Пару недель назад на выходных я приготовила завтрак, накормила вас и проводила гулять; сама же отправилась в магазины за покупками.
Сколько суеты в субботний день! Люди, словно тараканы, вылезшие из щелей при погасшем свете; заходят в один магазин, другой, третий; потом бегут в кафе перекусить, затем вновь несутся в магазины. Признаться, выходной – не совсем удачное время, чтобы спокойно бродить по улицам, заглядывая в понравившийся бутик. Темп улицы задает твой темп. Примерно час я ходила в поисках теплых сапог, джемперов и платьев, но, сказать честно, получила удовольствие меньшее, чем рассчитывала.
Перед поездкой домой я забежала в кафе выпить кофе с молоком и насладиться минутами свободы. Помню, позвонила тебе, узнала, как у вас дела, и сообщила, что скоро буду дома. Так я планировала, но по воле случая в кафешку вошел мужчина, в котором я узнала первую любовь.
Мы учились вместе в одиннадцатом классе. Он пришел в нашу школу всего лишь на один год, но этого хватило, чтобы покорить всех учащихся и учителей. Он стал учеником года, другом для сверстников, защитником для тех, кто обучался в младших классах, парнем мечты – для девчонок. Этакий супермальчик!
Обратить его внимание на себя могла только смелая девица, я же не была такой. Я любила его тихо, как любят чаще всего в школьную пору. И лишь на выпускном балу мне посчастливилось с ним потанцевать. Он кружил меня и шутил, а я хохотала. В конце праздника он проводил меня домой и поцеловал.
Мы встречались недолго. Через месяц после выпускного бала он уехал поступать в институт в Москву. Я тоже занималась предстоящим поступлением. Постепенно мы отвыкли друг от друга и как-то само собой расстались.
И вот, спустя столько лет, я увидела его. Он совершенно не изменился. Такой же красавец! Его густые светло-русые волосы переливались светом, а взгляд его зеленых глаз был горяч как раскаленная сталь.
Он меня узнал, подошел к столику. «Привет!» – «Привет!»«Как дела?» – «Хорошо». Слово за словом и разговор на полтора часа. Потом он оставил мне визитку и сказал, что будет очень рад, если у меня получится выбрать время и встретиться с ним, чтобы пообедать или поужинать. Мы разошлись.
Темные силы не дремлют. Они соблазняют и испытывают; смеются, когда человек оступается, огорчаются, когда не поддается соблазну. Но всякий раз искушают, зная точно, что рано или поздно эта тварь божья не совладеет со страстями и бросится в омут с головой от отчаяния победить в схватке зла с добром, греха с праведностью.
Вчера я ездила в центр города искать подарок ко Дню рождения нашего старшего сына. Я составила список подходящих магазинов и пошла на поиски. И вот подарок выбран, доставка оформлена.
Выхожу из магазина, перехожу дорогу. Слышу клаксон. Оборачиваюсь. Он сидит за рулем белого мерседеса и машет мне рукой: «Привет! Беги ко мне!»
Я словно обезумела и, хохоча, как шестнадцатилетняя девчонка из одиннадцатого «Б», заскочила к нему в машину…
«Зачем? Зачем? Зачем?» – изнывала душа. Но разве услышишь ее, когда говорят инстинкты?
Ничто так не выдает женщину, охваченную сексуальным желанием, как смех вперемежку с истерикой, восторг вперемежку с отчаянием, безумие вперемежку с рассудительностью. Все это – верный признак тащить ее в постель.
Через двадцать минут я очутилась в номере отеля… в постели с другим мужчиной…
Вот так случился мой плотский грех…
Я поддалась соблазну, не удержала себя, не смогла.
Душ. Слезы. Раскаяние. Мысленное прошение о прощении.
Я хотела тебе сказать, но легче оказалось смолчать.
Вечером ты с детьми приехал домой.
За ужином я глядела в тарелку и пыталась понять саму себя.
Ты спрашивал меня о делах, и я что-то отвечала. Ты спрашивал о моих слезах, и я что-то лгала тебе о них.
Ты подошел, поцеловал, обнял, ободрил.
Волна возбуждения накрыла меня с головой. Я шепнула тебе на ухо: «Жду в ванной», и ты, похотливо улыбнувшись, сказал: «Я сейчас приду!»…
Это было незабываемо! Страсть бушевала! Тела обжигало! Безумие нас окрыляло! Я хотела принадлежать тебе и тут же – быть твоей госпожой!
«Это лучший секс за всю мою жизнь», – говорили мои глаза. «Ты – богиня!» – кричали твои.
Я выпила стакан воды и вместе с детьми пошла спать.
«Я больше не буду!» – подумала я и уснула.
Сегодня утром пишу эти строки, и слезы текут по щекам. Можно ли так? Любят ли так? Наверное…
Прости меня.
Целую, твоя кошечка! Ноябрь. 2009».
Было чувство, что эта женщина сидела рядом со мной и изливала душу за бокалом вина; при каждом ее слове воображение рисовало картинки предательства, жаждущего понимания. Но я не могла понять эту женщину. Из того, что я прочла в ее письмах, ничто не говорило о том, что ее измену можно предсказать… объяснить… простить…
Заварив себе еще одну чашечку кофе, я аккуратно развернула третье послание и начала его читать. Оно начиналось теми же словами: «Привет, дорогой!»
№3
«Привет, дорогой! Весна – прекрасное время года! Утром с лучами ласкового солнышка она шепчет: «Вставай… Иди… Живи…»
Как славно мы всей семьей отдохнули на майские праздники! Я давно хотела поехать весной в Сочи, подышать чистым воздухом, полюбоваться морским пейзажем; хотела наблюдать, как от зимней спячки пробуждается природа, как живописует она.
Еще вчера мы сидели на берегу моря, кидали плоские камешки, смотрели, как они плюхаются в морскую гладь, пугая чаек и мелкую рыбешку, и смеялись. А сегодня мы дома. Приходим в себя после незабываемых дней, проведенных совместно. Спасибо тебе!
Говорят, насмешка судьбы… О, да! Судьба нас часто удивляет приятно и не очень приятно поворотами и совпадениями. Отдых в замечательном отеле немного омрачили некоторые воспоминания о не так давно случившемся в моей жизни, и, о чем я умолчала при всем желании быть с тобой честной.
Почему я не посмотрела, какой отель будет нас принимать в Сочи? Я бы убедила тебя выбрать другой, чтобы ничего не отвлекало меня от тебя и наших детей.
Ты знаешь, в прошлом году в начале декабря я ездила на конференцию в Сочи. Участников расселили в этом же отеле, где мы отдыхали. Удобно, когда само мероприятие проводится там, где ты остановился. Когда не знаешь город, любые передвижения по нему кажутся испытанием. Особенно, когда на улице слякотно и противно.
Накануне вечером я готовила выступление. Как обычно, проговаривала тезисы доклада, вносила поправки в презентацию и подчитывала кое-что в интернете. День конференции обещал быть тяжелым; я хотела лечь спать пораньше.
Около десяти вечера я завершила и пошла в бар, чтобы на сон грядущий выпить мятного чаю с медом.
Спустилась на первый этаж. Заказала чаю.
Прошло, наверное, минут десять, как ко мне подошел мужчина лет сорока, в джинсах и в майке с надписью: «Я люблю Сочи!» Я подумала, что кто-то из местных. Оказалось, это профессор из Москвы, тоже участник конференции.
Разговорились с ним. В основном болтали о науке, потом перешли на философские беседы, а затем, как это обычно бывает в ученой среде, между нами завязался спор, извечный спор о свободе. Профессор был интересен и легок в общении, красноречив, вежлив в манерах и благороден во взгляде.
Мы говорили бы и дольше, если бы не мой случайный взгляд на часы: почти двенадцать. Мы попрощались.
День конференции выдался сложным. Я с нетерпением ждала завершения. Хотела принять душ и лечь спать, чтобы быстрее наступил следующий день, когда я окажусь рядом с вами, в уютном нашем гнездышке, где холодными вечерами по семейной традиции я готовлю нам глинтвейн, а детям – фруктовый сок, и мы все вместе просматриваем веселые мультики.
И вот наконец последний докладчик, последнее обсуждение. Предвкушение отдыха…
«Я увижу вас на ужине?» – вдруг спросил меня профессор, с которым мы накануне философствовали. «Возможно!» – вежливо ответила я. «Я буду ждать! Мы же должны продолжить наш спор …”, – он подмигнул мне, загадочно улыбнулся, дождался улыбки в ответ и пошел к коллегам, потирая ладоши: «Хочу виски со льдом!»
Я поднялась в номер, позвонила тебе, поговорила с детьми; мы пожелали друг другу спокойной ночи и сладких снов. Приняв душ, я легла в кровать с уверенностью, что буду спать беспробудно.