– Что случилось? Ты здорова? На тебе лица нет, – забеспокоился он.
Я глубоко вдохнула и только собралась выдать заготовленную речь, как у него зазвонил смартфон.
– Прости. Любимая звонит!
«Привет! Да… Конечно… Все в силе… Родная, какие вопросы? Ты же знаешь, все для тебя… Я приготовил сюрприз. От тебя нужно только хорошее настроение… Целую…» – Услышала я и засомневалась в своевременности неприятного разговора.
– У нас с супругой сегодня праздник – годовщина свадьбы. Хотим отметить вдвоем вечерним ужином в ресторане…
– Поздравляю! – слегка улыбнулась я. «Как я могла забыть?»
– Спасибо! Но настроение у меня не будет праздничным, если ты не объяснишь, что с тобой. Ты бледнее мела!
Я молча смотрела на Сергея и впервые не знала, что ему сказать. План накрылся медным тазом.
– Может, отравилась? – сказала я. – Утром съела несвежую сардельку.
Сергей тут же набрал номер телефона доктора «Иван Иваныча», сообщил о том, что я съела что-то не то и, похоже, отравилась, и договорился о приеме в течение дня. Он что-то говорил еще, но я не слушала. В моих ушах звенело; я хотела орать, что есть духу, и топать от злости ногами.
– Не стоит беспокоиться, – наконец сказала я. – Мне уже легче, Серенький. Я закажу сейчас чаю, выпью его с сахаром и мне станет хорошо.
Откуда взялся прилив сил? Голос зазвучал уверенно и бодро. У Сергея не оставалось сомнений, что мне, в самом деле, лучше.
– В любом случае, зайди к доктору после обеда. Я прошу…
– Ладно, – согласилась я.
Поскольку все пошло наперекосяк, пришлось придумывать повод для встречи.
– Серенький, расскажешь о своей семейной жизни? – выпалила я. – Ты помнишь наш последний разговор? Я окончательно решила, что буду писать книгу; один из персонажей спишу с тебя. Так что, мне нужны подробности. Если, конечно, ты поделишься ими.
– Ах, это, – Сергей довольно улыбнулся. Его реакция могла означать только то, что я услышу историю о семейной жизни своего друга; он точно не собирался умалчивать о счастье; ему хотелось о нем кричать…
Сергею принесли обед; на первое – куриная лапша, на второе – бифштекс и салат из овощей; от напитков он отказался; сказал, что вредно после плотного обеда потреблять жидкость. Любимая ходила на какие-то там курсы по здоровому питанию, и теперь они всей семьей не пьют после еды полчаса.
– Итак, Сергей Сергеевич, – я вошла в роль, достала смартфон и демонстративно включила аудиозапись, – как вы познакомились?
Приятель с улыбкой подхватил игру и начал рассказывать, как сказку, эту волшебную историю. Он переходил от одной истории к другой так умело, и, если бы записать на бумаге то, что он говорил, получился бы прекрасный рассказ о настоящей любви молодого парня к милой девушке, посланной ему небесами.
– Я сам не верю, что так повезло с женой. Ты знаешь, у меня было много девушек, самых разных: и красивые и не очень, и строптивые, и смиренные, и пылкие, и тихони, и молчаливые, и болтушки… И ни одна из них так сильно меня не цепляла. – Сергей запнулся, посмотрел на меня и игриво добавил: – За исключением тебя. Но ты отказала мне в счастье…
– Да уж, – согласилась я, – что есть, то есть. Дуреха…
Официант принес мне черный чай с сахаром и лимоном. Я размешала сахар в чашке и сделала маленький глоточек горячего напитка.
– А что тебя больше всего привлекает в супруге? – продолжила я.
– Меня в ней привлекает все, – лаконично ответил приятель.
Я молчала, полагая, что он догадается, что я не удовлетворена таким ответом; и он понял.
– Конечно же, я обожаю ее за красоту. За ее глубокие как океан карие глаза! За роскошные густые кудрявые волосы! За аккуратненький маленький носик и пухленькие губки! Статуэтка моя! А какая у нее аппетитная попка! А ее грудь! А еще она мудра как сотня змей! Терпелива и умна! Сексуальна и… О, боги, за что мне такой подарок! – Сергей улыбнулся. – И все это мое, понимаешь!
– Ага! Конечно, все твое, – чуть слышно съехидничала я.
Зачем ехидство? Наверное, от бессилия. После всего случившегося, слова Сергея о его любимой раздражали меня как жужжание комара. Я злилась, будто маленькая девочка, которая скрыла от родителей дурной поступок своей сестры, всегда нахваливаемой мамой и папой. Любовь, хвалу надо заслужить, считала я. Иначе – несправедливо.
– Мне нравится в ней то, что она всегда сохраняет спокойствие, смеется над моими шутками, остается милой при любых обстоятельствах. В конце концов, мне с ней легко.
– Можешь привести пример? – прихлебывая чай, спросила я.
– Пример, пример… – Сергей с аппетитом прожевал кусочек мяса. – Допустим, когда я ей сказал, что не хочу, чтобы наша свадьба напоминала съемку фильма, она с легкостью со мной согласилась: «Ты прав! Ведь день свадьбы такой же, как и сегодняшний». Я удивился. Большинство девушек сходят с ума, когда готовятся к свадьбе.
Мне, вдруг, вспомнился бывший ухажер, с которым мы встречались пару лет назад и даже подумывали пожениться. Я считала так: если уж и выходить замуж, то я должна надеть свадебное платье, нас должна поздравить небольшая компания близких, обязательно – фото- и видеосъемка на память, и что-то должно быть сказочное в поведении жениха. Я в мыслях мнила себя в день свадьбы принцессой, и хотела, чтобы он мнил себя принцем, а не обычным парнем, жаждущим поскорее выпить и идти в пляс. Но ему не нужна сказка; он с пеной у рта доказывал, что день свадьбы – это всего лишь повод собраться и напиться с друзьями. Какое платье! Какое авто! Какая профессиональная фото- и видеосъемка! Для него было достаточно взять из дома видеокамеру и фотоаппарат… «Интересно, как бы я сейчас жила, – подумала я, – если бы сказала тому парню, что день свадьбы – обычный день?»
Я опомнилась. Сергей продолжал рассказывать:
– Моя заюшка умеет удивлять, позволяет думать, что я самый главный человек в ее жизни. Помню, как-то в выходной я решил отоспаться. Да, да, не смотри на меня так, я помню твои слова: «Впрок спать – глупо!» Но тот день – исключение. Все к тому вело – зашторено, в доме тишина, хотя, обычно, детишки с утра шумят. Я не хотел вставать еще и потому, что во дворе стояла грязная машина. Совсем не хотел ее мыть.
Проснулся я в три часа. Тихо, будто никого нет дома. Я выглянул в окно. А там, во дворе, машинка моя чистенькая стоит, блести-и-ит. Спустился вниз. Смотрю, женушка спит в кресле. Она, радость моя, встала рано утром, отвезла детей к бабушке с дедушкой, заехала на рынок, купила продукты, приехала домой, приготовила обед, убрала в доме, помыла машину… Хозяюшка! Ты не представляешь, как я обрадовался в тот день, словно пятилетний мальчишка.
Я мысленно усмехнулась и представила, как его великолепная жена, по пути домой от матери забежала к любовнику на часик, пока муж отсыпается от тяжелой рабочей недели, а потом, приехав домой, чувствуя вину, взяла ведро с водой и вымыла машину.
– Она – удивительная женщина! – сказала я, когда Сергей закончил рассказ.
– О, да! Она – удивительная!
Эти счастливые глаза! Ни у кого я не видела таких глаз, как у Сергея. Он взглядом говорил о счастье больше, чем сотней слов и фраз. Но я слушала друга и поверить не могла, что все это происходит на самом деле; недоумевала от того, что мужчина, сидящий передо мной, искренне верил в то, что он – счастливчик, а его семья – идеальная. «Надо же такому случиться?»
– Неужели за всю вашу жизнь не ссорились? – спросила я Сергея. – Нет семей, в которых нет разногласий.
– Я тебе не говорил, – немного помолчав, сказал Сергей, – но было дело. Мы лет пять тогда прожили с ней вместе. Ссорились каждый день. Грешным делом я думал о разводе. Но, слава богам, все наладилось и стало на свои места.
«Ну, хотя бы так», – с облегчением подумала я, когда Сергей говорил о черном пятне в прошлом их семейной жизни. Вот только что это меняет?
– А как дела в интимной сфере? – задала я очередной вопрос Сергею и повела бровками.
Я понимала, что эта сторона жизни может и вовсе остаться тайной. Не каждый хочет о ней говорить. И оказалась права: приятель не удовлетворил любопытство.
– Ну, дорогая, это уж чересчур, – в шутливой форме возмутился Сергей. – Придумай что-нибудь сама. Могу сказать только то, что я удовлетворен на все сто процентов, и она, что немаловажно, – тоже. У нас вкусы совпадают, так что от того, что я определяю нашу сексуальную жизнь, выигрывают оба.
Сергей глянул на часы. Обеденное время подходило к концу. Я поняла намек и с благодарной улыбкой выключила аудиозапись.
– Очень интересная беседа! Спасибо! – сказала я.
– Пожалуйста!
– Но это – не конец, ты понимаешь?