Страж Бездны

— А я уж думал дать тебе закурить табаку английского, — незлобно на это говорил Рома.

Последние несколько дней выдались на удивление спокойными. После разгрома нашей комнаты, у нас состоялся очень неприятный разговор с администрацией общежития, грозили доложить декану факультета и представить документы о нашем отчислении, но стоило подойти на разговор Милане, как директор общежития тут же смягчился, заговорил совсем другим тоном и вообще очень быстро организовал уборку в нашей комнате и выдачу новых матрацев. Нам с Ромой оставалось только удивленно переглядываться.

— Что ж, могу признать, что был не прав. Ты все же умеешь знакомиться с девушками, причем с очень даже ничегошными… — высказался наконец сосед, когда все процедуры были закончены, и мы улеглись на кровати с новыми матрацами.

Впрочем, замечание соседа на проверку времени оказалось двусмысленным. Еще по пути в библиотеку рядом с лестницей на верхние этажи и столовой я встретил Настю, которая вдохновленно ворковала с широкоплечим светловолосым парнем, обладавшим аккуратной короткой бородой. Неизвестный чем-то отдаленно смахивал на скандинавского викинга, даром что ему не хватало шлема с полумаской да топора с круглым щитом. Однако сей посуды у него не имелось, зато одним своим могучим плечом он уперся в стену, а свободной рукой почти синхронно при каждой своей фразе притрагивался то к локтю, то к плечу Насти. Щечки последний чуть порозовели, а глаза пожирали объект нового увлечения девушки. Аппетитный разрез ее зеленой кофточки стал, как мне показалось, еще больше.

Когда я бросил смущенное «привет», Настя на миг отвлеклась от своего скандинавского полубога, и с некоторым недовольством покосилась в мою сторону, процедив сквозь зубы «здравствуйте». Да, именно так. Здравствуйте! Меня это так сбило с толку, что я просто уткнулся взглядом в пол и поспешил ретироваться, в пару прыжков взлетев по лестнице на межэтажную площадку. Там я искоса поглядел на варяжского героя, который в свою очередь мельком покосился в мою сторону, примерно, как на мебель. Что ж, уела меня красотка. Похоже тот случай с моим очередным столбняком на лестнице при виде Маши, девчушка мне не простила.

Жаль, конечно. Хотя Маша в буквальном смысле сводила меня с ума, она скорее представлялась как недостижимая мечта, явно глупая и невозможная. Это все равно что хотеть звезду кино или журнала — абсолютно любой допускал мысль, что хотел бы стать парой красавицы или красавца с голубого экрана или постера. Но ведь всем понятно, что должны сложиться такие невероятные паззлы, чтобы это произошло, поэтому такие мысли не более чем безобидные мечты. Ну разве можно всерьез обижаться на такую мечту? Или приревновать к ней? Однако Настя, очевидно, считала по-другому. Да и вряд ли видела в Маше ожившую богиню.

Когда я прошел весь второй административный этаж и уже поднимался на третий к библиотеке, накатившаяся от ситуации унылая саморефлексия сменилась крепкой мыслью, что история с Настей закончилась закономерно и логично. Лучше так, чем вести себя неловко с девчонкой, которая без всяких преувеличений красива, но просто не вызывает во мне побуждающего к действию огня. Ну не в этом смысле. А в другом. Короче, вы все поняли.

— Учо, — пробурчало мохнатое нечто из моего портфеля.

— Тихо, — процедил я сквозь зубы, открывая дверь в библиотеку.

Мило улыбнувшись сидевшей на входе женщине, я хотел пройти через магнитные стойки на входе, когда она меня тут же строго окликнула:

— Молодой человек, куда собрались? Сумку сдавать в камеру хранения.

— Но…

— Никаких «но»! Правила едины для всех.

Учо, сухари, куда их девать? Мысли судорожно закрутились в голове. Кажется, от неожиданности я замер на месте. Женщина с удивлением посмотрела на меня.

— Молодой человек, вы…

— Ему нужен портфель с собой, у него много материалов, — заявила возникшая рядом со мной темноволосая девушка. Когда я поворачивался к ней, то уже знал, что это была Милана.

Лицо библиотекарши вдруг разгладилось, она мягко улыбнулась и сказала:

— Конечно, пускай проходит.

— Спасибо, я…

Милана уже выходила из библиотеки, когда я договорил ей в спину свое скомканное «спасибо». Все-таки она странная, очень странная.

И вот я который час сидел в читальном зале и пытался бороться со сном. Поскольку эту битву мой мозг явно проигрывал, а давать шанс мохнатику очередной раз кольнуть меня я не собирался, то мной было принято решение встать и немного прогуляться среди стеллажей. Размять затекшую спину, так сказать. Учо я оставил сидеть в портфеле и грызть сухари.

Принявшись блуждать по залу, я старательно делал вид, что внимательно изучаю корешки книг, иной раз подходил, брал тот или иной фолиант в руки, пролистывал оглавление. Вокруг меня сновали разные люди, в основном, как мне казалось, старшекурсники. Вообще, в какой-то момент мне подумалось, что я чуть ли не единственный первак, который что-то забыл здесь. Порой мне чудилось, что сидевшие за столами посетители бросают на меня недоуменные взгляды: мол, что ты тут забыл, парнишка? Сейчас все первокурсники который день подряд отмечают поступление, веселятся, влюбляются, танцуют, пьют…

А мне вот не хотелось. Ну точнее хотелось, но немножечко в меру, так сказать. За последние дни я навеселился достаточно. Отведал, можно сказать, коньяку армянского. Поэтому в данный момент мне требовалось напитаться ощущением выполненного долга. Всегда приятнее отдыхать, когда ты над чем-то хорошенько потрудился и заработал, так сказать, моральную индульгенцию на развлечение.

Однако, конечно, сейчас мои блуждая по читальному залу было трудно назвать работой, меня все равно распирало от гордости, что я сейчас не хлебаю где-то в сквере дешевое пиво в надежде набраться храбрости для романтических приключений, а буквально впитываю в себя могучую энергию знаний…

— Я точно тебе говорю, что это дело рук Лиги, — донесся до меня уверенный баритон. Мой шаг сбился, я остановился и прислушался. Говорили впереди меня за стеллажом. Мне показалось, что голос одного из собеседников был мне знаком. — Все происходит как триста лет назад. Нападения на людей и даже сквайров! Это точно темные! Их рук дело. Я-то уж знаю всю ненависть темных эльфов к сынам Лотара…

— Не обобщай, — возразил не менее мужественный бас. — Среди Ковена есть множество темных эльфов, с которыми мы более чем дружны.

— Но ты и не из сынов Лотара…

— Первая убитая была тоже не из вашей семьи.

— Да, возможно, я не прав, — смутился первый говоривший, — во всяком случае не во всем прав. Однако Лига преимущественно состоит из темных. И все они используют темную магию.

— Среди малефиков тоже есть люди, — снова не согласился второй. Да о чем говорят эти люди? Они что, игру какую-то обсуждают? Книгу?

— Есть. Предатели, — голос первого звякнул металлом.

— Ты кстати знаешь, что между Империей и Темной Долиной когда-то был союз?

— Формально мы сейчас все в союзе.

— Нет, я тебе говорю о настоящем союзе, скрепленном кровью.

— Да ну? Ничего такого не слышал, — первый говоривший был искренне удивлен. Я точно знал его голос. Мне жутко хотелось посмотреть, кто говорит, но содержание разговора интриговало еще сильнее. Я боялся подойти и прервать беседу прежде, чем пойму все же это было обсуждение какой-то игры или форменное сумасшествие?

— Многие не слышали. Большинство концентрируются на временах открытия Граней…

— Ага, это ведь и понятно — в те времена темные обратились в Тени и призвали демонов. Вообще не понимаю, почему в этот момент светлые и рольфы не объединились и не напали на темных! Ведь те привели зло в мир, опасное для всех!

— В тот момент другие разумные расы видели больше зла в Унии, а не в каком-то незначительном происшествии в отдельных мирах Первой галактики.

— Ничего себе незначительном! Не прошло и сотни лет и нечисть Граней выплеснулась не только за пределы этих удаленных уголков, но и вторглась в пределы Второй и Третьей галактик!

Честно говоря, мне этот разговор стал все же напоминать диалог сумасшедших, руки потянулись к мобильнику, чтобы набрать 03. Галактики? Первая, Вторая… Есть Млечный Путь, Андромеда, еще чего-то там. О чем говорят эти ненормальные?!

— Однако я тебе не об этом, — нетерпеливо отринул доводы собеседника второй. — Было время, когда еще молодая Империя людей только-только освоилась в пределах Второй галактики и начала первые шаги по расширению границ своих интересов. В этот момент снова разгорелся конфликт между светлыми и темными эльфами.

— Я думал, их войны закончились задолго до контакта с людьми.

— В целом, так и было. Сначала не сумев уничтожить темных с их специфической религией светлые затем вовсе уступили им множество своих миров. И хотя сеча была страшной и кровавой, с чудовищными потерями для темных, светлые так и не смогли победить в противостоянии. Что-то надломилось в их организации, так сказать. И к моменту, когда люди только-только стали выходить к звездам, Первая галактика уже находилась в подобии равновесия. Но темные никогда не были покладисты и уж тем более едины в своих взглядах. Клан Темной Долины хотя и является самым могущественным, представляет лишь часть общества темных эльфов. Даже сейчас есть Воины Яура, Хранители Семени, Длань Теней, Скрывающиеся, Дети Заката и это я назвал лишь самые большие. Мелких еще больше.

— Но они до смерти бояться Матерь Темной Долины… — я все же узнаю этот голос. Это Арам? Или Арлен?

— Так было не всегда. Было время, когда клану Темной Долины успешно конкурировал клан Черного Цвета.

— Не слышал ничего о нем…

— А у вас уже была история взаимоотношений рас?

— Нет, кажется, она начинается на третьем цикле.

— Да, все так. В общем, не поленись, почитай Неизведанную историю Антонио Бергема. Ее нет в списке рекомендованных источников, но я тебе рекомендую. Кстати, вон на той полке должна быть. Там множество весьма любопытных очерков. Про Черный Цвет упоминается в официальных лекциях, но очень обще, без подробностей.

— Что ж, обязательно. Так, а что это за Черный Цвет? Они что, были темнее других темных что ли? Разве черный — не самый любимый оттенок темных эльфов?

— Да, конечно. Черный, изумрудный, фиолетовый. Но в данном контексте Цвет –особая сакральная реликвия, вокруг которой было выстроено все сообщество этого клана. Некое растение, которое проросло сквозь всю планету Радерия. Оно было исполинских размеров в высоту и ширину, а корни его охватывали почти все небесное тело. Оно источало мощнейшие магические вибрации…

— Энергию элементов. Одна из констант темной магии, — с чувством явного омерзения отметил собеседник с голосом Арама. Или Арлена?

— Философский вопрос, — уклончиво ответил знаток историй. — Сила стихий сама по себе тоже не существует. Но сейчас не об этом. В общем, волей Судьбы принцесса клана Черного Цвета оказалась в экспедиции к одной из окраинных и считавшихся необитаемых планет, название которой стерлось из имеющихся источников. Там она столкнулась с чем-то очень плохим.

— Демонами?

— Неизвестно. Формально до перехода за Грань спустя пять тысяч лет после этих событий о демонах никто ничего не знал. Возможно, какая-то опасная форма жизни. Всякие же бывают сюрпризы в необъятном космосе.

— Да, да, конечно. Вам в Ковене об этом подробнее рассказывают.

— Боевые маги же, — хмыкнул басовитый рассказчик. — В общем, на той планете принцесса пересеклась с командиром экспедиции людей. И, видимо, грозившая для обоих опасность неожиданно сформировала ситуативный союз.

— Я думал, что официальная встреча произошла в системе Марена?

— Она была обставлена специально. Люди и эльфы уже знали друг о друге к тому моменту.

— Однако встреча в Марене прошла более, чем мирно, насколько я помню.

— Конечно. Дело в том, что в экспедицию был направлен попавший в опалу младший сын Императора. Он вел с собой довольно мощное войско, но на той планете оказался случайно с небольшим отрядом. С потерями, эльфы и люди выбрались из той передряги. Но вот незадача. Вместе с принцессой Черного Цвета в походе участвовал отпрыск Светлой Королевы. И как водится в плохих историях, пропал в том действии при загадочных обстоятельствах…

— Светлые, конечно, не поверили в какую-то особую опасность и призвали к ответу, — констатировал Арам. Да, точно, это был он.

— Не просто призвали, а взялись за оружие и отправили мощнейший флот к Радерии.

— Началась новая война светлых с темными?

— Да. Только для последних это не было общим делом. В момент, когда столица Черного Цвета оказалась осаждена, Матерь Темной Долины использовала свой шанс и заявила о нейтралитете. Ее примеру последовали большинство кланов. Несколько мелких воспротивилась этой идее, но их названия стерлись из памяти истории. Как, в общем-то, случилось и с Черным Цветом — абсолютно все его члены были уничтожены вместе с их драгоценной реликвией. Радерия превратилась в пустыню.

— Погоди. А что же сын императора?

— Судя по всему, между ним и принцессой вспыхнули особые чувства. Имперский отпрыск приказал всем доступным его силам бросится на защиту Радерии. Как мы теперь понимаем, это не помогло.

— Но почему Император…

— Я уже говорил. Младший сынишка был в опале и действовал самовольно. Так что встреча в Марене была не просто первым контактом, но фактически дипломатическим улаживанием возникших недоразумений.

Тут я не выдержал. Услышанное настолько выводило меня из равновесия и сбивало с толку, что я обязательно должен был задать вопросы. У меня было их целое множество. В частности, один из них был о том, почему именно сейчас я не должен вызвать целую армию санитаров и не повязать этих ненормальных вместе с их эльфами, императорами и так далее!

Заворачивая за стеллаж, я уже знал, с каким вопросом обрушусь на двух собеседников первым, но… наткнулся на пустоту. Никого не было. Я тут же прошелся влево, затем вправо, пытаясь уловить, куда могли испариться люди, но абсолютно никого не нашел. Тишина. Люди просто исчезли!

— Что-то не так? — от заданного вопроса мне в спину я чуть не подпрыгнул. Развернувшись, увидел Милану. Ее зеленые глаза смотрели на меня испытующе.

— Эм, не все нормально. Просто мне показалось…

— Что показалось? — брюнетка тут же прищурилась.

— Да ничего, неважно. Думаю, вдруг тут где-то проходил Арам, хотел кое-что у него спросить. Кстати вот, — тут я взял с полки стеллажа первую попавшуюся книжку в старом коричневом переплете, — нашел, что искал, пойду почитаю.

И я постарался ретироваться на свое место в читальном зале как можно скорее. Все это время моя спина натурально ощущала обжигающий взгляд Миланы. Да что не так с этой девчонкой? Может, она так флиртует?

— Учо, — встретило меня задумчиво-недовольное замечание из портфеля.

— Да, да, я вернулся, тихо,- пробормотал я, косясь на ближайшие парты. Но увлеченные чтением люди никак не отреагировал на звуки из моей сумки.

Только усевшись, я увидел, что книжка не имеет названия на старой, потертой крышке, обтянутой кожей. Когда я только собирался ее открыть, рядом со мной плюхнулась что-то зеленое. Меня тут же обдало сложным купажом из женских духов и легкого возбуждения. Повернувшись, я в первую очередь уткнулся в обольстительное декольте, а затем перевел взгляд на прекрасное личико Насти. Она чуть раскраснелась. То ли бежала, то ли ее переполняли эмоции.

— Привет, — хитро улыбнулась она.

Я почему-то только глупо кивнул.

— Занимаешься? — продолжила красавица и кивнула на лежавшую передо мной книгу.

— Ну… пытаюсь скорее. Пока что получается не очень.

— А что так?

— Эм, мне кажется, что пока не улавливаю сути.

— Да ну?

— А ты чего вдруг в библиотеке? Я думал ты это… — тут я стушевался. Внутри меня началась яростная борьба между разумом и желанием предъявить претензии, высказать обиду. С чего вдруг? Какое я имею право? Мы друг другу никто!

— Что? — с явным вызовом спросила девушка. Нет, не вздумай. Не надо!

Кажется, я услышал очень тихое предупредительное «Учо». Но никаких шансов не было остановить вулкан переполнявших меня эмоций, которые, как мне казалось, я успешно купировал еще по пути в библиотеку. Меня понесло.

— Ну почему ты не с тем красавчиком? Он почти как скандинавский бог. Вы вроде бы мило ворковали с ним внизу у столовой.

Настя посмотрела на меня с выражением победителя.

— А тебе-то что? — стальным тоном поинтересовалась она.

— Просто интересно. Чего вдруг делать здесь, когда где-то есть он.

— Ну так иди с ним и потусуйся, — выпалила девушка и упорхнулся с места.

Мне только осталось посмотреть ей вслед, попутно отметив восхитительно правильный силуэт бедер Насти.

— Учо, — не замедлило раздастся из портфеля.

— Да, да, мохнатик, я идиот, — грустно сказал я и машинально открыл книжку. Рассеянно прочитав на титуле название «Неизведанная история», автор Антонио Бергема, выведенное золотистыми витиеватыми буквами, я не вспомнил, где уже слышал эти слова, но когда вдруг осознание дошло до меня, я резко закрыл книжку и даже подскочил от неожиданности.

На этот раз я приковал к себе довольно много заинтересованных взглядов. Стушевавшись, я виновато пробормотал «извините» и сел на место, с ужасом поглядывая на старинный переплет. Руки мои подрагивали.

— Учо? — послышался заинтересованный вопрос.

— Не знаю, у меня, кажется глюки, — пробормотал я в ответ и медленно снова перевернул крышку книги. Да, у меня точно были глюки. В названии значилось: «Новейшая история», автор Антонов Б. — Так, все, хватит с меня на сегодня чтения, — решился я, взялся за портфель и направился к выходу. Сомнительную книгу я после некого сомнения, все же взял с собой и на выходе положил в тележку для развозки. Все, пора идти и отдохнуть от всей проникшей в меня информации. Ну и как-то забыть эту ситуацию с Настей. Просто вытряхнуть из головы!

***

— Он явно слышал разговор двух учеников. В этот момент они были в пределах призрачной части Ольнхорта.

— Это невозможно. Ты уверена?

— Абсолютно. Он явно хотел что-то спросить у мальчиков, которые общались в паре шагов от него, за стеллажом. До этого момента он явно их подслушивал, и они находились в этот момент в Мире Пустоты.

— Нельзя получать только часть информации из Пустоты. Либо он должен был проникнуть за Пелену, либо остаться за ней.

— Однако все же он слышал.

— Ламберт был с ним?

— В тот момент нет.

— Что думает твой напарник?

— Что ситуация занимательна, но требует наблюдения. Не более.

— Я согласен с ним.

— Если Тень нападет, мы можем потерять очень перспективного мага.

— На все воля Судьбы.

— Я не согласна.

— Оформи особое мнение. Я передам магистру.

— Обязательно.

— Не увлекайся. Сохраняй бдительность.