Эпикриз с переводом

Ранбиры рассредоточились среди праздничной толпы, достали из карманов какой-то лист бумаги и принялись приставать к местным пантам, показывая им что-то, изображённое на листах.

Мне это совсем не понравилось. Я, опустив голову, решила, что мне сейчас просто необходимо покинуть испорченный появлением ранбиров виджай. Как шестое чувство взыграло. "Иди домой, от греха подальше", - закрутилось у меня в голове.

- Вы видели его? - вдруг задали мне вопрос. Я дернулась и подняла голову. Рядом со мной стоял смуглый пант, один из ранбиров. В руках он держал лист бумаги, который на деле оказался черно-белым фотоснимком. Я мазнула по изображению равнодушным взглядом и ответила:

- Нет, - но успела взглянуть на снимок еще раз, прежде чем его от меня убрали. И поняла - видела. Вот совсем недавно. Того самого чернявого панта с кулоном.

Ранбир шагнул от меня, но вдруг резко замер на месте. Присмотрелся внимательней, задержал взгляд на маске на моем лице и собрался уже спросить что-то ещё...

Но здесь началось что-то странное. В толпе раздался громкий свист, а за ним крик:

- Вот он! Держи его, держи!

Шум, крики, давка. Толпа хлынула потоком, расходясь в разные стороны, кто-то побежал, за ним люди, и ранбиры, и обычные панты. Все происходило быстро, я не успевала сфокусировать взгляд на ком-то одном и уж точно не разглядела, за кем гнались. Хотя подозревала... И в эту секунду из людской очереди, стоявшей у тира, вылетел мальчик. Упал на землю, близко ко мне, сильно ударяясь головой. Недолго думая, я вскочила с места и поспешила к ребенку.

Он был без сознания. Я ощупала мальчишку, потом вовремя вспомнила про свой "дар" и внимательно просканировала его с головы до ног.

Фух, хорошо, кости целы.

- Ты что делаешь? - услышала я голос и посмотрела на его обладателя. Мужчина, рыжий, со щетиной и в смешной шапочке с кисточкой на голове. Он возвышался над нами и потерянно смотрел на ребенка. - Что ты с ним сделала?

- Он упал. Без сознания, я пытаюсь ему помочь, - ответила я и полезла в свою сумку. Достала маленький пузырек с нашатырем и, открыв его, провела пузырьком под носом мальчика. Он тут же поднял веки, махнул руками, чуть не выбивая пузырек из моих рук, и посмотрел на меня испуганными глазами.

- Все хорошо, не бойся, - ласково произнесла я. - Что-то болит?

Мальчишка задумался, а потом потрогал рукой ушибленное место:

- Голова...

Я потрогала его голову, ощущая небольшую шишку.

- А в глазах не двоится? - спросила. - Не тошнит?

- Нет, - ответил ребенок и, похлопав густыми ресницами, вдруг спросил: - Ты кто?

Я пожала плечами и ответила:

- Друг.

- А как тебя зовут?

- Алла... ита, - вовремя нашлась я. - А тебя как? - спросила, но тут увидела мужчину, который бежал к нам, вопя на весь кшетр:

- Лакхан! - мужчина сел перед ним на колени и спросил. - Сынок, ты как?

- Нормально.

- Говорил же я тебе - не стоит ходить на этот деревенский виджай, а ты... - начал он нравоучение, косясь на меня.

У этого панта были забавные усы, слегка завивающиеся на концах, каштановые волосы, тоже слегка вьющиеся, и удивительно светлые глаза. Серые с желтоватыми вкраплениями.

- С вашим мальчиком все будет в порядке, не переживайте, - ласковой интонацией обратилась я к мужчине. - Голова, правда, может поболеть, да и шишка небольшая на месте ушиба появится. Но это не страшно.

- Ты кто такая? - нахмурившись, спросила меня папаша.

- Я? - растерялась я, не зная, как правильней ответить. - Местный... Лекарь.

Пант с усами продолжал хмуриться, приглядываясь к моему спрятанному под маской лицу.

- А с лицом что? - спросил он.

Вот здесь нахмурилась я и даже немного грубо ответила:

- Боюсь, милейший, вас это не касается.

- Да как ты разговариваешь с многоуважаемым сурешом шер Хираном! - подал голос пант в шапке. А я, услышав имя, чуть не рассмеялась. Но вспомнив, что в этом мире означает слово "суреш", сдержалась.

Ракшас! Ведь передо мной, действительно, многоуважаемый человек, хозяин этих или ближайших мест. Знать. Самая настоящая...

Та самая, с которой мне советовали не пересекаться.

- Извините. Не знала, - я опустила глаза и поднялась. Мальчик тоже поднялся, опираясь на руку отца.

- Так ты ж сказала, что местная. А все местные знают своего суреша в лицо, - язвительно произнес пант в шапке.

- Я сказала, что местный лекарь. Но сама не отсюда.

Шер Хиран нахмурился, внимательно меня разглядывая, а потом, обращаясь к рыжему панту, возмущённо спросил:

- Почему за Лакханом не доглядел?

- В суматохе все случилось, шер Хиран, толкнули, - пресмыкаясь, ответил тот, кто не доглядел. - Панта тут одного ищут...

- Это какого? - спросил суреш.

- Да кто ж знает. Ходили по кшетру со снимком... Показывали и спрашивали: видели ли такого? Ничего не объяснив, - ответил пант в шапке, а я, как бы подтверждая его слова, кивнула.

Шер суреш опять на меня покосился, теперь задумчиво, и вдруг поинтересовался:

- А ты случайно не новая целительница, живущая в доме на ведьминой горе? - поинтересовался он.

- Так точно, - с армейской выправкой ответила я.

- Наслышан, - фыркнул он, и я зачем-то спросила:

- Надеюсь, только хорошее?

- Хорошее. Хвалят тебя, говорят ты многим помогла, - ответил суреш и, кивая на сына, прижимающегося к отцу, неожиданно поблагодарил: - Шанкар, - достал из кармана одну монету... но зато какую! Такими со мной ещё не расплачивались. Но одной из ее сторон был высечен мужской профиль. Я его рассмотрела и обнаружила неоспоримое сходство с профилем стоящего рядом суреша.

- Тебя как зовут? - спросил у меня хозяин этих мест.

- Аллаита ее зовут. И она друг, - ответил Лакхан с улыбкой.

- Аллаита, - задумчиво повторил суреш и неожиданно спросил: - Если сыну вдруг станет хуже, я могу прислать за тобой?

- Лучше привозите его ко мне.

Такой мой ответ Хирану не понравился. Его усы забавно зашевелились, а я едва сдержала смешок.

- Пап, пойдем домой... Я устал, - пожаловался мальчик, дёргая отца за длинный подол вышитой белой рубахи.

- Сейчас, - кивнул сыну пант. Уходить он не собирался и продолжал странно на меня поглядывать. Я невольно поправила маску, заправляя ее в кападу.

Вот что он так пялится? Маска его смущает или мой род занятий?

- Вашему сыну сейчас лучше поехать домой. И отдохнуть, - вежливо сказала я, так же вежливо попрощавшись: - Яш, шер Хиран, - начала спиной отходить от знатных пантов.

Меня не пытались остановить, что порадовало, и я продолжила, не глядя свой путь, пока не наткнулась на что-то, а точнее на кого-то и резко обернулась. Сзади меня стоя Ешан. Он как бы принял меня в свои объятия, а потом, отстраняясь, тихо сообщил:

- Юшан вернулся.

- Что-то случилось? - испугалась я. Ешан качнул головой и повел меня к своей лавке. Возле которой Юшан помогал пожилому панту складывать капады в большую бумажную сумку. Увидев меня, Юшан шагнул и отчитался:

- Не было никого на Пардусовом поле.

Я перевела взгляд на стоящего рядом Ешана.

- А если позже придут? - тревожно спросила.

- Не придут, - чересчур уверенно ответил Ешан. А вот я его уверенности не разделила и поэтому задала вопрос:

- Почему ты так в этом уверен?

- Скоро дождь начнется, - ответили мне.

Я тут же подняла голову - прямо над нами с молниеносной скоростью сгущалась темная туча, которая в ближайшее время однозначно собиралась пролиться на пантерианскую землю дождем. Я с досадой покачала головой. Видимо массуна этой иномирной осенью мне не избежать.

- И что начнется? - я все равно не понимала, при чем здесь дождь и чем он может помешать дерущимся?

- Солнца не будет. Силы не те, - просветил Юшан и вернулся к лавке.

Так вот почему. Точно! Мне же говорил Кишан, что на способности пант влияет солнце. Стало быть, оно для них что-то вроде источника энергии?

- Мы собираемся домой, - сообщил Ешан. - И ты иди, ведьма-медик. Пойдешь сейчас - успеешь до дождя.

- Массун, - с грустью констатировала я. Пант почесал щеку:

- Рано ещё... Но кто знает. Иди лучше, - настырно посоветовал он, а потом с улыбкой добавил: - А то ещё простынешь, заболеешь, кто же нас лечить будет?

- Антибиотики, - бросила я.

Ешан с непониманием на меня посмотрел:

- Это духи ваши, ведьминские?

- Что-то вроде, - махнула я, решив не уточнять.

Поблагодарила и, попрощавшись, с досадой подошла к скамейке, на которой оставила подарки. Удивительно, но на них никто не покусился. Все лежало так, как я и оставила.

Я собрала пакеты и двинулась в сторону ворот. Причем двинулась не одна, на улице резко потемнело, и многие панты, видимо тоже решили поспешить домой. Что ж, виджай окончен. Другие торговцы в ларьках также принялись спешно сворачивать торговлю.

Первую половину пути к дому я шла, дождь только начал накрапывать, а вот вторую уже практически бежала, едва различая все вокруг из-за глухой стены дождя.

Странно, но, несмотря на дождь, казалось, что температура на улице совсем не упала. Все равно было жарко. И от капающей с неба воды прохладней не становилось. Хм, Ешан сказал что-то про "простынешь". Но с такой жарой и льющейся с неба водой, похожей на кипяток, вряд ли. Скорее я рискую перегреться.

Я в очередной раз пожалела и о маске, и о кападе на моей голове - ткань противно липла к лицу и к телу. И я ускорила свой бег, совсем не опасаясь поскользнуться на размытой дождем земле, лишь бы быстрей оказаться дома.

Добежав до крыльца, я поднялась по ступенькам и полезла за ключом.

- Алла, - вдруг позвал меня мужской голос, с таким знакомым ударением на втором слоге. Узнав голос, а точнее его обладателя, я несказанно обрадовалась. Замерла на месте с ключом в руке и, вглядываясь в темноту, позвала:

- Кишан!

Большая чёрная кошка, слегка прихрамывая, тут же вышла из ближайших кустов.

Глоссарий + визуализация героев

Абхай- "напиток бесстрашия", делается из винограда с добавлением пряных трав.

Ашфатати- название сурешиата*

Багх- обращение к пантам, представителям рода "тигр"

Бадари- местное обозначение колючих кустарников

Вамасбати- название сурешиата*

Виджай- праздник/гуляние

Гандакун- ругательство в адрес женщин, "грязная самка"

Даас- наложница в гареме

Дерга- название Великого Поста, происходит раз в два пантерианский года и длится 40 дней. Во время поста запрещается употреблять в пищу сладкое, а также все то, что приносит удовольствие

Джохар- слово приветствия, прим. "Приветствую!"

Капада- женское одеяние местных женщин

Кападельщики- те, кто занимаются изготовлением капады*

Каришма- речевое восхищение, прим. "Ничего себе!"

Кшетр- площадь

Ледае- драка на кулаках, до первой крови или до смерти одного из противников. Как правило вызов на драку происходит из-за посягательств одного самца на самку другого

Лила- настольная игра, похожая на шахматы

Мадху- мед/сладости из меда

Манахай- слово для обозначения того, что находится под запретом, прим. "Нельзя!"

Ману- местное обозначение жителей человеческого мира

Массун- сезон дождей, начинается пантерианской осенью, может длится несколько дней/недель, не прекращаясь

Нене- "няня"

Нитья- метка когтями, самцы парты помечают ей своих самок в первую брачную ночь

Онка- обращение к пантам, представителям рода "ягуар"

Пантерия- мир, в котором живут полулюди-полукошки

Пант/панта- название иномирян, живущих в Пантерии*

Пахаад- название горы, бывшего вулкана. На ней стоит "ведьмин дом" (легенду про Пахаад можно почитать в Глава 2)

Пейстры- пирожки с рыбой

Прия- истинная пара пантов, одна и на всю жизнь

Ракшас- цензурное ругательство, прим. "Чёрт!"

Ранбир- представитель местных правоохранительных органов

Рати- возглас удовольствия, прим. "Кайф!"

Решми- ткань

Сахель- наставник, учитель боевого искусства

Суреш- местный представитель власти (губернатор/мэр)

Сурешиат- обозначение местности (край/область)

Тендуа- обращение к пантам, представителям рода "леопард"

Уджвал- "светлый" хмельной напиток, делается без добавления сахара

Хари- убийца

Хоталь- гостинница/отель

Чаарити- пантерианское божество

Шанкар- слово для выражения благодарности, прим. "Спасибо!"

Шер- обращение к пантам, представителям рода "лев"

Эксанкар- гибрид, рожденный от пантов двух видов

Яш- слово прощания, прим. "Прощайте!"

(Глоссарий, возможно, будет пополняться)

ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ!

Я очень благодарна вам за ваши лайки, репосты, награды и комментарии! Мне важно и ценно ваши внимание и мнение!