Я крепко обняла Сергея:
– Как же я соскучилась по тебе!
После объятий и вручения друг другу подарков с пожеланиями счастья, мы пошли по аллее.
– Дружище, как твоя жизнь? – Я достала из сумочки платок и вытерла слегка мокрые от слез глаза. Совсем не думала, что растрогаюсь.
Сергей задумался, будто полагал, что я не спрошу его о делах.
– Ты же знаешь, – наконец ответил он, – на зависть окружающим, я счастливчик. У меня замечательная семья, которую я очень люблю, и работа, которая доставляет удовольствие и позволяет прилично зарабатывать. Есть кое-какие заботы и хлопоты, но все они – мелочи.
Сергей посмотрел в сторону Дона. Засушливое лето изменило облик побережья. Левый берег застенчиво оголился на несколько метров, дав сорнякам возможность жить полной жизнью, а мусору – предстать во всей красе. Мы переглянулись, сгримасничали, выказав озабоченность экологией города, и продолжили милую беседу.
Минут десять Сергей рассказывал о делах на работе, о перспективах развития компании, которой он руководил, о некоторых сделках, которые со дня на день собирался заключить с иностранными инвесторами; потом перевел дыхание и с теплотой заговорил о семье.
– Знаешь, как только я увидел Лиечку, мой мир изменился…
Он называл свою жену «Лиечка». «Какое редкое имя!» – думала я, а, может, и вовсе не имя. Я никогда не спрашивала Сергея об этом. Не хотела тратить редкие минуты общения с ним на выяснение того, почему он так называет супружницу.
Сергей немного помолчал и продолжил:
– Неисправимый семьянин и домосед… Кто бы мог подумать, что стану таким! Семейная жизнь скучнее холостяцкой, но я бы ни за что не поменял обычный день с любимой и ребятишками на веселую ночь в клубе с друзьями и девицами легкого поведения. Это все в прошлом… Я бы и в Москву с ними помчался, но не получилось.
Каждый раз, когда мы разговаривали с Сергеем, он упоминал о жене и детях; душевно рассказывал о том, как его любимая заботится о нем, готовит ему и детям славные завтраки, обеды и ужины, холит и лелеет всю семью, да и вообще следует всем правилам умной жены, счет которым миллион. Да, его истории усыпляли. Но как приятно и завидно слышать о семейном счастье. Признаться, я как-то поймала себя на мысли, что жалею об упущенной возможности видеть рядом с собой такого мужчину. «Эх, надо было рискнуть!»
– Как твои дела? – спросил Сергей, немного помолчав. – Что новенького?
– Новенького? – Я тоже задумалась, прежде чем ответить. Перейти к разговору о моей жизни после того, как я услышала о семейном счастье, то же, что за секунду оказаться на темной стороне Луны. – Во-первых, я переехала.
– Книгу дописала, значит?
– Точно.
Об этом «дракончике» в моей голове знали немногие, Сергей в их числе. Когда несколько лет назад я попробовала себя в писательстве, мне приходилось часто переезжать. Написав первую книгу, я не смогла приступить ко второй, пока не оказалась в окружении новых стен. Написав вторую, не получалось приступить к третьей… Каждую новую книгу я писала в новом доме. Таким странным способом меняла свою жизнь, начинала ее как бы с нуля, когда разбирала чемоданы и расставляла вещи по местам. Меня вдохновляли эти ощущения и прибавляли сил. Переезды настолько вплелись в мою творческую жизнь, что, казалось, я иначе не смогу.
– Надо почитать, – сказал Сергей. – Детектив?
– Ага, – кивнула я.
Хоть детективы у меня получались замечательные, я от них устала. Наверное, у каждого писателя бывает такой период. Я подумывала написать в другом жанре, но идеи не приходили; потому терпеливо ждала, когда нагрянет Его Величество Вдохновение.
Сергей достал из кармана смартфон, замедлил шаг, извинился, ответил на сообщение:
– Лиечка спрашивает, встретились мы или нет, – уточнил он.
Я в ответ улыбнулась, но ничего не сказала.
– Может, зайдем чайку-кофейку выпьем? – предложила я, стараясь скрыть ревность.
Нет, это была не ревность женщины; это была ревность друга.
После того, как Сергей женился, мы не только перестали видеться, но какое-то время не общались даже по телефону. Он так погрузился в семейную жизнь, что забывал поздравлять меня с праздниками. Я грустила и тихо ненавидела ту женщину, которая разлучила меня с другом. Даже потом, когда он стал звонить, ревность нет-нет, да и накрывала.
Тогдашнюю встречу с ним я восприняла, как подарок судьбы. А тут, опять она, его жена! «О, женщина, оставь нас!» – кричали мои глаза, которые я старательно прятала.
Сергей согласился выпить по чашечке чая. Мы свернули в кафешку, присели за столик, а когда к нам подошел официант, заказали зеленый чай с жасмином и парочку десертов.
За чаепитием мы вспомнили те времена, когда бывали вместе целыми днями, устраивали совместные трапезы, обговаривали наши удачи и неудачи, обсуждали мужчин и женщин, политику и быт. А еще сочиняли и читали стихи, изучали английский, французский, испанский языки; гуляли по ночному городу, ездили отдыхать на море, били рекорды в караоке-барах, несмотря на то, что ни он, ни я не умели петь. Как же было славно!
Воспоминания, получившиеся как-то спонтанно, освежили дружеские чувства.
– Как в личной жизни? Перемены есть? – неожиданно спросил Сергей, захватывая десертной ложкой кусочек грушевого пирога.
Наверняка, он хотел, чтобы его вопрос прозвучал естественно. Но получилось так, будто мой друг колебался: задавать его или нет. И не зря. В самом деле, тема личной жизни для меня стала больной темой. Все чаще я злилась, когда о ней заходила речь. Сердилась на себя и на того, кто задавал этот гадкий вопрос.
– Если то, что бывает, назвать личной жизнью, то у меня все хорошо.
Я вздохнула и вкратце поведала приятелю об ухажерах, об удачных и неудачных свиданиях и отношениях.
Возможно, мне стоило молчать о любовных приключениях. Как ни крути, мужчин настораживают женщины с богатой историей сексуальных отношений. Но Серега – другой случай. Он был другом, а потому я могла говорить так, как есть. Кроме того, он же понимал, что молодая привлекательная женщина всегда пленит мужчин. Чем она интереснее, тем больше тех, кто хочет с ней познакомиться поближе. Так и со мной. Они, мужчины, всегда были на меня падки, как осы на сладкое. И я совершила бы величайшую глупость, если бы не воспользовалась возможностью, любезно предоставленной нашим временем, менять партнеров столько раз, сколько пожелает моя душа. Главное не то, сколько было мужчин, а нашла ли девица среди них того, с которым захочет делить не только кровать, но и жизнь. Так я думала. И до сих пор меня никому не удалось переубедить.
Справедливости ради, надо сказать, что я такой была не всегда. В ранней молодости я грезила семьей и детишками; мое сердце было открытым и горячим. Я верила в то, что встречу единственного мужчину, с которым проживу до глубокой старости. Но, увы, не срасталось. Первая любовь в семнадцать, а потом – вторая и третья в восемнадцать и двадцать лет отбили желание доверять мужчине. Все будто по сценарию. Ты пускаешь в сердце путника и отдаешь всю себя. А он, насытившись, заявляет: «Борщ-то надоел!» А дальше происходит все то, что сводит отношения на «нет». Ложь… Предательство… Измена… Первая тройка бывших, как я их называю, оставили неизгладимый след в моей душе. Последующие отношения только укрепили мнение о мужчинах как существах крайне склонных к изменам.
Уберечь себя от боли предательства можно только равнодушием. Жизнь подсказала мне правило, которому я следовала беспрекословно – мужчин любить нельзя, а любовь к ним надо гнать прочь, только учуяв ее запах. Мужчина был в полном моем распоряжении до тех пор, пока я могла хладнокровно ответить «нет», в суматохе забыть о свидании, молчать в ответ на его признания в любви, и мысленно улетать куда-то на его попытки пробудить во мне похотливые чувства. Как только я начинала думать о мужчине больше, чем о себе, я разрывала отношения.
Долгое время я слышать не хотела о замужестве. Семью и все, что с ней связано, не воспринимала всерьез. Да и потом, меня устраивала холостяцкая жизнь. Скажу даже больше – я вошла во вкус. Возможно, если бы кто-то из первой тройки бывших женился на мне, я не стала бы такой искушенной. Правда, иногда, перед сном, ловила себя на мысли, что без мужа и детей я в каком-то смысле несчастна. Но уже утром следующего дня от этих мыслей не оставалось и следа.
В конце я сообщила Сергею, что в серьезных отношениях не состою, но время от времени хожу на свидания с одним настойчивым молодым человеком.
– Знаешь, – после недолгого молчания сказал Сергей, – ты будто с другой планеты! Не понимаю, почему ты не выходишь замуж…
– Нет в современных мужиках надежности, Серый! Поэтому и замуж не хочу, – подумав, сказала я.
Сергей подозрительно глянул на меня:
– Говоришь, нет надежности?
– Угу, хочу любить, а не бояться, что моя любовь надоест, и милый пойдет развлекаться с другими женщинами. «О, Мужчина! – хочу я крикнуть очередному бойфренду. – Ты же готов на все ради меня, пока не добьешься». К сожалению, Серенький, как только рыбка в клювике, мужчину меняет злая бабка Яга. Уж лучше пусть мужики бегают за мной; счастья от этого нет, но все же какое-то удовольствие.
– В общем, все они – предатели! – Сергей, словно не о мужчинах шла речь, спокойно пил чай.
– Нет, не все. – Я посмотрела на друга. – Ты – не такой, на удивление.
Сергей казался мне таким же инопланетным, как и я ему. Честно говоря, после того, как он женился, я не сомневалась, что пройдет пару лет, и он признается в похождениях «налево», а я с облегчением вздохну, что оказалась права относительно мужчин. Не тут-то было.
– Поверь, – словно прочитал мои мысли Сергей, – есть верные мужья. Посмотри на меня! За время брака даже мысли не возникло обмануть жену. Я ей верен, как волк волчице. Так что, Маруся, моя жена – моя рыбка, она в моем клювике! И что? Максимум, что могу я сделать, так это посмотреть на красивую женщину, приобнять за плечи… как тебя. Но, поверь, в этом нет ни грамма того желания, которое у меня к Лиечке.
Пока Сергей ведал о том, что мужчины разные, стараясь переубедить меня, я отстранялась от разговора. Голос приятеля звучал приглушенно, в голову лезли мысли, имя которым идеи для книги.