Змей Искуситель. Искушение

Глава26. Потребности и инстинкты

Время, к удивлению самой Натали, пролетело незаметно.

Лорен исполнила свое обещание и каждый день водила Натали то по магазинам, то по салонам. Совсем как на работу. Это продолжалось до тех пор, пока ее кожа не засияла, волосы на заблестели, а сама она не перевоплотилась в Принцессу Лагранж, как ласково называла ее бабушка.

Летний сезон ознаменовался частыми приемами и праздниками. Нью-Йоркское общество устало от межсезонья. Рабочий темп замедлялся. С приходом солнечного тепла настала и пора веселья, свадеб и торжеств. Многие из их круга плавно перемещались в Хэмптонс и Коннектикут на лето. Те же, кто мог отложить важные дела до осени, бросали город и отправлялись в сторону курортов и островов.

Натали, желая угодить бабушке, сопровождала ее, отвечая на знаковые приглашения вроде Дня Независимости. В этом году ни Лагранжи, ни Конте не устраивали приемов. Одни были захвачены будущим появлением наследника у Лорен и Джейкоба, другие событием века – свадьбой Алекса и Мишель.

Натали принадлежала двум семьям сразу, и поэтому все подготовительные мероприятия не прошли мимо нее. Порой, она сама не понимала, как оказывалась в числе дегустаторов свадебного торта или тех, кто выбирал цвет салфеток на столах.

В этом хаосе Натали была нарасхват. Она и рада. Загруженные дни позволяли восстановиться после многих лет сложной работы в ФБР, постепенно превращая ее в нормального и не психованного человека.

Ну, относительно.

На выходных она иногда выбиралась в Кинг-Роуз, родной городок Мишель, где сидела на веранде с Анной Роулэнд и попивала цветочный чай. Иногда к ним присоединялись Мишель и Никки, ее сестра. Обе беременны на одном сроке, чем немало веселили Натали. Ей доставляло особое удовольствие подкалывать сестер.

В Кинг-Роуз, в озерном крае в пяти часах езды от Нью-Йорка, они ловили особое умиротворение и спокойствие после шумной недели в режиме подготовки к свадьбе века.

Натали нашла в Анне призрачную замену мамы, а в Мишель и Никки – сестер, о которых мечтала все одинокое детство, окруженное мальчишками и мужчинами.

С отцом отношения тоже налаживались. Джеймс смягчился, видя преображение дочери. Он больше не заводил опасные и тонкие разговоры о Джоне Ноулзе. Может, надеялся, что он больше не интересует Натали?

Как бы ни так!

Их отношения на расстоянии раззадоривали Натали не меньше, чем если бы Джон находился рядом. Они переписывались целыми днями, иногда созванивались и флиртовали.

Но никогда не говорили о том, что между ними происходит.

Оба ожидали реальной встречи.

И оба заваливали свои странички в соцсетях фотографиями.

В какой-то момент Натали начала фотографироваться в примерочных, спортзале, на пробежке, прогулках, кафе, с друзьями, семьей. На мероприятиях и дома. В общем, где только можно, зарабатывая себя тысячи подписчиков. Делала это, потому что каждый раз Джон комментировал ее фотографии, одаривал комплиментами и даже публиковал у себя.

Однажды сфотографировался у пальм в шортах с обнаженным торсом и отметил ее на фото: «Как ты и просила, Натали, делаю фото возле пальм у океана. Один. Без тебя». Он не постеснялся заявить миру, что у него большие планы на Натали.

Она каждый раз, когда он открыто проявлял свои чувства, смущалась, как девочка-подросток.

Разлука становилась все тягостнее и невыносимее.

Как-то в разговоре с Анной, та отметила Джона как выдающегося и выжидающего стратега. Теперь Натали понимала, что она имела в виду.

Действительно, он не шел напролом, не назначал свидания, а тихо подогревал их интерес друг к другу разлукой и взаимными переписками и фотографиями. К моменту, когда Джон появился в городе, Натали извелась до изнеможения. Тем более, как ей казалась, она теперь полностью соответствовала ему. Больше не была какой-то зажатой замарашкой с пучком на голове.

Ей хотелось, чтобы он поскорее увидел ее в новом облике.

За несколько дней до свадьбы Алекса и Мишель он позвонил.

— Джон? — вместо приветствия выдохнула в трубку Натали. Грудь сдавило от нахлынувших чувств. Господи, как же ей хотелось снова увидеть его.

— До чего же мне нравится, как ты произносишь мое имя. Здравствуй, Натали, — его бархатный голос заставил пробежать по коже на ее спине целый табун мурашек.

— Когда ты приедешь? — задала вопрос и тут же хлопнула себя по лбу за нетерпеливость.

Хитрый змей рассмеялся в ответ.

— Я рад, что ты так же, как и я, ждешь встречи. Может, встретимся сегодня в семь и вкусно поужинаем?

Натали внезапно захотелось отомстить ему за насмешку и сказать, что занята. Но одернула себя. Ведь она очень скучала. А он точно уже в Нью-Йорке и зовет ее на свидание. Вернее, на ужин. Или свидание? Черт, черт!

— Если это непринужденная обстановка без официальных нарядов, то я за, — помедлив, ответила она. Голос не слушался.

— Я заеду за тобой. До встречи.

И положил трубку. Так сухо. Так… просто?

Что значит заедет?

Во сколько? Ужин в семь или заедет в семь?

Натали бросила взгляд на время — уже три. А нужно столько успеть, но не переборщить, чтобы она не чувствовала себя не в своей тарелке, потому что и так нервы на пределе. Без помощи не справится. После душа и сушки волос сразу набрала по видеосвязи Лорен.

— Что мне делать, Лори? Джон заедет в семь, — Натали уже находилась на грани истерики.

Так. Стоп. Это же Джон. Ты его уже видела, тебе с ним хорошо. И была в более худшем виде, чем сейчас.

— У-а-у! Дорогая моя! Скажи, у вас будет сегодня продолжение у него или у тебя дома? — Лорен обрадовалась за подругу. Видела, как та страдает и вздыхает в ожидании встречи с Джоном все эти два месяца.

— Что? — Натали вначале не поняла. Потом поняла и жутко покраснела. — Нет, конечно, нет. Мы просто поужинаем, пообщаемся.

— Но я все равно рекомендую надеть один из тех шикарных кружевных комплектов. Во-первых, ты будешь себя чувствовать настоящей королевой, во-вторых, ты подготовишься на всякий случай.

Лорен подмигнула ей в камеру.

Натали поставила телефон в гардеробной в туфлю на полке и с сомнением отнеслась к словам подруги. Но почему бы себе не позволить надеть кружева? Джон не увидит ее белье. Так что нечего стесняться. Надо жить для себя.

— Так, сейчас, — Натали отключила камеру и нашла роскошный черный комплект с полупрозрачным кружевом. Вместе с бельем и правда пришло раскрепощение. Она оценила себя в зеркале и тут же закрыла это непотребство легким шелковым халатиком. О чем она думала? — Так, а что с волосами? Может их зацепить наверх?

— Не вздумай! — Лорен едва не сорвалась на крик, когда Натали снова включила камеру. — Оставь их распущенными и немного закрути.

Натали нахмурилась. Не всем мужчинам нравились распущенные волосы, но попробовать стоило.

Спор завязался в выборе наряда. Натали настаивала на скромном образе с летними брюками, Лорен требовала надеть платье.

— «Дольче» в цветочек. Которое выше колен и развевается. Мы покупали его две недели назад.

— Ты спятила? На первое свидание это? Джон никогда не видел меня в платье. А ты просишь меня надеть это. Там грудь вываливается!

И шрам на ключице заметен.

— Во-первых, ты сама рассказывала, что он тебя видел в платье.

— О, да! — воскликнула Натали и вспомнила, как Джон пялился на нее в тот вечер на балу у губернатора! И воспринял ее… как…

Дыши, Натали, дыши!

— Во-вторых, он поймет серьезность твоих намерений. Послушай, неужели ты не хочешь показать ему, что ты изменила себя и свою жизнь? Что тебе плевать на мнение окружающих, и ты хочешь быть с ним? И не просто хочешь, а жаждешь?

В глазах у Натали слегка потемнело, а где-то внизу живота появилось томление. Необычные ощущения. Что это?

— Не слишком ли? — возмутилась она.

— Слишком будет, если ты дальше будешь вокруг да около бегать. Переспи ты уже с ним!

Натали покраснела еще сильнее, но рассмеялась от прямолинейного юмора Лорен Лагранж, утонченной светской львицы. Она же, со слов журналистов и папарацци, образец для подражания во всем, что касалось семейных ценностей и поведения в обществе. Традиционная и чопорная. Как же. Монашка прям, ага.

— Хорошо. Уговорила. Но макияж я сделаю легкий. Без красной помады и всего того, что ты любишь, — сдалась Натали.

— Умница. Не забудь добавить украшений. Я буду ждать новостей. Позвони, как сможешь.

Натали попрощалась и, сняв с себя халат, снова посмотрелась в зеркало. Она по-прежнему убивала себя в спортзале, хотя уже не работала в ФБР. Серьезной необходимости в тренировках больше не было.

Благодаря спорту, на животе просматривался рельеф, грудь подтянута и ложбинка выглядела еще соблазнительней. Стройные ноги и сочной идеальной формы ягодицы. Чего она боялась?

Ну да, лицо не такое шикарное как у Мишель. Серые глаза Натали порой пугали людей. Некоторые преступники просили на допросах не смотреть на них пристально и в упор, потому что терялись и начинали сильно волноваться.

Губы у Натали не тонкие, но и не занимали пол-лица, как требовали того современные стандарты. Скулы на лице обострились — побочный эффект уменьшения процента жира в организме из-за тренировок. Нос прямой и тонкий. Темный овал бровей и стандартный правильный лоб. Чуть выпуклый, но в целом гармоничный.

Да, она симпатичная, но не похожа на ту, к которой можно примчаться на свидание через три тысячи километров.

Натали приказала себе прекратить недооценивать себя и принялась за прическу.

Она уже была готова в шесть. Отправила отчетное фото в зеркале Лорен. В ответ получила еще пару рекомендаций и добрые пожелания провести этот вечер незабываемо

Натали очень редко носила юбки и платья, а чтобы вот настолько выше колен — впервые, наверное, с подросткового возраста. Она наклонила голову вбок, снова смотря на себя.

Когда-то эта девушка с жадностью относилась к жизни. Ей всегда было мало внимания, знаний, стремлений, друзей. Потом эту девчонку сломали. Раздавили и выбросили, как мусор. И вот сейчас, потихоньку, ей стало казаться, что она оживает. Оживает? Или создает видимость?

Но это чувство в животе… Откуда оно?

У той серой и невидимой Натали никогда не возникало чувств, кроме сожаления, печали, тревоги. Чаще — равнодушия к себе. Что если Джон — лишь плод ее воображения, и в жизни он не тот, кем кажется?

Натали смело ответила себе, что даже если он крестный отец мафии, она переживет. Наверное. А ведь и правда готова была послать к черту все свои моральные принципы. Единственное, не могла понять — виной всему одиночество или сам Джон?

Звонок в дверь пробудил ее от раздумий. Ноги в босоножках на высоких каблуках подкашивались, трясущиеся руки едва открыли замок. Внутри все рухнуло, а к горлу подкатил комок.

Джон.

Красивый до невозможности своей дикой и хищной природой. В тысячу раз лучше, чем на фото. В миллион раз сексуальнее, чем в их прошлую встречу. Как обычно, в черном блейзере, футболке с вырезом и брюках, облегающих его сильные длинные ноги. Приобрел калифорнийский золотистый загар. И улыбался так, словно выиграл миллиард на днях. Вокруг темных, почти черных глаз появились «смешинки». И этот запах. Исключительно его, Джона, аромат добил Натали. Она не смогла сдвинуться с места и впустить его. Держалась за дверь, чтобы не упасть.

— Я оставлял раненную пташку, а встречаю настоящую ведьму, убившую, наверняка, не одну девственницу, — Джон начал с глупой шутки, чтобы немного привести ее в чувство. И это помогло. Юмор и сарказм — это их общее поле, где они часто сражались на равных.

— Девственницы, это твоя прерогатива, — заявила она, смеясь. — Я пью кровь только у глупых мужчин.

— Надеюсь, меня оставишь в живых? — взгляд Джона как будто выражал растерянность. Он не мог определиться, куда смотреть и скользил то по ее вырезу в форме сердечка, то по стройным ногам, открытым взору благодаря короткому платью.

— Хотя, можешь не оставлять, — мрачно согласился он. — Потрясающе выглядишь, Натали. Кто бы знал, что у агента ФБР могут быть такие умопомрачительные ножки.

— Может, зайдешь? — предложила Натали, шире открыв дверь.

Джон прислонился к проему. Он отрицательно покачал головой. Он, не стесняясь, снова и снова оценивал ее ее с головы до пят. Особенно задержался на ее губах, и она вдруг представила, как он целует ее, зарываясь рукой в ее волосы…

Натали забыла как дышать, встретившись с ним взглядом. Как там много всего!

Как же мечтала броситься к нему в объятия. Но внутренний страх разрывал ее изнутри. Нет, она еще не настолько доверяла ему.

Он может причинить боль.

— Есть хочу. Поехали, если готова, — его чувственные губы расползлись в легкой усмешке. Понимал, что с ней творится. Опасный, ведь умел читать мысли.

— Из всех потребностей, у тебя всегда стоит на первом месте еда, — Натали закатила глаза. Кое-что не меняется.

— Хочешь сказать, у тебя не так? И что же у тебя на первом месте? — Джон терпеливо ждал, пока она заберет сумочку и закроет дверь квартиры.

— Выжить, — пробормотала Натали.

— Со временем докажу тебе, что у тебя превалируют другие потребности. Ты почему-то чересчур глубоко их прячешь, — пообещал Джон, находясь слишком близко. Высокие каблуки позволяли стоять с ним почти на одном уровне. Его дыхание коснулось ее щеки. У нее пересохло во рту. Опасный хищник, с которым ей ни за что не справиться. Он осторожно взял ее ладонь в свою и повел за собой.

Глава27. Статус доверия

Джон не мог нормально управлять машиной. Он то и дело смотрел на эту великолепную женщину, сидящую рядом. Платье слишком короткое. Едва прикрывало бедра, а вид стройных длинных ног будоражил фантазию. Больше всего он упивался тем, что Натали действительно ждала его. Готовилась, как сумасшедшая. Изменилась внешне. Совсем немного. Но перестала закручивать шелковые волосы в тугой узел и засияла, встретившись с Джоном. Не прятала свои прозрачные глаза и не бубнила себе под нос. Улыбалась и смеялась открыто.

В машине они устроили шуточную перепалку. В этот раз без сексуальных подтекстов, чтобы случайно не пересечь черту. Ее смех звучал как чистые колокольчики. Иногда, пытаясь унять хохот, она хватала его за руку и упиралась лбом в плечо. А потом и вовсе положила голову на него, и так и сидела в такой позе до остановки.

— Это, конечно, мало похоже на отпуск, который я тебе обещал, но думаю, что этот ресторан тебе понравится, — Джон припарковался у самой набережной, но до ресторана еще нужно было идти метров двести пешком. Он помог Натали выбраться из своего «Бугатти» на глазах у заинтересованных прохожих.

Необычная пара из них получилась.

Да, конечно, он понимал, что они из разных миров и разных семей. Ее присутствие в его жизни могло перечеркнуть все, что у него было.

Но он нуждался в ней.

Отчаянно.

— Не переживай. Отпуск тоже будет. Немного позже.

— Господи, Джон, — Натали смотрела ему прямо в глаза. — Это же была шутка.

— Неважно. Я обещал, — парировал Джон, ведя ее рядом с собой.

Соленый ветер из залива играл с волосами Натали, ласкал ее кожу, вызывая в ней легкий отклик. Он жаждал быть этим ветром для нее. У него кровь закипала в жилах от осознания, что именно эта женщина готова дать ему шанс. Принять его со всеми его недостатками и проблемами.

— Я скучал, Натали.

Она легко улыбнулась, опустила взгляд, прикусила губу. На скулах заиграл легкий румянец.

— И я скучала, Джон, — снова подняла на него свои бездонные бесконечные глаза.

Реагировала на него так, будто это первое в ее жизни свидание.

А может, так и было на самом деле?

Странно.

Но именно эта необычность в ней притягивала, как магнит. Появилось безумное желание оставить этот миг в памяти навсегда. Попросил паренька на пирсе сфотографировать их.

Натали с удивлением посмотрела на Джона, он улыбнулся ей в ответ, приобняв за талию. Позади них простирался океан.

— Я буду фотографировать тебя весь день. Вдруг я решу, что это обман зрения или сон? Так у меня останется подтверждение, — прошептал он ей на ушко. Она вцепилась в него ещё крепче.

— Неужели я так сильно изменилась в платье? — Натали решила, что его интерес был вызван лишь ее внешностью и оболочкой. А это почему-то ранило.

— Платье идеально подходит тебе. Тебе нужно сменить весь гардероб. Мир заслуживает созерцать твою красоту.

И никакой собственнической жилки. Натали понимала, что она для него не больше, чем интересная и необычная девушка для недолгих отношений.

Он любил другую женщину, хоть и отрицал это. Ту, кто выйдет замуж за ее кузена. Тоска разъедала где-то глубоко в груди, пока Джон забирал свой телефон и благодарил парня. Вернувшись к ней, он взял ее за руку и добавил к теме разговора:

— Помимо платья, ты не при исполнении. А это уже здорово повышает твой статус.

— Ты раздаешь девушкам статусы? Не удивлена теперь, что ты не женат, — прыснула Натали.

— Вообще-то был. Один раз.

— Что?!

— И у меня есть дочь.

Натали долго смотрела в его глаза, пытаясь понять, шутит он или говорит серьезно. Но ведь о таком не шутят?

— Ты это серьезно?

— Вот для этого и нужен статус, насколько я могу тебе доверять, — Джон подмигнул ей. — Ты не найдешь ни слова о моем браке и дочери. Даже в базе данных ФБР. Жена умерла четыре года назад, будучи на седьмом месяце беременности. Дочь удалось спасти.

— Она живет в Лос-Анджелесе? — сразу предположила Натали.

— Верно, агент Лагранж. Так что ты хотела узнать? Почему мое отношение к тебе потеплело? Кстати, мне безумно тебя хочется поцеловать, но знаю, что ты не позволишь, а потому остаётся только смотреть на тебя и гадать, когда ведьма разморозит своё сердце.

Натали опешила от его слов. Он улыбался ей. Говорил быстро с легкой дрожью в голосе. Взволнован? Неужели боится, что она уйдёт?

— Теперь я поняла, откуда ты знаешь сюжеты мультфильмов о принцессах, — удивительно, как он совмещал в себе столько ипостасей. Даже был отцом маленькой девочки. Натали обняла его за шею. Целовать не собиралась. Но прижиматься к нему, когда он вот так крепко держит за талию — лучшее ощущение в ее жизни.

— Я с момента встречи с тобой, когда ты меня пожирала взглядом в бассейне… и не смей отрицать, я все помню. С этого момента я попал под твои колдовские чары. На меня никто никогда так не смотрел, Натали.

— Но почему уехал? Почему ждал так долго?

— Потому что давал нам обоим время осмыслить происходящее. Ты после ранения и отставки. Я после событий с Мишель. Немного не вовремя.

— Джон, — Натали отодвинулась от него и отняла руки. — Со мной очень сложно будет построить какие-либо отношения. Я не говорю о том, что вообще невозможно или проблема в тебе. Но я тебя предупредила.

— Думаешь, я это не понял? — он обхватил ладонями ее лицо. — Когда-нибудь ты мне расскажешь, что с тобой произошло и кто к этому причастен. Если захочешь. Но поверь, со мной тебе будет исключительно приятно, хотя, возможно, опасно.

Натали даже не сомневалась в этом и позволила себе раствориться в его крепких сильных объятиях, прижав голову к его плечу.

Он же держал ее так, словно боялся, что она исчезнет.

Глава28. Интуиция

Джон выбрал ресторан в современном стиле из стекла и металла с видом на залив и вечерний Лонг-Айленд. Модное место, о котором писали во многих светских изданиях и рекомендовали, как обязательный к посещению.

Им накрыли уютный столик на уединенной террасе, закрыв ее стеклянными дверями от всех посетителей.

В искусственном свете огней по периметру террасы, Джон казался еще загадочней, чем обычно. Он внимательно изучал меню, пока не обнаружил взгляд Натали на себе.

— Надеюсь, тебе не холодно? Я не рассчитывал, что на тебе почти не будет одежды, когда заказывал столик.

— Говорят, сюда сложно попасть, — проигнорировала его слегка пошлые намеки Натали.

— Ты же знаешь, что для таких как мы, двери всегда открыты, — проворчал он, и снова уткнулся в меню. Похоже, кухней он не был удовлетворен. Либо его беспокоило что-то еще.

— Ты пойдешь на свадьбу Мишель и Алекса? — Натали решила сразу взять в оборот сложную для разговора тему.

— А надо? — Он в удивлении приподнял свои густые, но ровно очерченные брови. В волосах пшеничного цвета играл ветер. Они выгорели на калифорнийском солнце. Натали помнила, что на самом деле они темнее.

— Я думала, ты захочешь лично поздравить Мишель, — она снова дергала тигра за усы, но остановиться было выше ее сил.

— Я отправлю им свадебный подарок, — он закрыл меню и положил его на край столика с белой скатертью.

Официант принес им шампанское. И пока тот открывал его, Джон молча разглядывал Натали без улыбки или намека на радость от приятной темы для разговора.

— Я думаю, тебе все же нужно пойти. Ведь у тебя есть приглашение. Отказ будет означать, что ты по-прежнему ждешь расположения Мишель, — заключила Натали, неожиданно вызвав у его смех.

— А что если мы в этот день устроим уединенный вечер? И пускай там женится, кто пожелает? Поедем куда-нибудь?

— Настоящий змей-искуситель, — Натали тяжело вздохнула. — Я не могу. Я главная подружка невесты. Я уже просила заменить меня. Но нет. Выбрали меня. Надеюсь, все пройдет гладко, и я никого не убью, или не спрячусь за священника.

— Разве эти обычаи еще в обиходе?

— Представь! И я говорю им — венчайтесь, потанцуйте на приеме и хватит. Теперь мне и другу жениха за них отдуваться.

— И кто друг? — живее заинтересовался Джон.

— Майкл, — Натали ожидала взрыва и хоть какой-то реакции. Но Джон по-прежнему был спокоен. Удивительно. Она так отвыкла, чтобы мужчины сохраняли спокойствие и благоразумие.

— Я приму приглашение, — Джон поднял бокал с шампанским и сделал несколько глотков, не сводя с нее глаз.

— Джон, если ты не хочешь…

— Черта с два ты туда пойдешь одна, — процедил Джон, прищурившись.

— Послушай, не нужно меня жалеть. Я как-нибудь справлюсь. Повою тихо у себя вечером, но приду в порядок, обещаю, — Натали нервно схватила бокал и чуть не разлила содержимое.

Выпила. Глаза защипало. Она ведь и правда меньше всего хотела быть одной. В то время, как почти все гости будут с парой.

— Причем тут жалость? — Джон крайне удивился ее словам. Но налил еще шампанского. Она упорно не хотела на него смотреть. — Не хочу сидеть дома, пока какой-нибудь жалкий сынок среднего банкиришки не положит на тебя глаз и не уведет от меня.

— Что? — он разузнал о ее жизни и с кем она когда-либо встречалась? Откуда? Следил за ней эти два месяца?

Ну да, с ней знакомились, но она же никому не давала ни единого шанса. У Джона странная реакция. Натали даже представила, как шикарный и горячий Джон лежал на кровати у нее дома и смотрел телевизор, пока она флиртовала на свадьбе с тощими наследниками или лысеющими миллионерами. Не удержалась от смеха.

— Но ведь именно такие и придут на свадьбу к Конте. Да и к тому же твой отец не перестает сводить тебя с подобными экземплярами.

— Отец не со зла. Уже отчаялся.

— А как он ко мне относится? Задавал вопросы после моего телефонного разговора с ним?

— Он от тебя не в восторге, — Натали ослепительно улыбнулась. — Но моя бабушка Катарина с нетерпением ждет знакомства с тобой. Ей плевать, пусть ты хоть сам Сатана, лишь бы я была счастлива.

Сказав это, Натали прикусила язык и мысленно отругала себя.

Ситуацию спас официант, который принес заказанные Джоном блюда.

— Расскажи о бабушке, — попросил Джон, принявшись за еду с довольно специфичной подачей. Натали тоже хотела есть. Не могла. Впереди платье подружки невесты, довольно откровенное. Нельзя позволить себе выглядеть в нем плохо. Тем более рядом с Джоном. Неужели он и правда будет ее сопровождать? Или он придет отдельно?