Маша сидела, ссутулившись. Её тело облегала строгая униформа сотрудников МКТО. Сама она выглядела очень собранной и напряжённой. В глазах отражался нешуточный интерес к тому, что она видела на мониторе. Пальцы носятся по клавиатуре, словно маленькие пауки. Маша тяжело дышит.
– Ага!
Она придвигается ближе к компьютеру и читает, затаив дыхание:
«Правительство Земли официально запретило разработку роботов нового поколения в связи с зарегистрированными случаями незаконных контрактов, по которым донорами становились ничего не подозревающие граждане».
Девушка откинулась на спинку стула.
– Как же я раньше не догадалась?
«Плоть должна быть живая – это раз. И потом сейчас лекарства творят чудеса. В современном обществе очень мало больных, а для производства киборгов нужны доноры. А где их может взять жадная алчная компания, пустившая корни уже по всему миру? Конечно, «Систем роботикс» пойдёт в обход всех мыслимых законов».
– Но теперь её прижали. В ближайшее время сотрудникам компании придётся молчать. У меня будет время ещё раз всё обдумать и найти способ разоблачить Михаила Даровского и всю его весёленькую компанию. Отстранить от всех проводимых здесь экспериментов. Не зря мне мама в детстве об этих светилах науки рассказывала. Особенно о Даровском. Это же надо! Пристрелить синтетика стоимостью несколько миллионов долларов, а потом с оружием явиться к соседям…
Да как его ещё после этого не уволили, не посадили в электронный лагерь и не скормили механическим бестиям, что населяют эти тюрьмы? Что тут скажешь? Связи. Без них он бы давно превратился во всеми забытую куклу. Да. Мне хотелось бы узнать насчёт кукол. Есть ли над людьми, что трудятся на «Систем роботикс» главный кукловод? Было бы интересно узнать.
Маша внезапно осознала, что разговаривает сама с собой.
– Так дело не пойдёт, – сказала она, поглядывая на микроскопические часы на своём запястье. – Кажется, я заработалась.
Тяжело вздохнув, Маша решила немного отдохнуть. Она поднялась. Зевая и разминая затёкшую шею, девушка продолжила думать о Даровском. Ключевая фигура из детства перекочевала в МКТО. Теперь она работала рядом с Даровским, можно даже сказать, на него. «Всё как-то странно сходится. Меня не покидает навязчивое чувство, что всё это уже было со мной».
Внезапно усталость её улетучилась, как призрачный дым, по коже побежали мурашки. Она снова уселась на стул, не отрывая взгляда от монитора. Зрачки её расширились.
– Надо же!
Руководство комплекса разместило на нескольких крупных сайтах небольшие рекламные баннеры. По сути, сотрудники МКТО разместили рекламу старых проектов. Но среди перечисленных моделей серии XV упоминался некий биоробот первой серии.
– Если это то, что я думаю…
Девушка набрала в командной строке короткий адрес и ударила указательным пальцем по клавише Enter. Экран заполнила чернота. Бездонная и пугающая. «Но, с другой стороны, довольно манящая, правда?» – подумала девушка, с трудом сдерживая себя, чтобы не вскочить и не разбить монитор. Всё дело в том, что сайт был защищён паролем. Прямоугольное окошко на мониторе требовало секретных кодов, которых у девушки не было. Каждое утро им делают инъекции, так? И их как минимум раз в день проверяют. Где-то после обеда к ней наведывались охранники в строгой защитной одежде. Отстранив Машу в сторону, они садились за её компьютер и заходили на сайт «Систем роботикс». Если верить истории посещений, хранящейся в браузере, это тот самый сайт. Ошибки исключены. Охранники набирали код, не задумываясь, без запинки. Но однажды пришёл незнакомый охранник и ввёл этот код по бумажке. Потом, дежурно с ней попрощавшись, он встал. Бумажка в его руке смялась, но он её не выбросил. Что же он сделал? Маша напрягла свою память. Он вышел. Точно, он вышел с ней в коридор, и это случилось вчера.
Девушка отодвинулась от стола. Стул на резиновых шарнирах слегка завибрировал, выводя её из оцепенения. Раскачиваясь на нём, она лихорадочно думала: «Что же делать? Что предпринять? Есть, правда, шанс, что он выкинул код где-то там, в коридоре. Маловероятно, но всё же возможно. Всё зависит от того, о чём этот кретин думал». Маша снова вспомнила его дежурную фразу и засомневалась в её формальности. Охранник как-то странно смотрел на неё.
Хитрая улыбка промелькнула на лице Березуцкой. Она наконец вышла из-за стола. Встав у двери, Маша медленно произнесла:
– Я – Бог. Я вместилище всех своих мыслей и чувств. Я управляю своей безграничной энергией, переполняющей меня всем, что даёт нам Вселенная. Я чувствую эту силу. Она течёт в моих жилах, словно река. И теперь я и есть Вселенная. Мне подвластно всё на Земле.
«Хочу найти код. Сейчас же, немедленно».
После этого она коснулась железного щитка на стене. Просто коснулась, и этого оказалось достаточно, чтобы в структуре металла, из которого состоял прямоугольник, замкнулась электрическая цепь. Часть стены бесшумно ушла в сторону, обдав её слабым дуновением ветерка. Маша шагнула в холодный мрачный коридор, который озарялся неясным светом. Её сердце учащённо забилось. Она нерешительно посмотрела по сторонам. В коридоре девушка находилась совершенно одна. Маша перешагнула границу прямоугольника света, вырывавшегося из прохода и надвигавшегося на серые стены. Березуцкая стала внимательно осматривать пол. Железные металлические решётки были рифлёные. Между их грубыми стыками запросто могла затеряться бумажка с кодом.
Внезапно она увидела у прохода что-то белое. «Ну, неужели?! Нет, этого просто не может случиться!» Руки её сдержали вырывающийся радостный крик. Маша, выпрямившись, торопливо подошла к двери. Она подняла находку.
– Сотрудница научного отдела, – прогремел в коридоре дребезжащий мужской голос. – Порядковый номер 485, имя – Мария.
Голос раздавался из-под потолка катакомб «подземки» и резал тишину размеренным суровым тоном.
– Как вы хорошо знаете, всем сотрудникам комплекса категорически запрещено покидать своё место. Сейчас проходят плановые ремонтные работы. С минуту на минуту здесь появится сборище из подлежащих уничтожению роботов. В целях вашей же безопасности вы должны находиться на своём месте.
«Скажи лучше «в стойле». Я тебя сразу пойму. Ты давишь своим долбанным уставом и нет в тебе никакой человечности, потому что трудишься ты за зарплату. Жалкий, никчёмный…»
– С какой целью вы ослушались прямого приказа и вышли из кабинета?
Девушка сразу же забыла о своих обидах. Они показались ей мелкими и несущественными.
– Я…
– Что у вас в руках?
Маша уставилась на комочек бумаги с кодом, и ей захотелось плакать от возмущения. Нет, лучше смеяться, потому что всё это очень глупо. Чёртовы видеокамеры! Как она могла о них позабыть? Ведь они следят за каждым её шагом. Пристально наблюдают за каждым вздохом. Может, уже сняли о ней целый фильм или сделали календари с её фото?!
– 485-ая, отвечайте!
Маша с дрожью провела рукой по щеке. Коснувшись уха, она вспомнила про свои серёжки. Она их снимает и кладёт всегда на край стола – рядом с ручками и бумагами. То есть сейчас их на ней нет и, если предположить…
– Ну?
– Я нашла свою серёжку, – хрипловатым голосом ответила Маша. При этом она подняла маленький комочек бумаги над головой. – Я её обронила ещё утром.
– И только сейчас вспомнили?
Маша считала удары собственного сердца.
– Странно, но ваше оправдание более-менее уместно. Хорошо. Возвращайтесь к работе.
Маша шумно вздохнула. В следующую секунду, когда она уже переступала порог своего кабинета, тот же дребезжащий голос окликнул её.
– Стойте. Вам следует явиться в медицинскую лабораторию. Блок D. Кабинет…
– Я знаю, где это, – огрызнулась она, внимательно глядя на монитор, терпеливо ждавший того кода, что сжимала она в руке. «Подумать только – серёжка! Да я эту охрану в два счёта обвела вокруг пальца». Мысленно она порадовалась своей находчивости. Но только мысленно, потому что внешне девушка выглядела очень сдержанной.
– С какой целью, чей приказ и вы только что уверяли, что в коридорах МКТО небезопасно, ведь так?
Динамик в коридоре секунд пять молчал, и она уже решила, что про неё все забыли. Можно возвращаться к работе и спокойно взламывать сайт.
– Забудьте про все предосторожности. Приказ исходит от самого Даровского. А суть дела вам объяснят, когда вы явитесь в лабораторию. Поторапливайтесь.
– Прошу вас, – шёпотом передразнила она нудный голос охранника. – Да кем он себя возомнил? То запрещает покидать кабинет, то пожалуйста – выходи и ничего не бойся. Подумаешь, от самого Даровского. Он говорит о нём так, словно этот доктор – глава государства.
Маша торопливо накинула на себя белый халат, висевший в самом углу кабинета. Потом она подошла к столу и развернула монитор к себе. «Кто знает? Может, в кабинете присутствуют ещё и скрытые камеры? И если это так, они наверняка установили их у неё за спиной, чтобы видеть, какие сайты она посещает и что, собственно, делает». Ни для кого не секрет, что раньше люди в рабочее время тайком общались между собой посредством интернета или играли в бесхитростные игры. Теперь всё гораздо сложнее. Люди придумали такие сайты, такие передачи и игры, от которых с трудом можно оторваться.
«Но ты их не смотришь с раннего детства», – напомнила Маша себе, вспоминая, как наотрез отказывалась смотреть телевизор. Она даже разбила один из экранов, пытавшийся с ней заговорить. Да, современные технологии позволяют узнать всё о тех людях, которые смотрят на экран – в мир, где сгорают их души. Маша вспомнила себя в детстве, разговор с матерью, казавшийся ей очень важным. «А я, мама, ангел, я божество, понимаешь? И мне нельзя смотреть эти тупые передачи». «Да что ты такое говоришь?» – возмущалась её мать. «Я знаю, что делаю», – сказала Березуцкая Маша.
– Да, я знаю, что делаю, – сказала вслух девушка и ввела код. На экране вспыхнуло основное меню. Буквы размером с бусину пылали огнём. Они переливались адским пламенем, а рядом застыла фигура кочегара в брезентовой одежде, в очках и с презрительной усмешкой. Стоило выбрать одно из слов в оглавлении, как кочегар принимался собирать невидимый уголь с земли и кидать его в топку – огромное жерло преисподней, заполненное до краёв трупами.
– Странное оформление сайта, – сказала задумчиво Маша. На официальной страничке, куда выносит любой нормальный браузер, всё выглядит невинно, чисто и как там раньше говорили? Целомудренно! А здесь я вижу какую-то жуть.