– Прости, я лишь защищался, – он пожал плечами.
– Хорошо, что защищался, не то прирезала бы тебя еще на корабле, – шутка показалась мне грубой, но я все равно засмеялась.
– Не думаю, – серьезно произнес Алмер, и мы двинулись вдоль берега.
Не люблю, когда в разговоре возникает пауза. Особенно, если это разговор с бывшим врагом. У меня вообще некоторые сложности в общении, часто не знаю, как начать разговор или какую выбрать тему. О чем вообще говорят люди, если говорить не о чем? Во сне обычно легче, но не в этот раз. Мир стал слишком настоящим, только бы не увязнуть в конце XVII века.
Молчание затянулось, и я почувствовала себя неловко, будто мы не способ выбраться ищем, а праздно гуляем по пляжу. Неправильно все это. И дело не в том, что я ощущала какую-то угрозу от Алмера, совсем нет, просто в этом месте было что-то неправильное, но пока не могла понять, что именно. Однако неприятный холодок уже пробрался под кожу.
Остров все же оказался островом, что стало очевидным, когда мы наткнулись на собственные следы. Совсем небольшой островок с жиденькой растительностью посередине и шикарным пляжем с золотистым песком. Здесь даже охотиться не на кого, а как добыть пресную воду, я понятия не имела, хотя подозревала, что такая возможность есть, раз имеется растительность.
Что ж, если учесть, что я сплю, можно вдоволь наплаваться в океане и проснуться. Хотя, Алмера было немного жаль, ведь для него это настоящий мир.
– В Бискайском заливе ходит много кораблей, кто-нибудь нас наверняка заметит, если подать дымовой сигнал.
– Может, еще предложишь плот выстроить? Или вплавь добраться? – взвилась я.
– Если плыть на восток, рано или поздно мы доберемся до материка.
– Понятное дело, что доберемся, земля-то круглая. Вопрос, только когда?
– Если тебе не нравится то, что предложил я, придумай что-нибудь получше.
– Я не против твоих идей, но мы не в Бискайском заливе, когда ж ты это поймешь, наконец.
– Это маленький остров, его может не быть на картах. Чего ты так упираешься? И как мы, по-твоему, могли оказаться посреди Атлантики?
– Не знаю, но, уверена, что до земли очень далеко.
– С чего ты взяла?
– Птиц нет. Они сюда не долетают.
– Ну… – он замялся, – Может, долетят еще? – Алмер растерянно улыбнулся, а я впервые наблюдала сурового адмирала без его привычной надменной маски.
– Может, и долетят… – проговорила в ответ и решительно направилась к воде.
Океан был холодным и глубоким. Такой чистой воды в современном мире не встретишь, даже на глубине нескольких метров видно дно. Удивительно прозрачная вода. Никаких водорослей, рыб или медуз не наблюдалось. Будто бы я одна живая душа в океане. Странно, но в воде возникало какое-то непостижимое ощущение пустоты. Будто и не вода это вовсе, а космический вакуум.
Алмер все это время сидел на берегу, в воду почему-то не полез. Выныривая в очередной из воды, заметила, что взгляд его кажется стеклянным, совсем не живым. А еще закралась мысль, что это уже совсем другой Алмер, не тот, что снился мне прежде, и мысль эта мне пришлась сильно не по душе.
– Тебе совсем не жарко? – спросила, вернувшись на берег и тронув Алмера за плечо.
Адмирал вышел из своего оцепенения и несколько испуганно на меня посмотрел, будто бы спал с открытыми глазами, а я его разбудила.
– Нет, – коротко ответил он и снова принял отрешенный вид.
– Да что с тобой? – спросила, присаживаясь рядом.
– Мы не выберемся, Аннелина.
– С чего ты взял?
– Идем, – он взял меня за руку, его ладонь была холодной и влажной.
– Ну, идем, – нехотя согласилась и, ведомая Алмером, отправилась к растительности в середине острова. Там он отыскал палку, возвратился на пляж и воткнул ее во влажный песок.
– Тень видишь? – он сделал отметку пальцем в том месте, где оканчивалась тень.
– Вижу.
– Смотри, что будет дальше.
Теперь мы оба внимательно наблюдали за едва заметным движением тени. Я пока что ничего не могла понять, возможно, это какой-то способ определения сторон света, но ничего особенного пока не видела.
Когда тень сместилась на достаточное расстояние, он снова сделал отметку и соединил две точки.
– Теперь поняла?
– Что поняла?
– Тень. Она движется не в ту сторону.
– Против часовой стрелки? – уточнила я.
– Да.
– И что из этого следует?
– Из этого следует, что Солнце садиться на востоке!
Конечно, меня эти вещи не слишком удивляли, ведь я знала, что сплю, а во сне и не такое бывает, но Алмера сие открытие повергло в шок.
– Может быть, мы просто оказались в южном полушарии, – предположила я.
– Из Бискайского залива? – недоверчиво ухмыльнулся Алмер, а из моих уст вырвалась усмешка.
– Ну, конечно, оказаться в южном полушарии куда менее вероятно, чем то, что солнце встанет на западе!
– Это еще не все. Сначала я думал, компас сломался, – он вытащил из-за пазухи коробочку и протянул мне. Солнце очевидно клонилось к закату, но прибор утверждал, что сие направление именуется востоком.
– Компас сломался, а мы в южном полушарии, – настойчиво повторила.
– Это тоже не все. Где твоя тень? – машинально опустила глаза, но под ногами никакой тени не обнаружила.
– У тебя ее тоже нет, – сказала, глядя на Алмера, этому никакого объяснения не нашлось.
– А теперь посмотри на горизонт.