Офицер. Приказано жениться
Я презрительно усмехнулся.
— Слабину? Не смеши. У нас сугубо деловое соглашение. Я купил её время и лояльность, так что глупо не пользоваться тем, за что уже щедро заплачено. В Пекине мне будет не до поисков развлечений на стороне, статус не тот. А тут готовый вариант под боком. И никаких истерик или лишних вопросов.
Егор покачал головой и салютовал мне бокалом.
— Циничный ты мудак, Басманов. Ну, за твой брачный контракт. Пусть окупается по полной.
Я молча чокнулся с ним.
Егор поставил пустой стакан на стол. Он медленно обвел пальцем ободок своего бокала, словно раздумывая, стоит ли продолжать, и вдруг посерьезнел.
— Кстати про твою невесту. Точнее про ее отца.
Я непроизвольно стиснул челюсти. Одно упоминание фамилии Крылова вызывало глухое раздражение.
— И что с ним? Сидит и пусть сидит.
— Я тут просматривал кое-какие отчеты, — Егор понизил голос и слегка подался вперед. — По его делу не все так ровно. Мутная там история.
Я нахмурился. Мои пальцы крепче сжали влажное стекло бокала.
— В смысле мутная? Все доказательства железобетонные.
— Доказательства иногда рисуются очень красиво, особенно когда сверху спускают четкий приказ.
Егор смотрел на меня в упор.
— Ходят слухи, что его просто грамотно слили, — продолжил он осторожно. — И кто-то очень влиятельный хотел побыстрее убрать его с доски. Ты сам в детали вникал?
Злость вспыхнула мгновенно. Я с силой поставил бокал на стол, привлекая ненужное внимание пары хипстеров за соседним столиком.
— Ты сейчас серьезно? — рявкнул я. — Решил оправдать этого ублюдка? Ты прекрасно знаешь, за что его закрыли.
— Я никого не оправдываю, — Егор поднял ладони, но глаза его оставались холодными и цепкими. — Просто говорю, что в папках подозрительно идеальный порядок. Так не бывает в реальных делах, если за ними не стоит чей-то серьезный интерес.
— Вина Крылова доказана, — отрезал я ледяным тоном, пресекая любые дальнейшие дискуссии на эту тему. — Он получил ровно то, что заслужил. И если ты решил поиграть в адвоката для этой мрази, то выбрал очень хреновое время. Тема закрыта.
Егор не сводил с меня взгляда.
— Да ладно тебе, Басманов. Я просто делюсь тем, что в курилках обсуждают. Мы же в одной системе варимся.
Я почувствовал, как к горлу подкатывает тяжелая, душная ярость. Друг сейчас невыразимо бесил меня.
— А ты говорил с Верой про её отца? — внезапно спросил Егор.
— О чем мне с ней говорить? — процедил я сквозь зубы. — О том, как легко она утешилась миллионом на счету? Крылов воровал вагонами, а его дочурка с радостью продалась за красивую жизнь, стоило папаше загреметь на нары. Яблоко от яблони. У тебя какие-то личные претензии к моему браку, Егор?
Егор усмехнулся. Для меня мир всегда был черно-белым: есть преступление, и есть наказание. И сейчас мой лучший друг зачем-то пытался добавить в эту картину сомнительных серых пятен.
— Претензий нет. Просто береги себя, — он допил остатки пива одним глотком. — В таких идеальных схемах всегда есть риск, что кто-то случайно потянет за ниточку, которую не стоило трогать.
Я резко поднялся, задевая коленом стол так, что пустые бокалы жалобно звякнули.
— Слышь, Шерлок. Ты свои советы прибереги для стажеров в управлении. Если ты позвал меня, чтобы пересказать сплетни обиженных следаков, у которых дело из-под носа увели, то зря потратил время.
Я подхватил свою куртку со спинки стула.
— У меня свадьба через два дня. И меньше всего я хочу слушать бред про «невинно осужденных» казнокрадов. Увидимся на регистрации. Если, конечно, не решишь до этого времени переквалифицироваться в правозащитники.
Не дожидаясь ответа, я развернулся и пошел к выходу. Затылок буквально горел под его взглядом. Бесило не то, что он сказал, а то, с каким спокойным превосходством он это произносил. Как будто знал что-то, чего не знал я.
Гребаный Егор со своей профдеформацией. В каждом шкафу ему мерещатся скелеты, даже если там висит обычный мундир.
А Крылов сдохнет в тюрьме, и это будет единственным справедливым финалом в этой истории.
Глава 21. Свадьба
Вера
В пятницу утром я поняла, что не хочу замуж.
Я не готова. Я не хочу выходить за Дениса.
Но у меня не было ни малейшей лазейки избежать этого брака.
Можно было, конечно, плюнуть на всё и позорно сбежать на пару месяцев. В конце концов, не вырвут же они у отца из груди свежие шунты обратно?
Вот только кончик хвоста под названием «интуиция» как заговоренный шептал мне этого не делать. Генерал Басманов не простит такого. И последствия будут куда страшнее просто позора.
Моё «утро невесты» выглядело до тошноты обыденно. Никаких визажистов, суеты подружек или весёлых конкурсов с выкупом. Я сама нанесла макияж и соорудила простую причёску, заколов волосы и выпустив несколько завитых прядей у лица.
Результат в зеркале меня вполне удовлетворил.
Затем я подумала еще немного и мстительно достала стойкую красную помаду, но сунула ее в сумочку.
В ЗАГСе перед регистрацией я обязательно забегу в туалет и накрашу губы, чтобы вывести из себя Басманова. И хрен он ее потом сможет стереть.
— Ты готова?
Денис застегивал запонки, бросив мельком на меня всего один взгляд.
— Да.
Он был, конечно, настоящий красавец в своем шикарном черном костюме и белой рубашке. Высокий, статный. Впору тут закомплексовать самой.
В его движениях не было никакого волнения, никакой праздничной суеты, только холодная сосредоточенность. Он выглядел так, будто собирался не на собственную свадьбу, а на очередную скучную встречу в штабе, исход которой был предрешен заранее.
Мое лаконичное платье на его фоне казалось слишком простым, почти сиротским, хотя я знала, что выгляжу достойно.
Наверное, это было мое внутреннее ощущение, что я всего лишь дополнение к его безупречному образу будущего дипломата.
— Тогда выходим, — бросил он, даже не дожидаясь моей реакции. — Машина ждет внизу.
Сегодня нас вез водитель его отца, поэтому мы сели рядом на заднее сиденье. Я нервно сжимала сумочку и кусала губы. Слава богу, там хотя бы будут Танька с Олегом.
Кстати, я же не предупредила его. Надеюсь, он не устроит сцену из-за этого.
— Денис, на регистрацию приедет моя сестра с её парнем. Которому ты чуть не вывихнул руку тогда в пабе.
Денис равнодушно пожал плечами.
— Мне всё равно. Но пусть не рассчитывает на извинения.
Он даже не повернул головы в мою сторону, продолжая смотреть в окно на мелькающий город. Его спокойствие пугало и злило одновременно.
Бесчувственный чурбан.
У входа в ЗАГС уже стояла Танька с красивым букетом и Олег в светлом костюме. Они выглядели так нарядно, словно сами приехали расписываться. Сестра бросилась мне на шею.
— Ой, Верка, ты настоящая красавица.
Олег исподлобья глядел на Дениса. Сначала просто кивнул ему, потом все-таки протянул руку для рукопожатия. К моему облегчению Басманов ответил. Он пожал руку Олега коротко и сухо, сохраняя на лице выражение ледяного спокойствия.
— Поздравляю, — выдавил Олег.
Голос у него был натянутый и прохладный. Чувствовалось, что он делает это только ради меня и приличий, а симпатии к моему будущему мужу у него не прибавилось ни на грамм после той стычки.
Денис лишь скупо кивнул в ответ, не утруждая себя лишними словами.
— Я знала, что жених твой вряд ли озаботится букетом, поэтому купила его тебе сама, — заявила Танька, бросая недобрый взгляд на Басманова. — Держи.
Она вручила мне очень красивый букет из красных роз, перевязанный ленточкой. Небольшой, аккуратный, который должен был идеально оттенить мои будущие красные губы.
— Тань, пойдем попудрим носик? До регистрации еще полчаса.
Мы пошли в туалет под тоскливым взглядом Олега, которого мы бросали наедине с Басмановым.
— Ну как ты, сестрёнка? Выглядишь отлично. Нервничаешь?
— Очень, Тань, — призналась я, доставая бунтарский тюбик. — А этому Каю с куском льда вместо сердца всё нипочем. Видела, насколько ему всё безразлично?
— Ага, — Танька щёлкнула пудреницей. — Хотя, конечно, выглядит он роскошно, этого не отнять. Точно заколдованный принц. Придется тебе его расколдовать поцелуем после регистрации.
— С ума сошла? Не собираюсь я его целовать. Просто распишемся и поедем на унылый банкет.
— Разбежалась! Банкет через два часа только. Поедем на Воробьевы горы, и хрен он отвертится. Фиктивная свадьба или нет, а фото у меня быть должны. Буду в старости пугать твоих внуков хмурой двухметровой Бабайкой с твоей первой свадьбы.
— Дура ты, Танька, — засмеялась я, оглядывая получившийся результат.
Губы были как кровавая рана, и мне это очень нравилось.
— Ого! Ты чё, Верок? — Танька с восхищением смотрела на меня. — По-моему, впервые тебя вижу в красном цвете. Тебе охренительно идет!
— Ага! Обязательно понаблюдай сейчас за лицом Басманова, когда я выйду. Он будет в бешенстве.
— Вот шовинист хренов. Наверное, из тех, кто мини-юбки своим женщинам запрещает носить. Молодец, Верка, так и надо его.
Когда мы вернулись в зал ожидания, там уже был тот самый блондин с серыми цепкими глазами, друг Басманова. Все трое мужчин замерли, глядя на меня. Олег и друг Дениса улыбались, а вот Басманов…
О боже, какой калейдоскоп эмоций прокрутился на его лице.
Сначала его брови едва заметно дернулись вверх от искреннего удивления, ведь он явно не ожидал увидеть на месте бледной тени эту вызывающе яркую женщину.
Следом полыхнуло узнаваемое раздражение, он мгновенно считал мой бунт и понял, что я сделала это специально.
Но на долю секунды в глубине его зрачков мелькнуло что-то еще, похожее на хищный азарт. Как будто этот «кровавый» акцент на моих губах зацепил в нём что-то тёмное.
Впрочем, этот проблеск тут же погас, сменившись привычной маской ледяного высокомерия и глухого недовольства.
Блондин сделал шаг вперед.
— Вера, очень приятно познакомиться, я Егор, друг Дениса.
— Очень приятно, это Таня, моя сестра.
Мы подошли к двери, наша очередь была следующей.
— Если что, помада стойкая, — не отказала я себе в удовольствии уколоть его. — Стереть пальцем не получится. Даже всей ладонью.
У Дениса слегка дернулась щека, а губы сложились в легком подобии усмешки. Он чуть склонился к моему уху и прошептал:
— Не переживай, дома я сотру ее другим способом.
Я захлебнулась воздухом. Что он имеет в виду?
Нет, я конечно понимаю, что теоретически у нас сегодня первая брачная ночь, но я рассчитывала провести ее в своей комнате одна.
Спросить его об этом я не успела, потому что дверь распахнулась и женщина с планшетом в руках объявила наши фамилии.
— Только двое свидетелей могут пройти с вами.
Олег остался снаружи, а мы вчетвером зашли внутрь.
Мы зашли в небольшой кабинет. Никакой позолоты и мраморных колонн, только рабочий стол, компьютер и шкафы с папками. Танька и друг Дениса встали за нашими спинами. Сестра тут же достала телефон и начала неистово щелкать, стараясь поймать каждый момент.
— Положите паспорта сюда, — буднично распорядилась женщина за столом.
Всё происходило под сухой стрекот принтера. В такой обстановке наша регистрация выглядела именно тем, чем она и была — деловой сделкой.
— Басманов Денис Геннадьевич, согласны ли вы взять в жены... — регистратор зачитала формулу без всякого выражения.
— Да, — коротко ответил Денис.
Когда очередь дошла до меня, я сглотнула вставший в горле ком.
— Да, — выдохнула я.
Мы поставили подписи. Регистратор привычным движением шлепнула печать.
— На основании поданного заявления объявляю вас мужем и женой. Обменяйтесь кольцами.
Денис взял мою руку. Его ладонь была горячей, и кольцо скользнуло на палец. Я надела его кольцо ответным жестом, стараясь не дрожать.
— Можете поцеловать невесту, — добавила женщина, уже потянувшись к следующей папке.
Я ждала формального сухого касания щеки, но Денис вдруг шагнул вплотную.
Его рука властно легла мне на затылок, а в следующий миг он впился в мой рот глубоким, собственническим поцелуем. Язык в моём рту орудовал жадно и властно, полностью подчиняя себе и игнорируя присутствие свидетелей. Меня насквозь прошибло обжигающим жаром, как будто внутри взорвался вулкан, заливая лавой все тело.
— Ого... — донеслось откуда то со стороны Таньки вместе с очередным щелчком камеры.
Когда он отстранился, у меня дрожали ноги. Его потяжелевший взгляд стал настолько бездонным, что мне стало трудно дышать.
— Забирайте паспорта, — кашлянула женщина за столом, явно смущенная таким напором.
— Идём, жена, — негромко бросил он.
Мы вышли, приняли поздравления от Олега, а затем Танька все-таки уговорила Басманова доехать до смотровой. Все расселись по машинам, договорились встретиться уже на месте.
Мы с Денисом опять оказались рядом.
— Что это было там, — слегка дрожащим голосом спросила я, до сих пор ощущая вкус его губ на своих губах и странную тяжесть внизу живота. — Отомстил мне за бунт?
— Почему? — Денис был абсолютно спокоен. — Поцеловал мою законную жену. А вечером я тебя ещё и трахну.
Его слова отскочили от кожаного сиденья и обожгли меня как вылетевшие из камина угольки. В салоне внезапно стало слишком мало кислорода.
— Я… я думала, наш брак будет фиктивным.
— Он и есть фиктивный. Что не исключает секса.
Он мазнул по мне голодным взглядом, отчего у меня тут же всё сжалось в животе.
— Надо сказать, эта помада чертовски тебе идет. Я хочу, чтобы однажды ты встретила меня с работы только в ней.
Щёки у меня пылали так, что о них впору было ковать металл.
— Денис, я тоже имею право голоса. Если я не хочу, ты…
— Поверь, ты захочешь, Вера, — понизив тон, бархатно отрезал Басманов, заставляя меня хватать ртом воздух.
Жар между ног стал абсолютно нетерпимым, и я с силой свела бедра, чтобы унять эту постыдную слабость.
Наш чудный диалог прервался, потому что мы доехали. После традиционного гуляния и фотографирования, Танька настояла, что поедет со мной, а Басманова пересадили к Егору.
Мы все доехали до ресторана, где распрощались с ребятами, и вдвоем с Денисом вошли в чопорное старинное здание.
Банкет прошел под бесконечные тосты за здоровье молодых и напутствия Денису на службу. Басманов-старший произнес длинную речь о правильно выбранных дорогах, от которых зависит дальнейшая судьба.
Слава богу, всё было так же официально, как и сам ресторан: обошлось без криков «горько» и уж тем более без пошлых конкурсов.
Я только нервно пила воду. В ушах до сих пор звенело возмутительное обещание Басманова: «Ты захочешь».
Домой мы вернулись в полном молчании. Всю дорогу я репетировала речь, которую планировала выдать ему в квартире. Едва мы зашли в дом, я первым делом скрылась в ванной. Мне нужно было умыться холодной водой. Я смыла весь макияж, включая чертову красную помаду.
Может, с такой бледной мышью он просто не захочет связываться?
На секунду возникла трусливая мысль запереться и не выходить. Но я тут же одернула себя.
Это несерьезно. Ну не изнасилует же он меня в самом деле? Я просто четко и твердо скажу ему «нет».
Выдохнув в последний раз, я вышла из ванной. Денис был в гостиной, у барной стойки. Он открывал вино.
— Иди сюда, Вера.
Он протянул мне наполненный бокал.
— Ты такая напряженная. Чего ты боишься? Я тебя не съем, — насмешливо сказал Денис, отпивая из своего бокала.
Я молча подошла ближе, приняла вино, сделала глоток. Может, хоть сможем поговорить как цивилизованные люди.
Денис пил, не сводя с меня обжигающего взгляда. Он был откровенным и неприкрытым, скользил по моим губам, опускался ниже, оставляя на моем теле огненные вспышки.
Мы стояли друг напротив друга. Чтобы отвлечься, я сделала большой глоток, чуть не на полбокала, и закашлялась. Горло обожгло, а в лицо моментально бросило краску.
— Осторожнее, — Денис поставил свой бокал и плавно подошёл ко мне. — Некуда спешить. У нас впереди целая ночь.
Он забрал мой бокал и отнес его на стойку, затем снова подошёл ко мне.
— Денис, давай серьезно, — я попыталась вернуть себе самообладание. — Всё, что ты говорил в машине... это ведь была просто игра? Провокация?
Он молчал несколько секунд, изучая моё лицо, затем протянул руку и провел тыльной стороной ладони по моей щеке.
— Я никогда не шучу такими вещами, Вера.
Он наклонился, сокращая дистанцию так, что я почувствовала запах вина и его кожи.
— И сейчас ты в этом убедишься.
💞💞💞
В телеграм канале и в ВК есть видео!
t.me/mayazemtsova
ВК: Майя Земцова. Романы 18+
Глава 22. Вот и всё
Я нервно отступила назад. Денис начал неторопливо расстегивать рубашку.
Я завороженно смотрела, как его сильные пальцы расстегивают пуговицу за пуговицей, с каждым сантиметром освобождая мускулистое тело моего мужа.
— Почему ты так ненавидишь меня? — тихо спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Это не я заставила тебя жениться на мне. А твой отец.
— Ты могла бы отказаться, — парировал он, скидывая рубашку на пол. — Но когда услышала про миллион, то, конечно, не смогла сдержать свою продажную натуру, верно? Ты такая же, как твой отец.
Он мог бы взять кухонный нож, воткнуть мне в грудь и несколько раз провернуть рукоятку. И даже в этом случае мне не было бы так больно, как сейчас, когда я слышала эти несправедливые слова.
Он холодно п
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: