Зимин поставил чайник на электроплиту. Затем, сев на свою кровать, обратился к Воронцову:
– Что ты думаешь по поводу персонала нашей миссии?
– Хренов – отстой, Чаусов, Вакутин – довольно интересные персонажи. С ними надо бы поплотнее. С остальными пока что не понятно. Общее впечатление: теплое местечко, подавляющее большинство попало сюда по протекции. Хренов – сто процентов из этой оперы.
– Я тоже так думаю. Давай так, с завтрашнего дня занимаешь место Хренова, займись повышением уровня системы безопасности, заодно по возможности попробуй с аборигенами проконтактировать: вооружение, ближайшие населенные пункты, торговля, да что я тебя учу, сам все знаешь.
– Хорошо. А Хренова куда?
– Куда-нибудь приспособим.
– Интересно куда же?
Закипел чайник, включился автоматический освежитель, а за ним кондиционер. Нейтральный запах свежести наполнил помещение. Зимин достал из настенного буфета кружки, заварил чай и пригласил Воронцова. Выпив по две чашки, они разошлись по своим комнатам и легли спать. Зимин почти сразу заснул.
Сон, приснившийся ему, был лоскутным, фрагментарным, ускользающим и вместе с тем пугающе реалистичным. Ему снилось, что они с Воронцовым отправились на пикник в подмосковный лес. С ними было еще много общих хороших знакомых. Они развели костер, жарили шашлыки. Состояние радости буквально витало в атмосфере сна. Зимин взял бокал вина, и его кто-то позвал со спины. Он обернулся назад, и наступила ночь. Небо было усеяно звездами. Вдалеке переливаясь огнями, виднелся город с большой башней, украшенной мириадами красных огоньков. Зимин обернулся обратно. На той стороне сна только наступал вечер, и солнце едва коснулось верхушек леса. Костер был уже потушен. Воронцов с другими участниками пикника шли по полю в метрах трестах впереди. Зимин бросился вдогонку. Он уже почти догнал их, но неожиданно ему показалось, что кого-то они забыли. Он решил вернуться к костру. Когда он добрался обратно, то уже начало темнеть. Он остановился у потушенного костра, оглядываясь по сторонам. Сзади хрустнула ветка и Зимин, вздрогнув, развернулся. Перед ним стоял высокий человек, одетый в темно синие бархатные одежды. Его лицо ужаснуло генерала. Изуродованное, в бесчисленных шрамах , швы были наложены очень неумело. Человек в синем бархате присел рядом с потухшим костром и проговорил: « В наших лесах появились странные звери. Они охотятся ночью… Солнце скоро скроется, вам нужно уходить…» «Чушь!» – подумал Зимин. Но предчувствие чего- то нехорошего наполнило его душу. Он увидел, что его собеседник уже находится на опушке леса. Зимин огляделся. Солнце уже почти село и все вокруг было наполнено тревожащим мрачным сумерком. Зимин решил последовать за человеком в темно синем бархате. Когда он уже достиг опушки, он услышал низкое, «паровозное» дыхание и тяжелый топот. Обернувшись, он увидел, что какой-то большой объект стремительно движется в его направлении. Зимин бросился к ближайшему дереву и быстро вскарабкался на него. Он успел добраться до четвертой ветки снизу, когда внизу раздался рев. Посмотрев вниз, он увидел громадное животное. Передняя часть его была похожа на дикого кабана. Задняя часть была, похоже, позаимствована у павиана. Не колеблясь ни на секунду, это чудовище со всей мощи врезалось в дерево, на котором он находился, дерево стало падать. Зимин перепрыгнул на другое. Чудовище опять ударило со всей своей дикой мощи, и второе дерево, громко треснув, стало медленно заваливаться на землю. Зимин прыгнул опять и оказался в кроне очередной огромной сосны. Из-за туч показалась полная луна и залила светом все вокруг. Зимин осмотрелся и увидел, что все сосны стоят очень близко друг к другу. Они переплелись друг с другом ветвями, и казалось, что это не деревья, а какие-то создания стоят, взявшись за руки. Зимин пополз по сплетениям ветвей. Его преследователь больше не делал попыток крушить деревья. Злобно пролаяв, тварь скрылась в чаше. Зимин полз по огромным ветвям очень долго, пока внизу он не увидел прогалину, на которой стояло несколько домов. Дома выглядели неказисто, их окна и двери были в решетках. Зимин спустился с дерева и бросился к ближайшему дому. Он забарабанил в решетки, выкрикивая:
– Эй, хозяева!
Скрипнув, дверь открылась, и в ослепляющем снопе света, хлынувшего из дверного проема, Зимин увидел того самого человека с изуродованным лицом.
– Немедленно заходите! – тоном не терпящим возражения, приказал он.
Зимин подчинился, в комнате, в которой он оказался, было еще двое.
– Вы очень рисковали, – громко закрыв дверь, проговорил его новый знакомый.
– Почему?
– Я же предупреждал вас.
– Я не поверил.
– Зря. У нас – большая беда. У нас завелись твари, они бродят по ночам и утаскивают людей в свои гнезда под землей. Там они переделывают их в себе подобных. Поэтому ночью здесь лучше не ходить. И двери и окна следует держать на запоре.
Зимин почувствовал, что сходит с ума и попытался проснуться, но ничего не получилось.
– Ладно, давайте ложиться спать, – проговорил один из трех, бывших в доме и потушил свет. Он проснулся от духоты и непреодолимой жажды. Он выпил воды из своей фляжки, достал сигарету, и, открыв дверь, вышел наружу. Где-то вдалеке, кричала ночная птица. Зимин закурил и с наслаждением поднял лицо к небу. Он не увидел, он почувствовал какое-то движение внизу, у самых ног. Взглянув туда, генерал увидел, как из земли, медленно подымается тварь, которая его преследовала в лесу. Рука потянулись к кобуре, но там, на привычном для него месте, на котором она была всегда, ничего не оказалось. Он опустил руку ниже, и она коснулась фляжки. Что сработало в подсознании, сказать было трудно. Зимин стремительно выхватил фляжку и хватил ею со всех сил тварь по голове. Фляжка вырвалась из руки и, расплескивая содержимое на чудовище, упала рядом с генералом. Комья земли взметнулись вверх, как будто рядом ударил гаубичный снаряд. Тварь вылетела из земли и с ужасающими воплями и визгами стала кататься по траве. Потом, подскочив, чудовище бросилось прочь и, развалив по пути небольшой сарайчик и, порвав рабицу, унеслось в сторону ближайшего леса. Генерал застыл, словно парализованный. Громко хлопнула дверь, и к нему прибежали хозяева дома. Выслушав его рассказ о происшедшем, они переглянулись:
– Вот как! Оказывается их можно убивать водой! Простой водой! Кто бы мог подумать, – проговорил человек в синем бархате.
На этом месте сон прервался и генерал проснулся. Происходящее было настолько реалистичным, что Зимин с опаской осмотрелся по сторонам, но кроме безмятежно спящего Воронцова вокруг никого не было.
– Черт его знает, что, – прошептал генерал, – присниться же такая дрянь. Он в течение часа пытался догадаться к чему этот сон, но ничего толкового из этого не получилось. Повторно Аркадию Ивановичу удалось уснуть только на рассвете.
Глава третья. История химерианцев
Заблуждение, что прошлое лучше настоящего, по-видимому,
было распространено во все эпохи.
Грили.
Лживых историков следовало бы казнить,
как фальшивомонетчиков.
Сервантес
На следующее утро Зимин из своего офиса по радиоселекторной связи передал приказ о назначении начальником охраны Воронцова и отправился в ангар к Вакутину. Он застал инженера за углубленным взъерошиванием огромной бороды проводов. Крайне увлеченный этим занятием, инженер разговаривал сам с собой:
– Так, красавчик, а ты куда идешь? Ага! Ага! Понятно! Так, а это что такое? Этой перемычки здесь быть не должно, – в генерала полетел небольшой отрезок провода. Генерал легко уклонился от него и кашлянул. Вакутин обернулся:
– День добрый!
– День добрый! – Очень доброжелательно ответил генерал, – Как успехи?
– Да вот перебираю блок управления для своего инерциоида, – Вакутин указал рукой в сторону свисавших бесчисленных проводов.
– Скажите, инерциоид сможет отличать своих от чужих? – Генерал стал с нескрываемым интересом разглядывать детище инженерной мысли.
– Да, конечно. Я вообще-то я думал о его применении несколько в других целях…
– Вы считаете, что есть цели более важные, чем безопасность? – На лице генерала отразилось некоторое недоумение.
– Конечно, нет, – несколько смутившись, ответил ему Вакутин.
– Когда будет готов опытный образец? – оценивающе рассматривая всю конструкцию, поинтересовался Зимин.
– Я думаю сегодня, – инженер ответил, почти не задумываясь.
– Испытывать значит, будем завтра, – под взглядом генерала Вакутин чувствовал себя не комфортно.
– Аркадий Иванович! Я хотел бы испытать его сегодня ночью, без лишних глаз, а завтра, так сказать, уже предъявить его комиссии, – извиняющимся тоном пробормотал инженер.
– Как скажете. Тогда давайте на завтра на десять утра, – предложил генерал.
– Давайте, – согласился Вакутин.
–Что ж, тогда до завтра, – подвел черту Зимин.
– Угу… – прогудел Вакутин, и, присев на корточки, продолжил свое занятие. Зимин окинул взглядом помещение, в котором должно было родиться детище инженера. Немытые стаканы с уже засохшей заваркой, на столе рассыпаны болтики, винтики…Дымящийся паяльник, беспорядочно разбросанные инструменты… « Творческий беспорядок. Гений, твою мать…», – подумал про себя генерал. Неубранное помещение его, как истинного военного, раздражало. Он хотел было отчитать Вакутина, но передумал, решив не мешать. «Пусть работает. Я потом с ним поговорю», – с этой мыслью он отправился дальше.
Выйдя из ангара, Зимин пошел к главному входу. Проходя мимо мастерских, он услышал голос Воронцова. Он зашел в мастерские и увидел, как Воронцов что-то объясняет сварщику.
– Понятно, понятно…– кивал головой сварщик, – сделаем!
– Когда? – тут же поинтересовался Воронцов.