– Эми, пойдем… – я подал ей руку, помогая вылезти, а затем сжал эту же руку крепче, – спокойно…
Обеспокоенно посмотрев на меня, она поняла, что сейчас я покажу ей что-то кошмарное, как огромную букашку, сидящую в волосах, до сих пор вгоняющую ее в страх, будучи в далеком детстве.
Билл, конечно, не был букашкой, но по уровню мерзости на данный момент – весьма подошел бы под описание.
– О нет! – кричала она, закрыв она лицо руками. – В машине труп!
– Спокойнее… – крепко обняв ее, произнес я, – это Билл…
– Ты меня разыгрываешь?! – засмеялась она. – Это шутка, да?
– Если бы… – посмотрев ей в глаза, я вытащил шприц, излучающий свет, – не думаю, что способен так шутить…
– Он светится! – удивилась Эми. – Почему он светится, Ричард?!
– Мне кажется, что тебе отшибло память! – возмутился я, не желая повторять заново. – Раны на теле Билла, помнишь?
Поджав колени, она села возле машины, вспомнив происходящее.
– Теперь я поняла все… – тихо сказала она, – вспомнила…
– Ура! – нервно выпалил я, выпрыгивая из штанов. – Наконец-то не я один буду в этом вариться!
– Жесть! – отметила она, глядя на Билла. – Он постарел лет на сто?!
– Всего лишь на сорок… – засмеялся я, глядя на нее, – тебе точно не стоит выходить за него замуж…
– Вообще-то, Ричард, никто и не собирался! – терпеливо сжимая кулаки, выпалила она, посмотрев на меня. – Он не привлекает меня.
– А что вы делали вместе в шесть утра?! – уточнил я. – Хотя, это не мое дело. Прости. Но, ты знаешь, какой я любопытный.
– Разговаривали, братик! – наехала она на меня. – Представляешь, люди могут разговаривать всю ночь, до шести утра, и быть счастливы!
– Не представляю. – Признался я, поникнув. – Но, хотел бы.
Держа шприц в правой руке – я разглядывал его, думая, что делать со светлым, мерцающим содержимым, что я успел собрать.
– Вколоть ему? – предложила Эми. – Вдруг?
– Не знаю… – тревожился я, – а вдруг не получится…
Внимательно наблюдая за Ричардом и Эми, видя их сомнения, чувствуя опасения и страх – Зельц принял невидимый облик, написав кровью огромную фразу: «Только один твой брат сможет открыть глаза» на новеньком автомобиле Билла, слегка обновив его, отправляясь искушать других людей, оставив помощника следить за происходящим.
– Твою мать! – начал орать я, матерясь всеми знакомыми словами, держа шприц. – Твою же мать! Черт! С ума сойти! Вот сука!
– Что с тобой? – удивилась Эми, обернувшись. – Сука! О ком речь?!
– Этой надписи тут не было… – сжимая кулак левой руки, произнес я, ударяя тачку, – как я могу понять, о ком речь…
– Билл, как брат для нас! – начала восторженно кричать Эми. – Это поможет!
– Или речь идет про Томаса, который находится в коме… – вслух задумался я, – то есть, нас поставили перед выбором…
– Тут и выбора не может быть! – четко произнесла она, опустив глаза, сдерживая слезы. – Срочно едем к Томасу!
– Стой! – остановил я ее, чуть не выронив шприц. – Это же содержимое из тела Билла! Эта жидкость принадлежит ему!
– И что?! – начала она внезапно выдергивать шприц из моих рук, посылая самыми некрасивыми словами. – Он бы понял! Точно бы понял!
– Нет! – протестовал я. – Не понял бы! Не одобрил бы!
– Ричард, мы должны вернуть Томаса! – кричала она на меня, начиная избивать, рыдая во весь голос. – Это не обсуждается!
– Мы не должны возвращать его, принося в жертву другую жизнь, Эми! – четко пояснил я. – Тем более, Билл мне не менее дорог, чем Томас!
Я подошел к лучшему другу, пульс которого еле прощупывался, введя иглу в одну из его ран, которые оставались на его теле.
– Может, чуть-чуть оставим Томасу? – умоляла Эми. – Капельку?!
– Нет, Эми… – сурово произнес я, – ощущаю, что так нельзя…
– Ладно! – огорчилась она, держа за руку Билла. – Поможет?!
– Не знаю я! – стуча по машине, говорил я. – Откуда я знаю?!
К нашему удивлению – он быстро пришел в себя, вызвав у обоих эмоциональный отклик от его возвращения.
– Мы думали, что больше тебя не увидим, брат! – произнеся эту фразу одновременно с сестрой, мы обняли Билла со всей силой, встав с обеих сторон. – Очень рады тебя видеть! Наконец-то ты с нами!
– А что случилось? – уточнил он. – Куда мы едем?!
– К бабушке Ирен! – вдруг произнес я, стараясь сгладить всеобщее напряжение. – Вот подумали, может нам стоит ее навестить?
– Без проблем! – согласился Билл. – Только за руль садись ты, пожалуйста, а то я странно себя чувствую, как размазня.
– Главное, что ты наша размазня! – посмеялась Эми. – Иди ко мне на заднее сидение! Будем обнимашками баловаться!
Билл запрыгнул к ней на заднее сидение, но моментально отключился от бессилия, начав храпеть на весь салон.
– Обнялись, называется… – возмущалась сестра. – Черт!
– Прыгай на пассажирское сидение! – посмеялся я над ней. – Давай! Скорее! Ты же не выносишь храп! Ха-ха-ха!
Она вышла из машины, заметив, что кровавая надпись стерта, а вместо нее на лобовом стекле появился треугольник.
– Хм, странно, – высказалась она, сев справа от меня, – странно.
– Что странно? – удивился я, посмотрев на нее. – Объяснишь?