Вкус твоей кожи

Аддиктированная

У меня затекли руки. Я всё ещё была связана ремнём безопасности и мои запястья горели от напряжения. Мысли путались, как клубок ниток, который разорвали и бросили на пол.

«Что только что произошло?»

Я лежала на заднем сиденье чужой машины, мои джинсы были расстёгнуты, а на животе всё ещё оставалось влажное пятно, которое он вытер салфеткой. Заботливо с его стороны. И почти нежно... Как будто я была для него кем-то важным, что он так заботился обо мне.

«Нет, Кэролайн. Очнись. Этот парень в маске похитил тебя. Он написал тебе от имени Вивьен, выманил из безопасного места, запер в машине. А потом лапал тебя. Он заставил тебя кончить, трахая твои бёдра и размазал сперму по твоему животу. Это насилие и преступление. Ты должна ненавидеть его.»

Но почему в груди разрасталось что-то тёплое, когда он прижимал меня к себе? Почему я не хотела, чтобы он останавливался? Почему я позволила ему утешать меня?

Я закрыла глаза, пытаясь прогнать эти мысли. Мне нужно было найти выход. Придумать план. Вдруг он вернётся и...

Дверь машины открылась.

Я вздрогнула, вжимаясь в сиденье. Он стоял на улице, его точёная фигура чётко вырисовывалась на фоне тусклого уличного фонаря. Белая маска с улыбающейся гримасой смотрела на меня, и я не видела его глаз, но чувствовала их тяжесть.

— Сейчас будь послушной девочкой, Кэролайн, — сказал он, и его изменённый голос прозвучал серьёзно. — Не делай резких движений. Я медленно развяжу твои руки и мы поговорим.

Я посмотрела на него. Мои руки дрожали, а губы сами собой сложились в усмешку, ту самую, которую я использовала, когда хотела казаться сильнее, чем была на самом деле.

— Я не хочу разговаривать с насильниками, — сказала я, мой голос прозвучал холодно, хотя внутри всё дрожало.

Он замер. А потом его голос стал твёрже, в нём появились стальные нотки.

— Не говори со мной в таком тоне, Кэролайн. Иначе я и правда сделаю с тобой то, о чем ты говоришь. Ты этого хочешь?

Я сглотнула. Мой язык прилип к нёбу.

— Нет, — прошептала я.

— Умница, — сказал он, и в голосе снова появилась та ласковая, почти нежная интонация. — Я же говорил, я не хочу причинять тебе боль. Только если ты сама этого не попросишь.

Он медленно, аккуратно развязал ремень безопасности. Мои руки упали на колени и я почувствовала, как кровь снова начинает циркулировать по венам, вызывая неприятное покалывание. Я потёрла запястья, а он наблюдал за этим движением.

— Садись ко мне, — сказал он, протягивая руку.

Я должна была отказаться. Должна была выскочить из машины и бежать. Но вместо этого я послушно перебралась к нему на колени, и его руки обвились вокруг моей талии, притягивая ближе. Я чувствовала тепло его тела через ткань толстовки, слышала его ровное дыхание, как будто ничего не случилось. Как будто это было нормально, сидеть на коленях у похитителя в маске.

Он обнимал меня и я чувствовала себя в безопасности. Это было безумие. Полное, абсолютное безумие.

Я медленно подняла руку к его лицу, коснувшись пальцами края маски. Он не остановил меня сразу. Мои пальцы скользнули под пластик и я уже почти приподняла его, когда его руки сжали мои запястья.

— Нет-нет-нет, милая, — прошептал он, в голосе послышалась усмешка. — Мы же не хотим прервать нашу игру, правда?

Его пальцы сжались вокруг моих запястий с такой силой, что я почувствовала, как кости трутся друг о друга. Он не причинял мне боли, но давал понять, что я не должна переступать эту грань.

— Почему ты не показываешь мне себя настоящего? — спросила я, глядя в чёрные прорези маски. — Чего ты боишься?

— А может, я урод, — сказал он, и его голос прозвучал почти весело. — Может, у меня шрамы на всём лице. Ты не думала об этом?

Я нахмурилась.

— Лучше показать себя настоящего, чем всё время носить маску, — сказала я.

Он тихо засмеялся, и его дыхание коснулось моей шеи, вызывая мурашки, которые побежали по всему телу.

— Сейчас с тобой я самый настоящий, Кэролайн, — прошептал он. — Без масок и притворства. Просто я и ты. Разве этого мало?

Я закусила губу, чувствуя, как его пальцы продолжают поглаживать мою талию. Мысли путались, но один вопрос вырвался наружу прежде, чем я успела его остановить.

— А если я захочу тебя поцеловать? — спросила я.

Он замер на мгновение, а потом его руки сжались на моей талии чуть крепче. Я чувствовала, как его дыхание участилось, как его тело напряглось подо мной.

— Тогда, — сказал он, и в его изменённом голосе появились низкие, хриплые нотки, — я бы сказал тебе, что хочу почувствовать твои губы на своей коже, хочу, чтобы ты оставляла следы на моей шее, хочу, чтобы ты задыхалась от поцелуев, пока я буду держать тебя за волосы. Но ты не готова к этому, Кэролайн. Ты думаешь, что готова, но это не так.

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам.

— А если я скажу, что готова? — прошептала я, и в голосе появилась дерзость, которой я сама от себя не ожидала.

Он тихо засмеялся, и этот смех был таким тёмным, что у меня внутри всё сжалось.

— Тогда, — он наклонился ещё ближе, касаясь маской моей щеки, — я бы сказал тебе, что целовать меня, это как подписать договор с дьяволом. Один поцелуй и ты захочешь большего. Ты захочешь узнать, как я пахну, как я дышу, как я постанываю, когда ты касаешься меня. Ты захочешь почувствовать мои руки на своём теле, мои губы на своей шее. Ты захочешь всего. И я дам тебе всё это, но не сегодня.

Я сглотнула, чувствуя, как его слова обжигают меня изнутри.

— Ты уверен, что это я не готова? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Может, это ты боишься, что не справишься?

Он рассмеялся громче, чем раньше и в этом смехе было столько самоуверенности, что я почувствовала, как внутри закипает злость.

— О, я справлюсь, ведьмочка, — прошептал он. — Я справлюсь так, что ты будешь умолять меня о пощаде. Но я хочу, чтобы, когда я сниму маску, ты смотрела на меня не как на чудовище, а как на того, кто заставил тебя чувствовать себя живой. Понимаешь?

Я закусила губу, не зная, что ответить.

— Тогда, — сказала я, стараясь придать голосу небрежность, — я подожду.

— Нежная... — он погладил меня по щеке, и его пальцы задержались на моём подбородке. — А теперь давай проверим, сможешь ли ты быть послушной ещё немного.

Я хмыкнула, пытаясь скрыть замешательство.

— Стоп, а если ты женат? — спросила я. — Или у тебя есть девушка? Я же даже не знаю, сколько тебе лет. Вдруг ты старый извращенец?

— Я старше тебя, но не намного, — ответил он, и его рука скользнула по моему бедру. — Приблизительно лет на пять. И никого у меня нет. Есть только одна мания. И она сидит сейчас у меня на коленях, задавая глупые вопросы.

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам.

— Ты говоришь это всем девушкам, которых похищаешь? — спросила я, пытаясь вернуть контроль над ситуацией.

— Ты первая, — ответил он, и в его голосе не было иронии. — И последняя. Ты особенная, Кэролайн, даже не представляешь, насколько.

Его рука поглаживала моё бедро, поднимаясь выше к талии и я чувствовала, как от его прикосновений по телу разбегаются мурашки. Он наклонился и я ощутила его теплое дыхание на своей шее.

— Сладкая, — прошептал он, и я вздрогнула. — Ты пахнешь свободой и страхом. Это восхитительная смесь.

— Ты тоже пахнешь — я замолчала, пытаясь понять, что это за аромат. Сладковатый, смешанный с табаком и яблоком. Где-то я уже чувствовала этот запах. Но мозг отказывался работать, перегруженный адреналином и странным, пугающим спокойствием. — Знакомо, — закончила я.

— Возможно, мы уже встречались, — прошептал он.

Он погладил меня по спине и я невольно прикрыла глаза. Его прикосновения были такими нежными, такими правильными. Я чувствовала себя нужной. Желанной. Впервые за долгое время я была кому-то нужна, по-настоящему. Я была просто девушкой, которую хотели до безумия.

— Знаешь, — сказала я, открывая глаза, — мне даже понравилось.

Он замер.

— Что именно?

— Всё, — я пожала плечами, стараясь, чтобы голос звучал небрежно. — Может, тебе нужно было быть пожестче, чтобы я тебя боялась.

Тишина. А потом он громко рассмеялся и этот смех был таким живым, таким настоящим, что у меня перехватило дыхание.

— Какая же ты врушка, Кэролайн, — сказал он, качая головой. — Ты таким образом хочешь отбить у меня желание тобой обладать? Не получится. — он взял мой подбородок и приподнял его, заставляя смотреть в чёрные прорези маски. — Я не насытился тобой и наверное, никогда не смогу насытиться. Поэтому, аккуратней со своими желаниями.

— Я не боюсь тебя, — сказала я, хотя это была ложь.

— Я знаю, — он погладил меня по щеке. — Это меня и заводит. Но я приму к сведению, что ты любишь пожестче.

Я почувствовала, как румянец заливает мои щёки.

— Нам пора ехать, — сказал он, и его руки разомкнулись. — Я отвезу тебя обратно.

Я не хотела уходить. Эта мысль пришла в голову так внезапно, что я замерла, пытаясь понять, откуда она взялась. Я должна была хотеть сбежать. Должна была радоваться, что он отпускает меня. Но внутри меня что-то сопротивлялось, протестовало, требовало остаться.

Я перебралась на переднее сиденье, и он удивлённо посмотрел на меня.

— Странно, — сказал он, садясь за руль. — Я думал, ты сбежишь.

— Уже поздно бежать, — ответила я, глядя в окно.

Он усмехнулся.

— Ты права.

Мы ехали молча. Я смотрела на мелькающие за окном огни, и в голове крутились мысли. Кто он? Почему я чувствую себя с ним так, как никогда не чувствовала ни с кем? Почему я хочу остаться?

Машина остановилась в тени деревьев, недалеко от ворот «Элизиума». Отсюда меня не было видно из окон, но я могла видеть свой кампус. Он заглушил двигатель и повернулся ко мне.

— Приехали, Кэрри. — сказал он тихо.

Я смотрела на его маску. На белую улыбку, которая была такой неестественной и одновременно такой родной.

— Когда мы увидимся снова? — мой голос дрогнул.

Он засмеялся.

— Я подумаю об этом. Может, завтра. Может, через неделю. Я всегда рядом, Кэролайн. Ты просто не знаешь, где искать.

Я наклонилась и поцеловала его маску. Холодный пластик коснулся моих губ и я почувствовала, как он затаил дыхание.

— Это на прощание, — прошептала я, отстраняясь.

— Я запомню это, — в его голосе прозвучала улыбка.

Я уже открыла дверь, когда он шлёпнул меня по заднице.

— До встречи, ведьмочка, — сказал он. — Надеюсь, завтра ты оденешь что-нибудь покороче. Твои ноги заслуживают того, чтобы их видели.

Я вышла из машины и румянец снова залил мои щёки.

— Мечтай, — бросила я через плечо, но в голосе не было злости.

Я прошла к воротам, чувствуя его взгляд на своей спине. Не оборачиваясь, я вошла в здание, поднялась на второй этаж и зашла в свою комнату. Лора спала, тихо посапывая.

Я подошла к окну и выглянула. Машина всё ещё стояла там, в тени деревьев. Чёрный силуэт на фоне ночного неба.

Минута. Другая.

Мой телефон завибрировал. Анонимное сообщение.

«Ты была великолепна, Кэролайн. Сладких снов. Я буду думать о тебе».

Я подняла глаза. Машина тронулась с места и исчезла за поворотом. Стоя у окна я смотрела на пустую дорогу. В груди разгоралось что-то странное со смесью страха, стыда и предвкушения.

Новые лица

Солнечный свет пробивался сквозь неплотно задёрнутые шторы, рисуя золотистые полосы на бежевом покрывале. Лора вовсю плескалась в ванной. Я слышала, как она что-то напевает себе под нос. Комната казалась обычной и прошлая ночь всё больше походила на тяжёлый, липкий сон, который не хотел отпускать.

Постер группы Queen всё так же висел на стене, учебники лежали стопкой на столе, а на стуле была небрежно накинута джинсовая куртка. Лора уже успела проснуться и, судя по звукам, наслаждалась утренним ритуалом.

Рука сама потянулась к телефону на тумбочке. Экран загорелся и я снова увидела его сообщение: «Ты была великолепна, Кэролайн. Сладких снов. Я буду думать о тебе».

Сердце пропустило удар. Воспоминания нахлынули внезапно, о том, как его руки были на моей талии, пальцы внутри меня, а дыхание на моей шее. И как он шлёпнул меня по заднице на прощание, сказав, что надеется увидеть меня в чём-нибудь покороче.

Я прикрыла глаза, чувствуя, как румянец заливает щёки. Чёрт возьми, что со мной происходит? Я должна ненавидеть его. Должна бояться. А вместо этого лежу тут и улыбаюсь, вспоминая его прикосновения.

— Доброе утро, Кэрри! — Лора выскочила из ванной, завёрнутая в полотенце, с мокрыми волосами и широкой улыбкой. — Чего такая серьёзная с самого утра. Опять не выспалась из-за видеоигр?

Быстро убрав телефон, я натянула улыбку и села на край кровати.

— Доброе утро. Я легла спать почти сразу, как ты заснула. Просто никак не могла отключиться.

Лора хмыкнула, вытирая волосы.

— Ага, я так и думала. Кстати, мне показалось или ты правда ночью куда-то выходила? Я слышала, как дверь открывалась и закрывалась. Или мне приснилось?

Паника кольнула где-то внутри, но я быстро взяла себя в руки, стараясь говорить легко.

— Тебе приснилось. Я спала как убитая. Наверное, это был просто сон.

Лора пожала плечами, явно не придавая этому значения.

— Ну, может быть. Я вообще сегодня спала так крепко, что мне снились летающие пончики с клубничной глазурью. Целая армия гналась за мной по кампусу. Представляешь? Кошмар, а не сон.

Я рассмеялась, чувствуя, как напряжение отпускает.

— Это точно кошмар. Особенно если они были без начинки. В следующий раз ложись спать с полным желудком.

— Вот именно! — Лора засмеялась и начала рыться в шкафу. — Слушай, какие у тебя сегодня пары?

— Математический анализ и философия. А у тебя?

— О, этика журналистики и теория массовых коммуникаций, — Лора закатила глаза, вытаскивая короткое чёрное платье. — А потом философия. Точно, мы же с тобой на последней паре вместе! Я и забыла.

Улыбнувшись, я почувствовала, как настроение поднимается.

— Отлично, хоть будет не скучно. А то вечно сидеть и слушать очередного старого профессора с комплексом бога.

Лора расхохоталась, прижимая платье к груди.

— О, тут ты не угадала! Я вчера от девчонок узнала, что профессор философии молодой и горячий. Представляешь? Ему всего тридцать и он не женат. Настоящий трофей! Поэтому, Кэрри, надевай юбку покороче. Может, автоматом сдадим его дисциплину. Хе-хе.

Усмехнувшись, я открыла шкаф и перебрала вешалки.

— Это, конечно, заманчиво, но я не буду рисковать. Думаю, надену что-то сдержанное. Вот, смотри.

Достав чёрную футболку и джинсы, я приложила их к себе.

— Хороший выбор, но ты уверена, что не хочешь чего-то более дерзкого? Вот смотри, что я выбрала.

Она повернулась, демонстрируя короткое чёрное платье с открытыми плечами, которое едва прикрывало бёдра.

— Платье классное, — сказала я, разглядывая его. — Но оно же слишком короткое. Ты не замёрзнешь?

— Вот для этого у меня есть ботфорты, — Лора подмигнула и вытащила высокие сапоги на каблуке. — И лёгкая кожаная куртка сверху для приличия. Ну что, как тебе образ?

Она быстро надела платье, ботфорты, накинула кожаную куртку и повернулась ко мне, пританцовывая.

— А ты чего ждёшь? Примерь свои джинсы и дай посмотреть.

Рассмеявшись, я натянула джинсы и чёрную футболку. Потом нашла бордовые туфли на небольшом каблуке и винтажную чёрную сумку, которую купила накануне.

— Ну как? — спросила я, поворачиваясь.

Лора присвистнула.

— Боже, Блэквуд, ты выглядишь так... сдержанно и дорого. Мне нравится.

— Ладно, пошли уже, а то мы пропустим все пары. И как ты вообще собралась идти на философию в этом платье? Там же кондиционер на полную мощность работает, наверное.

— А я не замерзну, — Лора подмигнула. — Если что, сяду поближе к горячему профессору. Он меня согреет.

— Ты безнадёжна, — покачала я головой, но улыбнулась.

Мы вышли из комнаты, спустились по лестнице и направились в университетский корпус. У входа наши пути разошлись, Лора махнула рукой и исчезла в толпе студентов, а я пошла к аудитории на математический анализ.

Внутри было шумно, студенты переговаривались, кто-то громко смеялся, профессор ещё не пришёл. Я села на своё место у окна и через пару минут рядом плюхнулась Вивьен.

— Кэролайн! — она выглядела взволнованной. — Боже, я так рада тебя видеть! Прости за вчерашнее, это было ужасно. Кто-то взломал мой аккаунт и написал тебе то странное сообщение. Как только я заметила, сразу сменила пароль. Ты ведь не поехала по тому адресу, да? Я так переживала за тебя!

Постаравшись, чтобы голос звучал спокойно, я улыбнулась.

— Всё в порядке, Вивьен. Я так и подумала, что это шутка. Ничего страшного.

Вивьен выдохнула с облегчением.

— Фух, я так боялась, что ты поверила и поехала. Кто вообще такое делает? Ладно, я поставила двухфакторную аутентификацию, теперь никому меня не взломать. Надеюсь.

— Это правильно, — кивнула я. — Лучше обезопасить себя.

Мы говорили с Вивьен о парах, о погоде, о том, как она вчера чуть не уснула за учебниками. Она рассказала, что увлекается фотографией и хочет снять портретную фотоссесию студентов для портфолио.

— Я, наверное, тебя тоже как-нибудь сниму, — сказала она, разглядывая меня. — У тебя очень фотогеничное лицо. Такие острые скулы... Ведьминские, что ли. В хорошем смысле.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Слушай, а ты идёшь на философию после математики?

— Конечно! — Вивьен закивала. — Я слышала, там такой профессор... Все девчонки уже обсуждают. Вроде бы он и правда красивый.

Фыркнув, я покачала головой.

— Да, моя подруга тоже об этом говорила. Сказала, что он молодой и горячий. Я думала, это просто слухи.

— Нет, это правда, — прошептала Вивьен. — Я видела его в коридоре вчера. Боже, он великолепен. И телосложение такое... как у греческого бога.

— Ладно, увидим, — я усмехнулась. — Ты только не влюбись в профессора с первого взгляда.

— Обещаю, что попытаюсь, — рассмеялась Вивьен.

— Кстати, я познакомлю тебя с Лорой на философии. Втроём будет веселее.

— Отлично! — Вивьен просияла. — Я люблю знакомиться с новыми людьми.

Началась лекция. Профессор, пожилой мужчина с очками, занудно рассказывал о рядах Фурье и я старательно писала конспект, но мысли то и дело улетали в прошлую ночь. Я снова чувствовала его руки на своей талии, его дыхание... Проклятие, я не могу сосредоточиться.

К концу пары в тетради был исписан только один лист. Поняв, что почти ничего не запомнила, я мысленно отметила, что нужно будет взять конспекты у Вивьен.

Когда закончилась пара, мы собрались и вышли в коридор, направляясь в кафетерий, чтобы успеть перекусить до следующей пары. Внутри было шумно и людно, но я сразу заметила Лору, она устало тыкала вилкой в еду.

— Лора! — я помахала ей.

— О, Кэр! — она подбежала к нам. — Я взяла нам столик у окна. А это, — она посмотрела на Вивьен, — твоя новая знакомая?

— Да, это Вивьен, — улыбнулась я. — Вивьен, это Лора, моя подруга и соседка по комнате.

— Приятно познакомиться! — Лора широко улыбнулась и пожала Вивьен руку. — Я слышала, что у финансистов в группе есть одна рыжая красотка, которая учится лучше всех. Это ты?

Вивьен засмеялась.

— Наверное, я. Но я не лучше всех, просто стараюсь не отставать.

— Скромная, мне нравится, — Лора подмигнула и повела нас к столику. — Давайте, рассказывайте, как прошли пары. Моя этика была скучной до ужаса. Профессор говорил о моральной ответственности журналистов, но так нудно, что я чуть не уснула лицом в тетрадь.

— А у нас был математический анализ, — сказала я, садясь. — Тоже не подарок. Ряды Фурье, это интересно, но не когда тебе это объясняют монотонным голосом в девять утра.

— А я на теории массовых коммуникаций чуть не влюбилась, — мечтательно произнесла Лора. — Там был один парень Третьекурсник. Темноволосый, высокий и телом как у Аполлона. Мы обменялись взглядами. Я чувствую, это судьба.

Закатив глаза, я усмехнулась.

— Ты так говоришь о каждом парне, который на тебя смотрит.

— Потому что каждый из них потенциальная судьба! — парировала Лора. — Вы просто не умеете жить, девочки. Надо пользоваться моментом. Кстати, про моменты. Я сегодня утром говорила с Кристианом Вейлом. Вы его знаете?

Нахмурившись, я вспомнила светловолосого парня у ворот. Того самого, который хлопал по плечу Торна.

— Я его видела. Симпатичный, но нагловатый.

— О, он такой! — Лора засмеялась. — Но он сказал, что организует вечеринку для первокурсников на частной территории за городом. Там особняк, бесплатный бар, бильярд, настольные игры, PlayStation и озеро для желающих искупаться. Представляете?

Вивьен ахнула.

— Серьёзно? Это звучит невероятно! Я никогда не была на таких вечеринках.

— Поэтому ты идёшь! — Лора стукнула ладонью по столу. — Мы идём все вместе. Это будет просто бомба. А после последней пары сгоняем за нарядами. Шопинг, девочки! Я уже чувствую, как моя карта плачет, но это того стоит.

— Если там будет PlayStation, — сказала я, улыбаясь, — я точно в деле.