Дары проклятия

— Может, тогда прогуляемся в лес? Куда уходили первые пропавшие. А, ты же в курсе происходящего? — Альер ответил кивком.

— Ну, пойдём. Уверен, они шли к тому озеру.

Альер сразу направился в лес. Вилар опасливо покосился в сторону лагеря:

— Может, кого-нибудь предупредим, что мы ушли? — забеспокоился Вилар. До ушей донеслись полные сарказма словечки:

— Обойдутся, — фыркнул Альер, выдвигаясь вперёд, и Вилар, за неимением другого выбора, пошёл за ним. — Ещё за нами увяжутся и будут гундеть.

По протоптанной дорожке, ведущей вглубь леса, стелилась молочная дымка тумана. Вилару она показалась вычурно зловещей. Словно в любую секунду из этого тумана появятся мёртвые костлявые руки с острыми пальцами, готовые утащить неосторожных путников к себе под землю. Чудны́е образы заставляли неприятно поёжиться.

Чем дальше они шли, тем гуще становился лес. Деревья сменялись хвойными, под ногами практически не шуршали сухие листья. И перемены не добавляли бодрости духа. Теперь за каждой крошечной тенью чудилась неведомая опасность, унёсшая за собой жизнь целой деревни и готовая охотно вцепиться чёрными когтями в хребты двух одиноких путников на забытой истинными богами дороге. Вилар всё время вглядывался в бреши меж колючих ветвей по бокам, пытаясь приметить хоть что-то. Опасное или нет, не важно. Всегда плохо, когда не знаешь, чего ожидать, а образ, представший воочию, дал бы хоть что-то.

— Слишком тихо, — неожиданно раздался впереди голос.

Вилар, смотревший в этот момент в сторону, чуть не столкнулся с остановившимся Альером. Он нахмурился, мол, чего они посреди дороги встали, а Альер повторил:

— Тихо. Животные не шуршат, птицы не кряхтят. Природа затихла. Это не к добру.

Вилар и сам прекрасно это понимал — жизнь замирает и прячется только когда ей на пятки наступает смерть. Тихо вздохнув, он снова попытался оглядеться, как вдруг заметил, что Альер снимает очки и прячет их в свою сумку.

Когда он поднял взгляд, Вилар едва не вздрогнул. Вместо бледно-голубых привычных глаз он увидел яркие, хищные, со зрачками-щёлочками. Только голубые, а не янтарные, как у зверей.

Вилар уже видел эти глаза, но всё равно не смог привыкнуть. Порой он даже забывал, что Альер не человек, и в моменты, подобные этому, его сердце замирало, а душа вспоминала о своём долге, который он несёт перед Орденом. Альер и правда не человек. У Ордена есть к нему претензии. Оправданы они или нет, Вилару не должно быть важно. Не должно ведь?

— А это ты чтобы лучше видеть? — нервно хмыкнул Вилар, когда Альер свернул с дороги, и направился за ним. Вместо ответа тот занёс руку перед собой и ударил ею по дереву справа.

На тонком кривом стволе несчастной сухой ели остались глубокие зарубки. Вилар задержал на них свой взгляд. Если бы такой удар пришёлся, скажем, по его открытому брюху, всё содержимое посыпалось бы наружу.

Медленно и нерешительно переводя взгляд обратно к Альеру, он встретился с его нечеловеческим взглядом и с той самой рукой. Рука, бывшая прежде тонкой и изящной, с длинными аккуратными пальцами, не знавшими тяжёлого труда, исказилась, став когтистой лапой диковинного зверя. Нет, лапа — неправильное слово. Слишком смирное для того, что сейчас видели глаза. Пятерня чёрных длинных когтей врастала в костлявые неестественные пальцы, растопыренные в стороны. Кожа, неровным слоем покрывавшая даже не всю поверхность ладони, казалась грубой и твёрдой. Вилар не понимал, как она ещё держится и не скользит с тонких костей, или чем эти пальцы вообще были.

— Чтобы оставлять следы, — наконец ответил Альер, вырывая Вилара из оцепенения, — если я хоть чем-то пользуюсь от своего обличья, глаза всегда меняются. И тогда очки мне не нужны.

Решив, что любопытство Вилара удовлетворено, Альер развернулся и пошёл дальше. Чтобы не потерять его силуэт в густом тумане, Вилар быстро направился следом, пытаясь хотя бы на время выкинуть из головы жуткие образы.

Когда Альер периодически бил когтистой рукой по очередному приглянувшемуся деревцу, Вилар неизменно вздрагивал. Опасливо оглядываясь на глубокие зарубки, он всё гадал, кто же Альер на самом деле. Ему доселе было неведомо, что могут существовать и такие нелюди. Или, возможно, Ордену о таких известно, но не всякого посылают на схватки с ними. И это при том, что Вилар считался очень хорошим воином.

Тягостные мысли одолевали стойкий разум. Вилару казалось, что он видел уже невероятно много, что его боевой опыт неоспорим и велик. Но теперь, когда он увидел Альера, когда им угрожало нечто, уничтожившее целую деревню, в сердце поселилось сомнение. Далеко не робкий зверёк клыками вцеплялся в душу, заставляя её стенать в поисках ответов и выгрызая всякую веру.

— Пришли, — остановился Альер и, снова отвлекая Вилара от раздумий, сделал шаг в сторону.

Пред ними распростёрлось озерцо — небольшое, отражавшее окружающие его деревья своей недвижимой гладью. Вилару оно почудилось на секунду огромным блюдцем зеркала, которое небрежно бросил какой-нибудь древний великан много тысячелетий назад, и вот оно так и лежит с тех пор, обросшее деревьями вокруг, как сорняками.

Оглядываясь дальше, Вилар приметил, что трава вокруг озера зелена и густа, словно сейчас лето. Скосив взгляд на Альера, он передразнил его:

— Легенды — чушь, и озеро самое обычное?

Альер на это лишь фыркнул, покачав головой.

— Сколько раз я не приезжал сюда, причём во всякое время года, не замечал ничего, что выходило бы за рамки нормальности, — нахмурившись, он вглядывался в порочно спокойную воду. — Или озеро никогда прежде не хотело открывать своих тайн.

Вилар, покачав головой, уже хотел предложить вернуться и позвать подмогу, однако и слова не успел сказать перед тем, как Альер понёсся со всех ног прямо к этому проклятому озеру. Хоть он и не видел чужого лица, готов был поклясться, что в глазах магистра он бы заметил детский восторг первооткрывателя. И правда, он дождался своего чуда.

— Озеро не покрылось льдом, — констатировал чуть запыхавшийся Альер, уже добравшийся до воды, пока Вилар старался за ним поспеть.

Казалось, в этом не было ничего удивительного, уж рановато было для льда. Но эти мысли тут же развеял кусачий северный ветер, вовремя решивший потрепать лицо Вилару. И правда, судя по царившим заморозкам, хотя бы тонкой прозрачной корочкой льда вода должна была укрыться. Альер коснулся глади рукой, и Вилар приметил, что страшных растопыренных чёрных когтей больше нет.

— Тёплая. Как летом. Хоть купайся, — выпрямившись и стряхнув влагу с руки, пробормотал Альер.

— Удивительно, — вторил наконец подошедший Вилар, наблюдая за развернувшимся пред его глазами чудом.

— И точно во всём виновато озеро, — мрачно констатировал Альер, скрестив руки на груди.

Ненадолго повисла оглушающая тишина. Вилар мрачно расхаживал вокруг озера, пытаясь хоть что-то понять, пока Альер присел на берегу, вглядываясь в водную гладь. Посмотрев на Вилара, он спросил:

— Не хочешь нырнуть?

Вилар встрепенулся. Он посмотрел на Альера как на дурачка, помолчал минутку, а потом со вздохом начал раздеваться до подштанников и рубахи.

— И даже не возразишь? — подошёл к нему Альер, тоже начиная расстёгивать свою магистерскую мантию.

— Знаю, что это бесполезно. Кстати, я плохо плаваю, сам будешь меня спасать.

— Договорились.

Когда двое мужчин остались в лёгких нижних одеждах и босиком, они приблизились к воде. Первым шагнул Альер, Вилар за ним. Вода не чувствовалась абсолютно, они словно ступали в какое-то тёплое облако. Недвижимая зеркальная гладь подёрнулась рябью от их осторожных шагов. Когда оба они зашли по колено в воду, Альер остановился.

— Готов?

— Нет, — честно признался Вилар, поёжившись, — я не люблю воду.

— Этой тебе придётся испить, — фыркнул Альер, после улыбнувшись и слегка пихнув Вилара локтем в бок. — В конце концов, легенды об этом озере добрые, умрёшь ты не от него.

— Обнадёжил, — проворчал Вилар, наблюдая, как Альер без тени сомнений ныряет и скрывается под водой.

Проходит минута, вторая. Так много времени, что любой человек бы задохнулся, находись он столько без воздуха. Громко вздохнув, а после вдохнув побольше воздуха, Вилар всё-таки погрузился следом.

Примечания