Демон Рида

Глава 5

Чужая зависть

Я наблюдаю прекрасную картину: Роза стоит у окна своего кабинета и провожает взглядом любимую дочь, идущую уверенным шагом в руки мужчины, которому ее мать отсосала сегодня утром, стоя на коленях. Я даже знаю чувства, которые она испытывает.

Изменники почти никогда не думают о последствиях своих действий, но как чудесно, что я не считаю секс с другой женщиной изменой. Моногамия, как и доверие, – не моя сильная сторона.

Роза испытывает смешанные чувства: горе, гнев, сожаление, тревогу, стыд и зависть – то, что разрушает ее сейчас. И она задает себе вопросы:

«Что я сделала не так?»

«Как нужно было поступить, чтобы этого избежать?»

«Почему это происходит?»

«Достаточно ли я хороша для него?»

«Почему он это делает?»

Считается, что мужчины неверны, потому что у них есть такая возможность, на деле же любовь на всю жизнь – это ложь, а моногамные отношения – обман. Роза сейчас не думает о том, что сама уже четыре года гуляет от своего мужа, она лишь презирает ситуацию, в которой молодая девушка может свободно забраться в мой автомобиль и об этом не будут переговариваться на каждом углу. Она же может лишь открывать рот за закрытой дверью своего кабинета.

Зависть.

Сейчас она испытывает ее. Ей за сорок, брак давно разрушен, а мужчина, о котором она думает последние четыре года, трахнет ее дочь. Чувство досады пожирает, а возможности дочери заставляют ее ненавидеть. Дейзи, меня и саму себя. Завтра, когда она спросит, что ее белокурая милая дочка делала в моей машине, я не скажу ей всей правды. Зачем ей знать, что она скакала на моем члене? И Роза поверит, а я перестану уважать ее еще больше. Но это будет завтра.

– Бенджамин?

Она залезает в авто, совершенно не стесняясь короткой юбки, которая задирается еще выше. У тебя красивые ноги, милая, но я не привык, когда ко мне обращаются по имени.

– Мисс Мур. Чем могу помочь?

Ну, кроме очевидного, твоя машина сломалась? Тебя нужно довести до дома и до оргазма? Что ты придумаешь, милая? Удиви меня. Дейзи понимает, что обратилась ко мне фривольно и ей требуется время, чтобы ответить.

– Простите, профессор, моя машина не заводится, так не хочется ждать эвакуатор сейчас. Вы могли бы довезти меня до дома?

Я думал, вы более сообразительны, ну что ж. Мне же неинтересен уровень вашего IQ, но смею предположить, милая, что он ниже среднего.

– Адрес, мисс Мур, я довезу вас.

– Линкольн-роуд, 24.

Ты уже пристегиваешь ремень безопасности и одергиваешь топ пониже. Твоя грудь красивая, милая, но меня огорчает уровень твоего интеллекта, я надеялся, что ты будешь поумнее, хоть и не собирался с тобой беседовать.

Всю дорогу мы едем, разговаривая о простых темах, которые не требуют высокого уровня образованности: погоде, ее выходные в Вегасе занимают бóльшую часть поездки. Дейзи показывает фишки и рассказывает, что они поделили их на всю компанию, но я не уточняю про состав, понимая, что там точно есть моя практикантка. Чем ближе подъезжаем к названному адресу, тем дерганее становится Дейзи.

Не знаешь, как начать? Я не планирую тебе помогать, милая, ты сама сделала выбор и начала эту игру с незнакомцем. Сможешь ли ее закончить? Я паркую автомобиль у дома, вокруг нас ходят люди, ездят велосипедисты, оживленная улица, это будет интересно, милая. Ты же не думаешь, что я буду подниматься к тебе?

– Может, хотите подняться и выпить кофе?

Я огорчен. Искренне.

– Я предпочитаю чай, мисс Мур.

И быстрый перепихон на заднем сиденье авто ради исключения. У тебя осталось тридцать секунд, милая, иначе я уеду заниматься делами. Тело само себя не уничтожит. Двадцать пять секунд.

Я не сделаю первый шаг в игре, которую Дейзи начала. И она его делает, умница. Быстро отстегивает ремень и приближается ко мне. Одна рука уже легла на мой пах и начала поглаживать ширинку. А ты думала, я возбудился от выреза на топе? Нет, милая. Это неинтересно. А вот твои глаза, в которых плещется похоть и неуверенность, возбуждают. Я внимательно смотрю в лицо напротив, Дейзи красивая по общепринятым меркам, жаль, что глупая. Но я уверен, в сексе она опытна и хороша. Невинные девы не садятся в машины к незнакомцам. И заранее прости меня милая, но я точно буду сравнивать тебя с Розой. Какой твой следующий шаг?

– Профессор, может, переместимся на заднее сиденье, если вы, конечно, хотите? – Уверенности в ее голосе почти нет, куда она делась?

– Хорошая идея, милая.

От такого обращения Дейзи закусывает губу. Ну что ты, я так обращаюсь ко всем. Не надумывай. Выхожу из машины и пересаживаюсь, мисс Мур же просто перелезает на заднее сиденье. Тонированные стекла скрывают нас от взгляда прохожих. Стеснение во взгляде – это так мило, особенно в сочетании с откровенным топом и короткой юбкой. Она устраивается на моих коленях. Умница, так я смогу видеть твои глаза. Я не вижу необходимости раздевать ее полностью, может, в следующий раз? Если мне, конечно, понравится первый. Я опускаю топ вниз, освобождая грудь, и немного сминаю ее ладонями, скручивая затвердевшие соски. Слишком жесткая, жаль, что не настоящая. Но сейчас это не важно. Приподнимаю и без того короткую юбку еще выше, теперь она на тонкой талии, и Дейзи начинает меня целовать. Неплохо, язык играет с моим, и я уже слышу ее стоны. Тебе так мало нужно или ты стараешься мне угодить?

Запускаю руку в кружевные трусики, какая же ты уже мокрая, милая. У большинства женщин клитор является главной эрогенной зоной. По этой причине именно он – основной источник приятных ощущений, которые женщина испытывает во время полового акта. Если знать, куда нажать и как стимулировать, оргазм не заставит ждать.

А я знаю все нужные точки. Чувствую, как он твердеет и набухает от каждого моего движения, а пальцы уже утопают во влаге. Ты так и хочешь, чтобы я засунул пальцы в тебя? Искусственная грудь трется о мою белую рубашку, от этого ее соски твердеют еще сильнее. Зря я не снял пиджак. Нет, милая, сейчас ты не кончишь. Я уже чувствую, как ты близка. Убираю пальцы и слышу, как Дейзи огорченно вздыхает. Не расстраивайся, милая. Но если ты кончишь, ты будешь слишком расслаблена и не сконцентрирована.

– Профессор, пожалуйста, не останавливайтесь.

Дейзи шепчет мне куда-то в шею, оставляя мокрые следы поцелуев на моей коже. Совсем недавно мисс Петерсон вытирала оттуда каплю крови. Она начинает расстегивать мой ремень и брюки дрожащими руками, молодец, милая. Ты на верном пути. Мне в них уже слишком мало места. Приходится помочь спустить ненужную одежду с себя. Я откидываюсь на спинку сиденья и даю тебе возможность рассмотреть все то, что скоро будет в тебе до последнего миллиметра. Скорее всего, тебе будет немного больно, но ты привыкнешь и тебе это понравится. Дейзи так завороженно смотрит на мой член, облизывается и начинает склоняться вниз, чтобы повторить сегодняшнее утро. Не сейчас, милая, у меня нет на это времени, возможно, в другой раз. Приходится остановить ее за тонкие плечи, а она так обиженно поджимает губы. Я помогаю залезть ко мне на колени, и она так хочет почувствовать меня в себе, что методично двигается вверх и вниз, напрочь забывая, что еще в белье. Чувствую, как она трется черным мокрым кружевом о член, опять останавливаю Дейзи. Не так, милая.

– Я пью таблетки.

Шепчет, но мне, признаться, все равно. Доверие – не моя сильная сторона. За всю свою жизнь я никогда не занимался незащищенным сексом.

Из внутреннего кармана пиджака вытаскиваю презерватив, быстро вскрываю упаковку и надеваю его. Ты же не думала, что я буду заниматься с тобой незащищенным сексом, милая? Хотя, конечно, ты именно так и думала. Я отодвигаю мокрые трусики вбок, незачем их снимать. Одной рукой придерживаю член, другой женское плечо, немного подталкиваю. Давай, милая, ты давно готова. Тонкие пальцы сминают плечи моего пиджака, и Дейзи медленно опускается, сантиметр за сантиметром. Сейчас мне нравится твоя сдержанность, чувствую, как заполняю тебя. На секунду Дейзи замирает.

Думаешь, это все?

Нет, милая. Приходится еще раз подтолкнуть ее вниз, чтобы она смогла ощутить всего меня.

– Ох!

Тихо слетает с ее припухших губ. Нужно отвлечь тебя от непривычного размера. Я зарываюсь левой рукой в белокурые волосы и притягиваю Дейзи к себе. А другая рука уже опять начинает массировать возбужденный клитор. И теперь я ловлю губами стоны. Боль перемешивается с удовольствием для тебя, ты больше не контролируешь глубину, а я стараюсь войти как можно глубже, до самых яиц.

Да, вот так я люблю.

Дейзи хорошо двигается, а я умело контролирую степень ее удовольствия. Искусственная грудь уже трется о мое лицо, но даже это сейчас меня не отвлекает. Она весьма хороша. Мне нравится ее податливость. Все так, как я и рассчитывал. Но больше нет времени. Пора, милая. Ловлю сосок зубами и кусаю, причиняя явную боль, но не в том состоянии, в котором она сейчас.

– О боже, профессор.

Она в эйфории. Наматываю волосы на кулак и натягиваю их на затылке. Для нее это был лишь сигнал к финалу. Чувствую, как горячие стенки начинают сжиматься вокруг меня. Хорошо, милая. Последний нажим пальца на клитор, и я смотрю в твои глаза. Не замечал, что они у тебя зеленоватые, но сейчас я чувствую не просто оргазм, я чувствую твой аромат. Ты вкусно пахнешь, когда кончаешь. В твоих глазах то, за что я люблю секс. Обожание, восторг, эйфория. Я кончаю вслед за тобой, и ты точно чувствуешь, как я пульсирую в тебе.

Молодец, милая, мне понравилось. Ты точно теснее Розы, но она более изобретательна.

Приходится помочь Дейзи подняться с себя, она будто и не собиралась вставать. Она садится рядом и не двигается, лишь откидывает голову на черную кожу салона. Будто вновь посидел в кресле Розы. Я уже привел себя в порядок, а она только сейчас открывает глаза, которые заволокло пеленой наслаждения. Надеюсь, ты не будешь говорить, как тебе понравилось. Я и так это вижу, твое сердцебиение еще не пришло в норму, оголенная грудь часто поднимается в такт дыханию. На лбу виднеется испарина, а сиденье испачкано твоей смазкой. Нужно отдать машину в химчистку.

– Профессор.

Твой шепот мог бы возбуждать, но не меня.

– Да, милая?

Не говорите маме? Поднимитесь на чай? Когда повторим? Давай, удиви меня.

– Пожалуйста, не проболтайтесь маме о нас. У меня после истории с Вегасом и Софией, натянутые с ней отношения.

О, милая, о нас. Как прекрасно это звучит из твоих уст. Особенно зная, что нас нет. Не было и не может быть. Ты слишком бестолковая, чтобы заинтересовать меня иначе, кроме как в сексе. А вот история о мисс Петерсон заставляет меня задуматься, что две блондинки сделали в Вегасе и кто еще был с ними? Нужно было все же уточнить этот момент ранее, но точно не сейчас.

– Не беспокойтесь, мисс Мур, не в моих правилах болтать.

Тебе пора, милая. Меня ждет тело в морозильнике для рыбы, которое сегодня нужно уничтожить. Плюс, я все еще планирую найти серийного маньяка. Я даже придумал наказание для него, весьма специфическое для меня. Но я уверен, оно того стоит. Ну вот зачем ты тянешь ко мне свои губы, будто мы лежим в постели после ночи любви? Мы же просто трахнулись на заднем сиденье.

– Может, поднимемся, родителей нет дома?

Как ожидаемо, я еле удерживаю эмоции, чтобы не скривиться.

– В другой раз, мисс Мур, сейчас у меня дела.

Тебе точно понравилось то, что я сказал. Теперь в тебе будет жить надежда, что этот раз был не единственным. Но я почти уверен, что второй не повторится. Это было неплохо, но секс всегда неплох. Ничего нового я не испытал, да и не надеялся.

– До скорого, профессор.

Она быстро поправляет топ, а соски все еще выступают через ткань. Я знаю, милая, что тебе хочется еще. Она уже дернула за ручку двери, приоткрывая ее, но опять оборачивается.

Я на самом деле спешу. Ты не скажешь мне ничего нового.

– Профессор, это был лучший секс в моей жизни.

На заднем сиденье авто? Серьезно? Иди уже, прими душ. Я знаю, что тебе понравилось, но я просто контролировал твой оргазм. С кем ты спала до этого? С деревом?

Она не дожидается ответа, что радует меня. Что я должен ответить на такое? Пожалуйста? Спасибо? Вы были тоже неплохи? Дейзи скрывается за дверью своего дома, а я пересаживаюсь на водительское сиденье. Сейчас меня ждет Мистер Стоун и серийный маньяк. Одного я планирую утопить в заливе, а второго найти и предать казни чужими руками.

Ведь у всех всегда есть выбор?

Глава 6

Уныние

А вы знали, что мне пришлось оформить лицензию на рыбалку, чтобы иметь возможность избавиться от мистера Стоуна, да и не только, во Флориде? Я официально могу выходить в открытый океан в любое время суток. Но меня, конечно, интересует только ночь. Я выбрал один из самых простых способов избавления от ненужных тел. Идеально – кремация. Полное отсутствие улик, но я не хочу связывать свою жизнь со сжиганием покойников, а случайно стать владельцем печи – невозможно. Даже на сжигание людей нужна лицензия.

Я выбрал самый незаметный способ – рыбалку. С должным утяжелением мистер Стоун навсегда останется под ледяной гладью залива. В его самой глубокой точке вода уходит почти на два километра вниз, и даже в пик летней жары не прогревается выше 1,7 градуса по Цельсию. Сюда не спускаются обычные водолазы, и поисковым отрядам нечего делать в такой бездне. Обычно вскоре после смерти внутренние бактерии начинают разлагать тело, выделяя газы, отчего оно, как пробка, всплывает на поверхность. Но здесь это невозможно: ледяная вода подавляет любую бактериальную активность, не давая газам накапливаться, а утяжелители надежно удерживают тело на дне.

Я смотрю, как мистер Стоун, завернутый в черный плотный целлофан с грузами внутри, медленно исчезает под толщей воды. И вместо удовлетворения чувствую лишь гнетущую, безысходную скуку… А вы знаете, какой это грех?

Верно, уныние. Состояние апатии.

Но скажу вам честно, я принял все свои грехи. И это – не самый страшный из них.

Я давно надел на себя «маску приличия» и изображаю обычного человека, который занимается спортом, следит за здоровьем и внешним видом, аккуратно выбривает короткую щетину каждые два дня и ведет книжный клуб по пятницам. Если бы вы встретили меня на улице, в аудитории, в постели, подумали бы вы, что я отрезаю веки тонким скальпелем?

Я знаю ваш ответ: нет.

Я не трогаю невинных. Прежде чем ввести дозу раствора, который я называю «семь», я узнаю все – до последней детали, до самого дна правды. И только тогда, когда уверенность становится абсолютной, я действую. Моя цель – убийца. Для того чтобы подумать о возмездии, должна быть веская причина. Я не убью человека, если он сбил кошку на улице Майами. Нужно четко владеть своими эмоциями в любой ситуации. В сексе, на лекции, с ножом в руках. Эмоции – они затуманивают всякий разум, как и чувства. Я предельно внимателен. Не оставляю за собой никаких следов и зацепок. Ничего. Даже то, что я составляю психологические портреты для полиции, не приведет блюстителей порядка ко мне, на них работают по меньшей мере десять человек в этом направлении.

И главное, не вмешивать в работу личные интересы. Никогда. Это путает разум и притупляет внимание.

Сегодня был долгий день, мне необходимо принять теплый душ и перелистать последний раз материалы дела по серийному маньяку, которые я собрал лично. Мне удалось вычислить примерное место его нахождения. Осталось проверить шесть возможных адресов, по два на каждый день. Но сейчас мне необходимо восстановить силы. Во время охоты на мистера Стоуна я не спал более сорока восьми часов, и теперь мне нужен отдых.

Два дня пролетели в обычном режиме: после лекций я осматривал дома, которые подходили под описание. Для того чтобы моя машина не попала на камеры, приходилось брать семейные автомобили в аренду с залогом без подтверждения документов. Давно я не ездил за рулем «таких» авто. Весь салон пропах сигаретным дымом, а в обивке сидений отчетливо виднелись точечные разводы от семенной жидкости. В этом автомобиле определенно предавались греху, и не один десяток раз. Но сейчас это было не важно, время похищенных почти вышло. Я подъехал к последнему объекту наблюдений. Тут было все как нужно. Неприметный светлый дом с невысокой крышей, объявление об аренде было закрыто десять дней назад. По описанию и фото с сайта агента, в доме есть подвал и удобный проход к кухне через гараж. Дом в неблагополучном районе, количество совершенных преступлений тут превышало среднее значение по штату на тридцать процентов. Шанс быть убитым, ограбленным или стать жертвой насильника здесь значительно выше, чем в районе в десяти минутах езды. Из-за этого дом сдавался по сниженной стоимости.

Вы же помните, что наш объект не работает и находится на обеспечении государства?

Я уже рассказывал, что киношные злодеи предпочитают броские авто, мой же объект – настоящий. Он не рассекает по улицам Флориды с громкой музыкой в черном кожаном плаще. Он тихий обыватель жизни, серое существо, которое с детства наслаждается тем, что причиняет боль и унижение другим, более слабым. Сначала он угрожал и заставлял жертв молчать. Но с возрастом потребности стали меняться. Ему становилось мало разовой акции, ему стали нужны объекты его насилия в беспомощности. В страхе. Неделями лежащие на холодном полу подвалов.

Полицейские после составления портрета начали обыскивать дома, сданные недавно. Но проблема заключалась в том, что в начале учебного года спрос на аренду вырос многократно. Знаете, как я нашел этот дом? Рядом нет учебных заведений, ближайшая автобусная остановка в паре километров. Этот район идеален, чтобы скрыться от глаз. Этот дом идеален, чтобы в нем находились двое похищенных подростков и один психически нездоровый мужчина.

Наручные часы подсказывают мне, что время приближается к полуночи. Значит, если сегодня я добьюсь успеха, ближайший сон будет не скоро. Но в начале нужно проверить дом. На этой улице даже освещение не работает – это идеально. Чтобы знать наверняка, мне придется покинуть автомобиль и осмотреть дом. В этот момент я чувствую трепет. Будто я хищник, который загнал в угол падальщика. И я не буду пожирать плоть своей жертвы, я охочусь только ради удовольствия.

Вы любите дельфинов?

Скорее всего – да. Вам нравится, как они прыгают в кольцо и держат мяч на носу.

На самом же деле они убийцы. Хищники. Среди них можно встретить настоящих подонков.

Все, как у людей.

Есть определенный род дельфинов – афалины, они могут иногда убивать и мучить морских свиней просто ради развлечения. Они не едят их и не пытаются прогнать со своей территории, а просто избивают до полусмерти и не дают дышать, пока те не умрут. Также некоторые дельфины-самцы насилуют как самок, так и коллег-самцов, не говоря уже о других видах.

Вы все еще любите дельфинов?

А некоторые обезьяны также способны на асоциальное и откровенно безумное поведение, схожее с подобным у людей.

Дельфины-насильники и шимпанзе с психологическим расстройством. Как же я люблю этот мир.

Я уже смотрю на дверь гаража с облупленной белой краской. Даже естественного освещения луны достаточно, чтобы увидеть обшарпанные стены здания. Надеваю черные кожаные перчатки, а на голове уже темный капюшон. Мне не нужно, чтобы меня узнали, и не нужно оставлять свои отпечатки на месте преступления. Этот дом будут проверять вдоль и поперек.

Я научился вскрывать двери отмычками еще в детстве, сбегая из сиротских приютов и приемных семей. Бесспорно, это один из полезнейших навыков. Тихо. Без лишнего шума. Без ключей.

Замок тихо щелкает, но, если надавить на замочную скважину в момент открытия, щелчок почти не слышен. Дверь открывается без скрипа, за что я благодарен сейчас. Лишний шум мог бы привлечь ненужное внимание. Дальше я переступаю порог гаража и прикрываю за собой дверь не до конца, чтобы был путь к отступлению. Приходится включить маленький фонарик.

И вот она. Машина не из рапорта полиции. Очевидцы ошиблись с маркой авто, и уже не первый месяц ищут не ту машину. Цвет указан верно, хоть тут они не прокололись. А если я вижу эту машину, значит, в доме находится тот, кого полиция ищет, прочесывая каждый уголок Майами. И сейчас я познакомлюсь с ним лично. Если он еще тут, значит подростки, которых он похитил недалеко от старшей школы, еще живы. И я не знаю, радоваться за них сейчас или нет. Это воспоминание будет жить с ними, они будут просыпаться с мыслями об этой неделе. Засыпать с включенным светом. Сорок семь процентов жертв не справляются и не могут жить дальше. И сейчас я не могу радоваться за них. Их ждет слишком длинный путь реабилитации. И возможно, через тридцать лет они будут ездить на бежевом авто и снимать дешевый дом с подвалом. Чтобы наслаждаться властью, которой их лишили сейчас.

Водительские права на имя Джозефа Эдварда Дункана[7]. Родился двадцать пятого февраля одна тысяча девятьсот восемьдесят третьего года в городе Такома, штат Вашингтон.

Ну, здравствуй, Джозеф.

Сегодня нас ждет увлекательное путешествие в месть. Сегодня я впервые дам людям выбор в совершении наказания.

Ведь у каждого есть выбор?

Глава 7

Гнев

Сегодня я покажу людям их истинное лицо. Докажу, что они не готовы к прощению и смирению. Я расскажу им, что в душе каждого человека живет жажда мести. Раскрою реакцию, которая выражается в недовольстве каким-либо действием или негодованием, возникающим у человека в результате действий «нашего» маньяка. Праведного гнева с последующим стремлением устранить этот объект.

Но может ли быть гнев праведным? Иудеи считают, что если гнев возбужден чувством справедливости при виде совершающегося преступного действия, то он похвален, и это есть поступок праведных. Вы верите иудеям?

Сегодня будет жарко.

Времени осталось все меньше до рассвета, а именно до пятнадцати минут седьмого. Мне нужно провести все манипуляции, задержусь хоть на минуту – буду пойман с поличным. В моей голове уже давно сформировался план возмездия, я спланировал место, время и единственное, чего мне не хватало – это действующего лица. И сейчас появится звезда сегодняшнего зажигательного представления. В первый раз я решил изменить своим правилам, в первый раз я буду организовывать казнь.

Мне приходится выключить фонарик, он может привлечь лишнее внимание, я всерьез задумываюсь о приборе ночного видения для таких случаев. Аккуратно переступаю, стараясь не издать ни звука. Мне не нужно, чтобы мистер Дункан узнал, что сегодня у него нежданные гости. В правой руке зажат шприц, я немного увеличил дозу раствора, не зная точной массы, но при среднем телосложении объект будет в отключке три часа. Этого времени мне хватит, чтобы довести объект до нужного места и состояния. Затхлый воздух ударяет в нос.

Омерзительно.

В доме пахнет экскрементами, плесенью и спермой. Это не тот запах, который я люблю, тут нет запаха страха, тут нет запаха удовольствия. Тут лишь смрад. Вдыхая его в легкие, я в очередной раз удостоверился, что принял верное решение о возмездии. Небольшой дом с кухней-гостиной, в комнате темно, нет и намека на освещение. И сейчас меня ждет два развития: маньяк занимается своим любимым делом или спит. Я, конечно, надеюсь на сон, не хотелось бы появляться в подвале и показывать свое лицо подросткам, это не входило в мои планы. Никто не должен меня видеть. Около лестницы на второй этаж неприметная дверь с двумя навесными замками. Процент того, что я нашел верный дом, стремительно приближается к ста. Обычно люди не вешают по два замка на подвал, если им не нужно никого удерживать. В доме полнейшая тишина, и раз замки на месте, значит мистер Дункан точно отдыхает.