– О! – воскликнула Гизмо. – Так это мыши!
– Очень много мышей, – добавил Макс и прищурился, чтобы разглядеть хоть одну из маленьких тварей.
Сверху послышались громкий писк и визг.
– НЕ ПЫТАЙТЕСЬ ПРОЙТИ ДАЛЬШЕ, – проверещал уже знакомый голос. – ТУТ НЕТ МЫШЕЙ. ТОЛЬКО ОГРОМНЫЙ СТРАШНЫЙ-ПРЕСТРАШНЫЙ МОНСТР, И ОН СОЖРЁТ ВАС!
– Правда?! – взвыл Крепыш, задрав верх морду. – Если тебе так хочется поживиться собачатиной, зачем ты нас прогоняешь?
– ГММ… НУ… ДУМАЮ… Я ПОКА НЕ ГОЛОДЕН. ПЕРЕД ВАШИМ ПРИХОДОМ ПРОГЛОТИЛ ЦЕЛУЮ СВОРУ СОБАК. МММ, КАКАЯ ВКУСНЯТИНА!
Гизмо посмотрела на Крепыша и Макса взглядом, который будто говорил: «Дайте-ка мне разобраться с этим наглецом», но вслух терьерша проговорила:
– Ох, значит, мы можем пока расслабиться. Я становлюсь медлительной, когда переем, наверное, этот монстр тоже не сможет нас догнать.
– НЕТ! Я ПОЛОН ЭНЕРГИИ! И ЛЕГКО ПОЙМАЮ ВАС, ЕСЛИ ЗАХОЧУ. ПРОСТО ЧТО-ТО НЕ ХОЧЕТСЯ.
Гизмо гарцующим шагом побежала вперёд и крикнула друзьям:
– Пошли! Поглядим, что там!
Макс и Крепыш трусцой припустили следом. Макс ожидал, что их снова одёрнут по громкой связи, однако вместо голоса раздался электронный треск, и всё стихло.
Зато весь торговый центр наполнился другими звуками – будто тысячи крошечных лапок скребли по ковровым покрытиям и кафельной плитке. Сначала Макс решил, что это шторм. Но за металлическими решётками он увидел волнующееся море из чёрных, серых и белых тел, которые залезали друг на друга в стремлении преследовать собак.
Мыши шептали и шипели. Их крошечные глазки мерцали в темноте. Макс не мог разобрать, что говорят грызуны, слышалось только неумолчное псст, псст, псст, и эти звуки напоминали шум водопада.
Гизмо провела Макса и Крепыша мимо киосков, забитых солнцезащитными очками и календарями, огибая мусорные баки, которые не опорожняли с тех пор, как уехали люди.
Проход, по которому они шли, перетекал в просторную площадь, залитую призрачным туманным светом, лившимся вниз сквозь огромный стеклянный купол. На полу мелькали тени – это над крышей пролетали обломки разрушенных штормом сооружений. В центре площади стоял большой открытый павильон, а рядом с ним – схема и знак «Информация».
Мышиная волна выплеснулась из витрины с блестящими золотыми колье и кольцами. Грызуны вставали на задние лапки и перешёптывались, словно передавая друг другу какое-то сообщение.
Гизмо замедлила шаг и остановилась. Макс возглавил группу, собаки подошли к информационному киоску. Мыши кишмя кишели на прилавке вокруг серебристого микрофона со встроенной в подставку большой чёрной кнопкой. Рядом с ним стояла красноглазая белая мышь – самая крупная из всех.
Макса позабавило, как она двумя лапками надавила на кнопку. В скрытых где-то громкоговорителях раздался щелчок, и они ожили.
Оратор устрашающим голосом заговорил в микрофон:
– НЕ ОБРАЩАЙТЕ ВНИМАНИЯ НА МЫШЕЙ ВНУТРИ КИОСКА!
– Так это от него столько шума? – удивилась Гизмо. – Но он… такой… такой… маленький.
– Не обращать внимания? – повторил Крепыш. – Зачем тогда говорить об этом так громко?
Мышиный вожак смотрел прямо на собак. Потом раскрыл пасть, обнажил миниатюрные, острые как бритва зубки и прошипел:
– ВАМ ЭТО ЗНАТЬ НИ К ЧЕМУ.
Глава 4
Мышиный молл
Помахивая хвостом, Макс неспешно двинулся к киоску. Несколько мышей на столе с писком кинулись врассыпную.
Но большая белая мышь не струсила. Зверёк снова надавил на кнопку микрофона и произнёс:
– НЕ ПОДХОДИ БЛИЖЕ! – Усиленный динамиками голос превратился в жуткий визг. – ЭТИ МЫШИ – ОНИ… ОНИ… Я ОСТАВИЛ ИХ СЕБЕ НА ЗАКУСКУ! Я ОГРОМНЫЙ! КОГДА СНОВА ПРОГОЛОДАЮСЬ, Я…
Макс поднялся на задние лапы и поставил передние на прилавок, чтобы оказаться нос к носу с мышью.
– И-и-ик! – Мышь отшатнулась от микрофона.
– Не бойся, – успокоил малыша Макс, – мы тебя не обидим.
Мышь села на задние лапки и замахала передними:
– Ты лжёшь! Вы хотите обмануть нас, втереться в доверие, а потом слопаете, как все другие бродячие псы, что проходили через этот молл.
– Поэтому ты пытался напугать нас? – спросила Гизмо. – Ты боишься, что мы тебя съедим?
– Кто это? – забеспокоился мышиный вожак. Подбежав к краю стола, он глянул вниз, на Крепыша с Гизмо, и спросил: – Вы кошки?
Йоркширка вильнула коротким хвостом:
– Нет, глупыш. Мы собаки – только маленькие.
– Но голодные, – вступил в разговор Крепыш. – Правда, я никогда не ел мышей. Могу поспорить, на вкус они… как клей.
Мышиный предводитель испуганно отбежал назад.
Макс заметил несколько маленьких головок на полках киоска, они высунулись из укрытий и наблюдали за происходящим. Посмотрев направо, пёс увидел и других мышей – грызуны выстроились у дверей магазинов. Несколько самых уверенных в себе разлеглись на полочках в ювелирной витрине – они возлежали на красных бархатных подушках среди сверкающих драгоценных камней.
Вожак понюхал нос Макса.
– Ты пахнешь мокрым, – мудро заключил он.
Пёс указал мордой на стеклянный купол:
– На улице шторм. Мы едва сумели добраться сюда.
Мышь взглянула на облепленное листьями стекло и потоки воды, стекавшие по своду. Слышались приглушённые завывания ветра.
– Вот, значит, как, – задумчиво произнёс вожак и, посмотрев на Макса, добавил: – Я Самсон.
– Приятно познакомиться, Самсон, – кивнул Макс. – Это Крепыш и Гизмо, а я Макс.
Мышь вильнула длинным тонким хвостом: