– Спасибо. Сколько я должна? – Нина потянулась к сумке.
– Сейчас ничего не возьму. Но как только твоя судьба измениться, принесешь мне подарок, какой я заслужу. – Тебе тоже судьбу узнать? – Гадалка перевела взгляд на Татьяну.
– Да.
– Тебе карты ничего не скажут, по рукам смотреть буду. Чего сидишь, подходи ко мне, если не боишься? – Ева неспешно достала табурет из-под стола и похлопала ладонью по сиденью.
Татьяна, переложив сумку на диван пошла, как-то непривычно робко и нерешительно.
«Боится что ли?» – подумала Нина.
– Да, и за тобой страх ходит, правильно твоя подруга подумала! – Гадалка с усмешкой взглянула на Татьяну, в ее черных глазах плясали, да что там плясали, устроили настоящую вакханалию куча чертей и прочей нечисти. – Клади руки на стол.
И опять в комнате стало происходить что-то непонятное. как будто тень мелькнула из угла в угол, создавая ощущение присутствия кого-то в помещении. Кольцо Евы стало переливаться от аквамаринового до антрацитового. Что-то заскрипело в сенях, и чуть заметно качнулись занавески на окнах. Нина, не отрывая взгляда, смотрела на Еву, в который раз покорив себя за допущенную ею слабость поддаться соблазну узнать будущее. Сейчас её даже не удивили слова гадалки, прочитавшей её мысли.
– Левая рука – то, что человеку предначертано, правая – то, как ты свою жизнь проживаешь. Видишь, они совсем у тебя разные. Предначертан тебе второй брак, но ты за этот держишься, хоть там тебя и не любят, а лишь используют. А вот линия удачи, да такая четкая, как у тебя – это редкость. Линия жизни прервана несколько раз – будут большие трудности, но все придет к тебе через твою работу и твое усердие. Не бросай начатое, даже, если совсем тяжело будет. Скоро получишь шанс все в жизни изменить, не бойся, два ангела-хранителя у тебя на руке, они и помогут. Я все тебе рассказала, что вижу, а как быть решай сама. Расплатишься так же, как и подруга твоя, сейчас ничего с тебя не возьму. Хотя, за тебя уже всё решили..
Медленно встав, Нина посмотрела, на подругу, которая промолчала рекордные для нее тридцать минут. Татьяна поднялась вслед за ней и, как будто стряхнув оцепенение, пошла в сени. Молча одевшись, подруги вышли на улицу, где моросил мелкий дождь. Встав около ворот, подруги никак не могли начать разговор. У каждой из них внутри происходили какие-то непонятные движения, шли внутренние диалоги. Казалось так они простояли целую вечность, пока Нина первой не потянула подругу к машине.
Глава 4
Оказавшись в холодной машине, они впервые посмотрели друг на друга.
– Тань, слушай, у меня ощущение, что я не к гадалке сходила, а вагоны разгружала, причем весь день. – Нина зябко поежилась.
Не отвечая подруге, Таня перегнулась через сиденье, и в руках у нее оказался термос и два пластиковых стаканчика.
– Давай горячего глотнем. Я чего-то тоже никак отойти не могу. – Татьяна наливала чай, стараясь унять внутреннюю дрожь.
«Какие две жизни? Какая из меня балерина или дрессировщица? Дернул меня черт за язык, захотелось, видите ли судьбу узнать. Дура! Услышала сто загадок, да все без отгадок. Чего я не знала? Что не на своём месте сижу, что не свою жизнь проживаю, что любить себе не разрешаю, потому что боюсь, что опять все повториться! Все ты милая моя знала, просто вот так в лоб слышать этого не хотела, и нечего на правду злиться». – Горячий чай понемногу начал приводить Нину в чувства.
– Тань, подкинь меня до дома, честно слово, сил нет, на автобус идти.
– Могла бы и не говорить, само собой подвезу. – Машина заурчала и медленно тронулась с места, краем глаза Татьяна увидела, что цыганка, все это время наблюдавшая за ними из-за шторки, отошла от окна.
Всю дорогу в машине висело молчание, каждая думала о своем. Не хотелось залезать в душу друг к другу, да и пускать в свою, тоже. Уже подъезжая к дому, Нина вдруг подумала, что ей ужасно жаль Татьяну, которая услышала такие очевидные для других, и незаметные ей самой вещи о том, что муж ее не любит, а только пользуется всем готовым.
– Спасибо, Танюш, что подвезла. Зайдешь?
– Нет, что-то голова разболелась, домой поеду. Завтра созвонимся, хорошо? – Толи Нине показалось, толи правда, но Татьяна старалась не смотреть на подругу.
– Конечно!
Перешагивая через лужи, в которых Нина ловила свое искаженное отражение, она добралась до подъезда. Пошарив в сумочке, и на ощупь, найдя брелок в виде собачки, достала ключи. На автомате посмотрела в почтовый ящик, с удивление обнаружила письмо, но никаких сил рассматривать, или читать его не было. «Скорее всего, очередная реклама» – подумала Нина. Открыв дверь квартиры, и по привычке посмотрев низ, как бы не выбежал кот, прошла в темную прихожую, привычным движением нащупав выключатель, и зажгла свет. Семен Семеныч сонно зажмурился от яркого света, весь его вид говорил, о недовольстве и недоумении, а на морде читался вопрос о том, «кто же это так бесцеремонно прервал его сон?».
– Ничего, Семен, ночью отоспишься! – Поглядывая на кота, Нина снимала промокшие, да так и не высохшие ботинки. – Поговорить мне не с кем, так что Семен, придется тебе меня выслушать!
Включив в комнате торшер, и открыв шкаф, Нина начала снимать с себя надоевшую за день одежду. Поймав в зеркале отражение, и мимолетно отметив, что к великому удивлению ей нравиться своя внешность, отчего-то вдруг захотелось себя рассмотреть. Вот так, как поется в песне у Бутусова «без одежды и стыда».
«Странно, я так устала, а мне хочется собой любоваться, как будто со стороны себя вижу. как будто в первый раз заметила хрупкость плеч, белую, нет, молочную кожу с редкими веснушками, тонкие щиколотки и запястья. А волосы? Неужели у них всегда был этот медово-рыжий оттенок? Хитрый прищур коньячных глаз.. Да я всегда считала, что у меня они самые обычные, карие. Наваждение какое-то, не иначе. Мама всегда сетовала на то, что я не красавица, но я с этим смирилась, и даже приняла.. Глупости. Вот же я. Я настоящая…»
– Мяу! – Требовательно прервал Семен акт самолюбования и самореабилитации, как будто желая сказать, что неплохо бы вернуться на землю, и заняться ее прямыми обязанностями по обслуживанию драгоценного кота.
– Да, мой хороший, сейчас я тобой займусь, только в душ сбегаю! – Нина, прихватив махровый халатик, отправилась в ванную.
Встав под горячие струи воды, и ощутив, как приятное тепло начинает путешествовать по ее телу, а мыло с апельсиновым маслом приятно скользит по коже, она наконец-то почувствовала расслабление. Согревшись, и смыв всю усталость дня, Нина прошла на кухню, где ее уже поджидал, сидя на табуретке Семен. Включив чайник, она достала из холодильника приготовленную, сваренную еще с утра курицу для кота, и тут же поняла, что кроме помидорки и чахлого пучка укропа, на полках ничего нет.
– С этими предсказаниями, я совсем забыла зайти в магазин! Так что придется, друг мой любезный, Семен, делиться тебе со мной своим ужином! – Кот недовольно посмотрел на свою безалаберную хозяйку, но ничего не ответил, а лишь, совершенно по-человечески вздохнув, пересел к кормушке.
Поужинав, Нина заварила себе чай с чабрецом, добавив ложку меда, и прихватив кота, отправилась в комнату. По пути она заметила, брошенное на трюмо письмо, отпустив сытого, амёбно висящего кота, и взяла конверт.
– Ну что, Семен, почитаем, какой банк нам предлагает оформить супервыгодный кредит на классных условиях? – не дождавшись ответа от кота, Нина стала открывать конверт.
Татьяна зашла в квартиру. Муж, как всегда сидевший в комнате за компьютером, даже не попытался ее встретить, да, похоже, и вообще сделал вид, что не слышит ничего. Снимала сапожки, а в голове все крутились предсказания Евы. Если уж быть, совсем честной, то и не только предсказания, но и очевидные факты того, что мужу она не нужна, и не любит он ее. Повесив куртку на плечики она постаралась, незамеченной пройти в спальню. Сегодня ей совсем не хотелось разговаривать ни с мужем, ни со свекровью, которой по счастью не оказалась дома. «Села на метлу, и унеслась на шабаш, наверное» – зло подумала она. Оказавшись в комнате, скидывая с себя одежду, она поймала себя на мысли, что старается поймать свое отражение в зеркале. Не то, чтобы она не смотрела на себя в зеркала, нет, смотрела. И макияж наложить, и укладку сделать, и просто мимоходом глянуть. Но все это как-то торопливо, для галочки, без удовольствия. А сейчас её так и манило подойти к зеркалу и увидеть, рассмотреть себя такую, какая она есть, со всеми недостатками и достоинствами. Особенно захотелось увидеть достоинства. Присмотреться к ним. Прислушавшись, не собирается ли разлюбезный муженек прийти в комнату, и, убедившись, что он занят увлекательным виртуальным миром, Татьяна повернулась к зеркалу. «Хорошо чертовка! Да, может, на чей-то вкус и полновата, но ведь на вкус и цвет.. Другие грудь себе пришивают, а у меня своя четвертого размера, бедра как у Дженифер Лопез, а талия тоооненькая! Волосы блестят, и не потому что „Лондой“ крашу, а свои – густые, черны, и переливаются, как крыло у ворона. Глаза, и вовсе на два зеленых камушка похожи, тех, что на побережье водой омывает, тот же блеск и влажность, и чертики, и огоньки. Господи, как же я себя давно не видела, какая я оказывается.. Не знаю какая. А что я вообще о себе знаю?» С непонятной для себя злостью Татьяна, захлопывая дверку шкафа, в очередной раз удивилась вконец обнаглевшему мужу, и даже успела поселить в себе росточек волнения, все ли у него в порядке.
– Ты решил меня полностью игнорировать? – Решительно открывая дверь комнаты, проговорила Татьяна.
– Нет, котик, ну что ты? Как я мог?! Просто немножко задумался.. – Маленькие глазки Анатолия быстро забегали по комнате, а голос звучал то ли грустно, то ли растерянно.
– Задумался?! На тебя это вообще-то не похоже! О чем тебе думать? О том, как из комнаты до кухни дойти? Или какую рубашку надеть для прогулки в парке? – Татьяна стала переставлять предметы на столе, с места на место, хотя это и не имело никакого смысла.
– Ну что ты сердишься, котик? Танюшик, я думал о том, где взять денег. – Глаза Толи сфокусировались на Татьяне.
– А что, шкатулка пуста?! Я же вчера туда пятьдесят тысяч положила! – Севшим голосом пролепетала Татьяна, мысленно соображая, на какую очередную хрень, ее разлюбезный муженек и его мамаша потратились в этот раз.
– Нет, что ты солнышко, деньги я не трогал! Я не правильно выразился..
– Да мать твою, выражайся яснее, что случилось? – Признание мужа, о неприкосновенности к деньгам подействовали на Татьяну, примерно так же, если бы сейчас, на ее глазах из шкафа вылезла Баба-Яга, и предложила ей купить пять соток заболоченного леса.
– Ты только не расстраивайся, пусенька! Я тут решил тебе помочь, и сделать свой вклад в семейный бюджет. Зашел на проверенный, очень солидный сайт, где гарантировали мгновенный заработок, ну я и решил, что возможно.. В общем, там надо было дать согласие, что я принимаю их условия, я подписал. Все нормально сначала было, даже полторы тысячи заработал, честно… А потом, оказалось, что я им должен полтора миллиона. Зая, ты не переживая, я заработаю, вот увидишь…
Татьяне показалось, что если бы прямо сейчас ей на голову опустили топор, то она ничего и не заметила, а спокойно встала, и, пошла бы заниматься своими домашними делами.
– Полтора миллиона?! – Чашка выпала из рук Татьяны и разбилась на мелкие осколки.
– Да, пусенька, но ты.. – Толя не успел договорить.
– А каким образом ты принял условия их контракта, ты сказал, что подписал его? – Севшим голосом проговорила Таня.
– Электронная подпись.. – замямлил Толя.
– Ты взял МОЮ электронную подпись?! – Ожидания Татьяны подтвердились, ей показалось, что она физически почувствовала, как все полтора миллиона, разменянные по рублю, и нафасованные в мешки, стали падать ей на голову один за другим.
– То есть, получается, что это я должна полтора ляма? – В ужасе проговорила Татьяна, скорее самой себе, чем мужу.
– Ну что ты, мы же семья, как ты так можешь говорить! Мы вместе все выплатим, я же не брошу тебя, обязательно что-нибудь придумаю!
– Спасибо, придумал уже! Видимо за те пять лет, что ты не работаешь, ты отвык не только работать, но и думать! – Сверкнув глазами, Татьяна выбежала из комнаты, не забыв, как следует садануть дверью.