– Придумайте что-нибудь. И не забудьте про мою гостью. И только попробуйте залажать мне первый в истории Альвираха «музыкал»!
***
Дрямс! – раздался в коридоре пронзительный жестяной дребезг, как будто столкнулись два огра с кастрюлями на головах.
– Первый звонок! – сообщила Завирушке дварфиха. – Тебе пора в ложу, девочка. Эй, куда прёшь, зелёный! – заорала она на пытающегося просочиться мимо полуорка. – Два напитка минимум!
– Кружку эля и стакан дварфовской косорыловки, – соглашается тот. – Эль без косорыловки – деньги на ветер.
– Кто-то же должен содержать эту богадельню? – жалуется Завирушке барменша. – Мы же не продаём билеты. Так что… Эй, ты, борода! Два напитка минимум!
– У такой прекрасной дамы хоть четыре! – галантно кланяется солидный седой дварф. – Ведь я не ошибся, передо мной дама?
– И ещё какая дамистая! – кивает Спичка. – Чего изволит почтенный?
– На ваш выбор, прелестница!
– Думаю, виски с Чёрных гор поразит вас своим изысканным букетом! Тонкие нотки аромата чешуи квиппера… – Спичка, ехидно улыбаясь в бороду, лезет под стойку за зелёной бутылью.
– Счёт его поразит ещё больше, – шепнул Завирушке на ухо тихо подошедший Полчек, – Спичка впаривает это дорогущее пойло всем своим поклонникам. А вам, юная леди, пора в ложу. Позвольте вас проводить.
– Два напитка минимум! – крикнула им вслед дварфиха.
– Но у меня нет денег… – расстроилась Завирушка.
– Моим гостям – за счёт заведения! – успокаивает её драматург.
– Тогда, если можно, два морковных смузи.
– Два чего? – Спичка еле поймала выпавший из рук стакан.
– Сделай ей, чего просит, – небрежно велел Полчек, увлекая за собой девушку, – и пусть кто-нибудь подаст в ложу.
– Что за хрень этот «морковный смузий»? – спрашивает дварфиха.
– Наверное, что-то с морковкой… – неуверенно отвечает отирающийся у стойки молодой маховик.
– Ясный хвост, – соглашается с ним зеленовато-бурый драконид. – Он же морковный!
– Какой идиот будет класть в напитки морковку? – вздыхает дварфиха. – Так, Ланхарет, – обращается она к маховику, – у тебя, конечно, опять нет денег на выпивку?
– Уважаемая дварфиха знает, что наш народ, в силу своей связи с Вечной…
– Связи с игрой в кости, ты хочешь сказать? – обрывает его Спичка. – Так вот, если хочешь получить свои два стакана бесплатно, метнись феечкой и притащи мне морковку. Успеешь до третьего звонка – победил. Время пошло!
– Эта ложа в вашем распоряжении, юная леди, – галантно отодвигает стул Полчек, – прошу!
– Мне так неловко, вы уделили мне столько внимания, господин… Наверное, мне было всё же лучше пойти в храм Вечны…
– Считайте, что это мой каприз. Повторю, это совершенно ни к чему вас не обязывает. Что же касается храма Вечны Нашёптанной, то он стоит на своём месте уже не первую тысячу лет, и, скорее всего, в ближайшие дни никуда не денется. Вы сможете отправиться туда в любой момент, если вам так будет угодно. А сейчас позвольте вас оставить, мне нужно проконтролировать подготовку к спектаклю.
– Благодарю вас, господин Полчек.
– Ах да, – обернулся драматург уже на выходе из ложи. – Наш театр – зона свободного искусства. Потому, что бы ни произошло, не пугайтесь. Это просто импровизация. Я считаю, что будущее за новыми формами.
Завирушка с интересом смотрит на то, как заполняется зрителями зал. Скорлупа – большое старинное здание имперского периода, привести его в порядок целиком потребовало бы огромных средств, которыми потомок исчезнувшего Дома Кай не располагал никогда, поэтому под театр выделен бывший крытый атриум, в котором разместили полукругом ряды лавок и выстроили небольшую сцену. Сегодня, кажется, в зрительный зал набилось куда больше народу, чем он вмещает.
– Опять Полчек выдумал что-то новое, – слышит она тихие разговоры внизу, за ограждением своей ложи.
– По-моему, он просто выпендривается, – отвечают невидимому для неё зрителю.
– А вот и нет, – смеётся кто-то третий, – он просто уклоняется от покупки лицензии. Если Полчек будет ставить обычные пьесы, к нему рано или поздно придут из Дома Теней. А так он всегда может сказать: «Ну какой же это театр? Это даже на ярмарочный балаган не тянет…»
– Ничего вы не понимаете! – подключается к беседе очередной театрал. – Дело не в деньгах! Лицензия требует соблюдения канона. А пока её нет, можно экспериментировать! Полчек – смелый новатор. Если бы ему были нужны деньги, он бы просто отменил бесплатный вход.
– При таких ценах на напитки ему никакие билеты не нужны, – ворчат внизу, – я остаюсь при своём мнении, он просто выпендривается.
– А я думаю, что Полчек – гений! – горячится оппонент.
Завирушка так и не узнала, чем кончился этот интересный спор, потому что раздалось троекратное жестяное бряканье, и перед сценой стали разгораться магические огни рампы.
**
– Много народу? – страдальчески спрашивает козёл.
– До огровой задницы, – сообщает подглядывающая из-за занавеса Фаль.
– Это будет не просто провал, а провалище, – уныло говорит Пан. – Мы в полной жопе. Нам нужно, чтобы лабухи не облажались. Нам надо как-то успеть сменить декорации после первого акта. Нам нужна Мья. Нам нужно проверить гостью Мастера… Но больше всего нам нужна Мья. Может, правда, поставить столб с глазами?
– Не, – отвечает уверенно Фаль, – спеть за неё, допустим, можешь ты. Но она должна хоть как-то двигаться, иллюзией нужного эффекта не добьёшься. Слушай, какое знакомое платье вон там, в первой ложе! Это не его ты искал?
– А ну-ка, подвинься… – Козёл отодвинул Фаль от прорехи в занавесе. – Точно, оно. Как оно попало к гостье Мастера?
– Не знаю, но у меня возникла интересная мысль… Это же платье, в котором должна была быть Мья Алепу…
– Ты хочешь сказать…
– Почему нет? Что мы теряем?
– Примерно всё, – злобно отвечает Пан. – Мастер нас убьёт.
– Он нас убьёт, если мы залажаем премьеру. А мы её, считай, уже залажали. Значит, мы обречены. Как говорят хобгоблины: «Путь актёра – это путь провала. Веди себя так, будто тебя уже с позором уволили и выкинули из театра с ликантропьим билетом».
– Хобгоблины говорят: «Путь воина – путь смерти». Но я понял, о чём ты, Фаль…
***
– И что ещё кладут в этот мраков смузий? – ворчит Спичка, быстро шинкуя на стойке морковку лезвием секиры.