умерла в 72 года.
Позже мои старшие сёстры рассказывали, что они в первый раз 5 мая 1945 года видели у мамы слёзы. Хотя предыдущие годы немецкой оккупации (напомню, это Смоленская область) были ужасны – ВОЙНА! И я за все годы, пока мама была ответственна за нас, подрастающих детей, не видела у неё слёз отчаяния и безысходности. Были слёзы, но другие. Они появлялись лишь при встречах и проводах нас, её детей.
Когда на почте сообщили о Победе, многочисленные, оставшиеся без отцов дети бегали по улицам сгоревшего села и орали: «Ура! Победа!» А сердца женской массы разрывались между всеобщей радостью и непомерной горечью личной утраты, личного вдовства. Таким горестным было празднование в Любавичах первого Дня Победы!
9 мая 2019 года в семьдесят четвёртый раз страна со слезами горя и радости отмечала День Победы. Этот праздник в настоящее время стал тем несокрушимым сцепом единения, общей ценностью всех народов страны и государства. В течение трёх-четырёх майских победных дней наш «Хор ветеранов войны и труда», в котором я пела и который состоит из 115 пенсионеров, «продвинутых» в возрасте, треть репертуара которого – военные песни, дал три военно-патриотических концерта. Наш третий чувственно-эмоционального размаха победный концерт состоялся в прекраснейшем фойе нового здания театра «Геликон-Опера». Фойе очаровало нас настенным водопадом, тонкостью изящества цветовой гаммы общего фона, радующего глаз, широкой и длинной чёрного мрамора лестницей, легко и изящно вместившей всех поющих. С удовольствием подчёркиваю этот момент, поскольку нередко нам во время концертов приходилось размещаться на сценах, размеры которых мы своим количеством давно переросли! Выросли из «ползунков», как я шучу.
По окончании нашего концерта Дмитрий Бертман, художественный руководитель театра, и президент благотворительного фонда Лейла Адамян пригласили нас в зрительный зал на музыкально-драматическое действо «Песни войны и мира. Героям-Победителям посвящается». Поздравительное слово в адрес живых Победителей, которые расположились в «Царской ложе» театра, тепло и прочувствованно произнесла Лейла, обратив наше внимание на ложу. В ней сидели живые Победители и были реальной живой легендой. Зал разразился аплодисментами с носовыми платками у глаз! Удушливый комок всё настойчивее перекрывал моё горло, рыдания то и дело готовы были сорваться с губ. Немудрено, последние три месяца я дописывала новую книжку о войне. Моё психологическое состояние было как на лезвии. Более двух десятков раз я пела слова на музыку А. Пахмутовой «Горячий снег»:
«Танк и человек встречались в схватке рукопашной, и превращался в пепел снег», – и всё было нормально. А тут вдруг в глазах вспыхнул огненный клубок: маленький ЧЕЛОВЕК, скрежеща зубами, руками рвёт танк! Вся моя суть сжалась, и спасительный поток слёз вырвался наружу. Полтора часа мы слушали то счастливые песни Победы, то «Вставай, страна огромная!», от которой мурашки в душе и мурашки в горле, нечем дышать. То проблеск радости, то в голове: папа погиб, папы нет, а мама жила? Как?
В 16:30 закончилось представление в «Геликон-Опере». А в 19 часов, так получилось, у меня случились билеты в Международный дом музыки. И там два часа то же эмоциональное зашкаливание! Вернулась домой и разрыдалась в голос. Разрядилась! Господи, убереги мою уже слабую психику от срыва, дай сил собраться с духом и перешагнуть стресс. 9 мая в 10 часов утра – парад Победы! О чём я думала? Как хорошо, что в прошлом году настроилась и прошла с портретами папы и дяди Лёни с «Бессмертным полком», что дала возможность папе и дяде Лёне побывать в Москве, пройти по Тверской улице, увидеть Красную площадь и прошагать по ней моими ногами! Не успела приготовить обед, как подоспели 14 часов – снова наше хоровое выступление в парке около Новых Черёмушек.
Здесь было легче. Температура 26 градусов, свежий воздух, зелень вся распустилась! Ни комка в горле, ни горьких слёз уже не было, хотя пели всё те же песни. Фотоаппарат, который носила с собой, оказался (уже в который раз!) разрядившимся. Это не помешало мне петь эмоционально, но без слёз. Сначала хор, как всегда, спел намеченные песни со сцены. Потом нас посадили на два первых длинных парковых ряда. На сцену вышла другая, мне не знакомая хормейстер, и все зрители, присутствовавшие в этой части большого парка, подтянулись к середине, к певческому центру и стихийно, но на удивление слаженно запели. Каждый стоял там или садился туда, где чувствовал себя уютно и комфортно. И я подстроилась к запевалам. На душе пела птица радости, и голос мой зазвучал без провалов и особого напряжения, что теперь не всегда бывает. Пожалела только о разрядившемся фотоаппарате.
Домой отправилась в концертном платье, с грудью, унизанной медалями. Вместе с георгиевской ленточкой они создавали особый праздничный блеск. Я выглядела, вероятно, уставшей, шагала неспешно, но чётко в длинном концертном платье, звеня медалями, в руках гвозди ки, с роскошной шляпкой на голове. На моём пути очередной парк, победное мероприятие в котором называется «Московские сезоны – 2019». И здесь со сцены льются те же победные аккорды и тексты! Вдруг передо мной вырос мальчишка возраста и роста моего внука Жени, который сейчас не в Москве.
– Здравствуйте! Я поздравляю вас с Днём Победы! Когда я готовил, сочинял поздравительную открытку, оказалось, что я думал именно о вас! – сказал мне юный Человек! Почти все дети привыкли дарить так: папа дал деньги, он что-то купил и подарил. Передо мной же стоял мальчик, который заблаговременно задумался о подарке, придумал его, сделал своими руками и вручил! Ему было лет 12–13. Тот возраст, который не просто уговорить на что-то сердечное, эмоциональное. У моего юного друга всё получилось. Смотрю на незнакомого мальчугана, который в мгновенье ока стал мне так же близок, как мой внук Женя! Достала из сумки российский триколор, вручила мальчишке. С горячим чувством обняла я парнишку, и душа моя запела!
Сценарий праздника сегодняшнего дня напомнил мне об эстонском международном музыкальном празднике под названием «Певческое поле», в котором наш хор должен был в мае 2013 года принимать участие.
За месяц до праздника узнаём, что новому эстонскому президенту, рождённому эстонцами за пределами СССР и ни разу не бывавшему в Эстонии, но оказавшемуся на эстонском «престоле», не понравился памятник советскому солдату в центре Таллина. Под покровом ночи перенесли памятник на новое место, определив его на всеобщем погосте, где с одной стороны захоронены нацистские «солдаты», с другой – советские воины. Между ними, решила новая эстонская власть, как раз и место памятнику советскому солдату. Узнав о таком решении, хористы единогласно отказались от участия в «Певческом поле».
Памятник советскому солдату
День Победы! На погосте меж нами и ими
В скорбном величии духа возносишься ты!
Людская река благодарственной памяти подвигу
Морем несёт к твоему пьедесталу цветы!
Затуманился взор, застилаются очи слезою
На фоне коллапса в Одессе и памяти здесь!
О воин, на этой земле мы с тобою,
Ты был, и ты будешь, потому что ты ЕСТЬ!
Таллин, 2014 год
Часто бывая в Эстонии, я почти всегда приходила с цветами к памятнику советскому солдату. И всегда видела у памятника цветы. Немудрено, почти половина жителей Таллина – русские.
Чтобы в истории Советского Союза и в российской истории появился праздник День Победы и стал в настоящее время праздником несокрушимой жизненной ценности и мощи, потребовались годы всеобщей стойкости и напряжения всех вместе и каждого отдельного, конкретного человека! Всего моего рода и меня в том числе!
27 месяцев хозяйничали фашисты на смоленской земле. Из села многих мальчиков и девочек 13–15 лет угнали в Германию. Малолетним узником стала и моя самая старшая сестра Таня, вернувшаяся домой только в 1946 году.
Сестричке Танечке, бывшему малолетнему узнику
Родная наша ты душа,
Ты наши корни после мамы,
Нам всем была ты хороша,
Испила ты чашу драмы,
Захлебнувшись той войной,
Не встретившись с своей весной.
Терзала жизнь тебя нещадно,
Ты устояла, ты жила…
Нашла свой верный талисман
В краях Аида мрачных стран.
Память о тебе мой стих хранит,
Она и дни, и дух наш укрепит,
Ты будешь в нашем сердце до тех пор,
Пока струится кровь и видит взор!
Танечка умерла 10 ноября 2008 года.
16 марта 2009 года, на улице 0 °C, солнце
Гонимые наступающей Советской армией и изгнанные со смоленской земли в сентябре 1943 года, фашисты дотла сожгли Любавичи. От отчего дома мамы осталась только одна высокая обгоревшая печная труба. Как в мемориале «Хатынь» в Белоруссии. И до 1947 года мама с нами ютилась на 4 кв. м сначала в соседней деревне, затем в Любавичах в доме у Марфы, где жила она сама с детьми, нас пять человек и почта. В большом доме Островского, которого немцы расстреляли, в 1943 году начались школьные занятия. Маме какое-то время позволили пожить в закутке учительской. Все мы спали на русской печи. Мне не хватило места. Кто-то в виде антресоли прибил доску между потолком и печью. Каждый вечер я втискивалась в это пространство. Ночами мы оставались вместе, и мне не было страшно. Хотя я долго ещё, ложась спать, шептала: «Папа, папа, иди домой, немцы страшно бухают!»