И канем в прах

— Ты же можешь вселиться в кого-то другого? В предмет, например?

— Предмет?! — воскликнул дух, отстраняясь. — Это же равносильно смерти! Я не смогу двигаться, ходить, даже дышать не смогу! Зачем мне такая жизнь?

Линь Вэй стерла с щек Джанджи следы от слез. Она испытывала настолько противоречивые чувства, что они разрывали ее, приводя в смятение. Она понимала, как правильно, как должны поступать заклинатели, но хотела совсем другого. Ведь если никто не узнает, что она помогла духу, это не будет считаться.

— Я могла бы вселиться в простого человека, но их разум слишком слаб и не способен мне сопротивляться. Я уничтожу его за считанные часы. Но если вселиться в заклинателя...

Они смотрели друг другу в глаза, и Линь Вэй видела собственное отражение — напуганное и отчаявшееся. Она правда так выглядела? Ей хотелось сделать вид, что все под контролем, что она не боится, но от слов духа у нее в душе поднималась странная смесь из жалости и страха.

— Если я окажусь в более сильном заклинателе, чем этот, то смогу задержаться в нем надолго. Понимаешь? — дух потянул Линь Вэй за руку, приводя в чувства. — У нас будет время, чтобы придумать что-нибудь получше.

— И в кого ты хочешь вселиться? — почему-то едва слышным шепотом спросила Линь Вэй.

— В твою сестру. Ты только подумай. Она достаточно сильная, и с ее разумом ничего не случится. Зато никто не будет знать, что это я, и мы сможем путешествовать вместе. Разве не здорово? Судя по воспоминаниям этого парня, у вас с ней не лучшие отношения. Но я никогда не поступлю так, как она. Мы будем настоящими сестрами.

Линь Вэй стало холодно, и одновременно ее обдало удушающей волной жара.

— Это неправильно, — пробормотала она.

— Ты ведь знаешь, что я могла вселиться в нее, не спрашивая у тебя разрешение, но я так не поступила. Ты единственный близкий для меня человек, поэтому между нами не будет секретов.

— А получится? — удивляясь, что произносит это вслух, спросила Линь Вэй. — Что, если Миань слишком сильная, и ты не сможешь в нее вселиться?

— Тогда пережду в ком-нибудь из деревенских, пока не придумаем новый план. Ты ведь мне поможешь?

— Никто не должен узнать, — предупредила Линь Вэй.

Она сама не верила, что так легко приняла предложение духа. Единственное, что волновало ее сейчас, — не быть пойманной. Старейшина Чжоу не поймет, почему она это делает. Не поймет, что Линь Вэй не предает сестру — она просто пытается помочь, сделать лучше для всех. С Миань ничего не случится — дух побудет в ней несколько дней, пока они не придумают что-нибудь или не найдут новое тело. Старейшина сам учил ее ценить каждую жизнь, вот она и заботится о бедном духе, одновременно спасая Джанджи.

— Никто не узнает.

Дух протянул ей мизинчик, и Линь Вэй пожала его, чувствуя странное облегчение.

— Ты отпустишь Миань через несколько дней, чтобы с ее разумом ничего не случилось, — предупредила она.

— Договорились. Не переживай, сестренка. Теперь все будет хорошо.

Цзян Лэйфэн и Миань вернулись затемно. Джанджи спал, свернувшись на краю лежанки, а Чжоу Лун продолжал медитировать.

Линь Вэй сидела на полу, ни о чем не думая. Она уже приняла решение и не хотела его менять. Нечего терзать себя чувством вины и сомнениями — Миань даже не вспомнит, что была одержима духом. Ничего с ней не станет. Пусть хотя бы пару дней побудет для Линь Вэй искренней любящей сестрой.

— Мы кое-что нашли, — громко сообщил старейшина Цзян. — В бамбуковом лесу за деревней есть еще один ход, который не осыпался. Похоже, он ведет сквозь горы.

— Учитель? — Джанджи проснулся и сел, в непонимании потирая заспанное лицо. — Что за ходы? Где мы?

— Какой учитель?! — рявкнул Цзян Лэйфэн. — Не зови меня так и не вздумай давить на жалость!

— Что я опять сделал? — заныл Джанджи, поднимаясь.

Чжоу Лун открыл глаза, переводя на него расфокусированный взгляд, а Линь Вэй уставилась на сестру. Миань с отсутствующим видом покачивалась из стороны в сторону. Получилось?

— Я правда не помню! — воскликнул Джанджи. — Учитель, за что вы меня ругаете?

— Что, если это правда он? — спросил Чжоу Лун и медленно встал, потирая лоб.

— Думаешь, дух его отпустил? Просто так?

— Он мог вселиться в кого-то еще.

— Не в меня, — торопливо откликнулась Линь Вэй. Ресницы Миань задрожали, и она подняла голову, окидывая окружающих спокойным уверенным взглядом.

— Я думаю, дух оказался слишком слабым. Джанджи сопротивлялся ему и просто уничтожил.

— Странно, — сказал Чжоу Лун. — Если у него хватило сил вселиться в заклинателя, вряд ли его можно уничтожить так просто.

Цзян Лэйфэн схватил Джанджи за руку и слегка встряхнул, объявляя:

— Он просто притворяется. Давайте проведем ритуал изгнания и посмотрим.

От волнения у Линь Вэй скрутило живот. Что, если дух не смог переместиться в Миань, и теперь его уничтожат? А если все получилось, но старейшина Цзян предложит на всякий случай провести ритуал на каждом из них?

— Разве вы не нашли какой-то ход? — торопливо спросила она. — Нужно скорее его осмотреть.

— Это не займет много времени.

Он вывел Джанджи во двор, а Чжоу Лун задержал Линь Вэй в дверях, положив руку ей на плечо. Его все еще бледное лицо было непривычно усталым, а под глазами залегли темные круги.