– Пока что крайне скудные сведения. Они крайне холодно относятся к Вохтасианцам. А соответственно это переносится и на нас, крайне похожих на них.
– Скажите, как, по вашему мнению, насколько вероятен вооруженный конфликт одной из рас с нами?
– На мой взгляд, вероятность незначительная.
– Благодарю Вас.
Чаусов в очередной раз поправил очки и проговорил:
– Генерал, зайдите ко мне вечерком. Можете с капитаном. Отметим Ваш приезд, я тут научился из местной органики изготавливать нейрококтейль, позволяющий протряхивать все нейросвязи организма. Поверьте, вы никогда ничего подобного не употребляли.
– Что ж, заглянем.
Зимин был удовлетворен общением с биологом.
Следующим был медик:
– Климов, – представился врач. Врач был очень крепкого телосложения, с короткой стрижкой и яркими синими глазами.
– Меня интересует Ваше мнение по поводу смертей, – Зимин решил сразу перейти к самому основному вопросу, ответ на который он хотел получить именно у врача миссии.
– Это что-то фантастическое. Куча непонятной углеродной и кремниевой органики в позвоночном столбе и рядом, в районе лопаток. Нервный столб поврежден в разных местах, причем в одном месте полностью разрушен позвонок…. Чертовщина какая-то… – Климов пожал плечами, всем своим видом выказывая полное непонимание.
– Были ли подобные случаи еще?
– Нет, – после небольшой паузы, потребовавшейся на обдумывание ответа, ответил Климов.
– Вы осматривали весь остальной персонал? – Зимин никак не мог сделать внутренней оценки Климова. Он никак не мог понять, симпатичен ли ему этот человек или нет.
– Да, конечно. Обследования не выявили у остального персонала никаких аномалий.
– А раны?
– Что раны?
Зимин заметил, что доктор напрягся.
– Меня интересуют раны, их характер, чем ориентировочно были нанесены.
– Характер ран я бы охарактеризовал бы как интернальный, – Ответил врач после небольшой паузы, которая ему была нужна для обдумывания своих слов.
– Почему? – Зимин с удивлением воспринял его слова.
– Судя по осколкам, позвоночник разрушился не от внешнего воздействия, а от внутреннего.
– Так… А что же могло вызвать такие разрушения?
– Мне это неизвестно. Я думаю, что это неизвестно и науке.
Зимин с Воронцовым переглянулись:
– Профессор, – проговорил Воронцов, – Я надеюсь, что вы не будете об этом распространяться?
– Нет. Конечно, нет,– ответ Климова показался генералу искренним.
– Ну что ж, если у вас появится новая информация, то мы надеемся, что вы поставите нас в известность, – Зимин излучал холодную вежливость.
– Непременно, – Климов был подчеркнуто спокоен.
Обход продолжался весь день, больше особенно ничего интересного не произошло. Пожалуй, только специалист по связи и транспортировке вызвал повышенный интерес. Поджарый, невысокого роста, одетый в классический костюм серого цвета, который был ему явно мал, он возился с паяльником возле какой-то громоздкой металлической конструкции. Когда Зимин и Воронцов вошли в его помещение, он, что-то мурлыкая себе под нос, занимался пайкой целого вороха проводов. Он был настолько увлечен своим занятием, что не обратил внимания на посетителей.
Зимин аккуратно кашлянул, спец повернулся. Пришедшие представились, он представился тоже и, убирая светло-русые волосы со вспотевшего лба, проговорил:
– Вакутин, Андрей Алексеевич!
– Если не секрет, Андрей Алексеевич, чем это вы занимаетесь? – поинтересовался Лев Аркадьевич.
–Никакого секрета, я занимаюсь подготовкой к запуску резонансного инерциоида.
Воронцов и Зимин недоуменно переглянулись.
– Поясните поподробнее, – потребовал генерал.
– Ну, инерциоид – это механическая система способная совершать перемещение в пространстве за счет изменения координат центров масс и инерций. Получив некоторый первичный импульс, инерциоид способен двигаться очень продолжительное время. Правда, несколько хаотично, но это второй вопрос. Для осуществления самопитания инерциоид моей конструкции оснащен резонатором. Резонатором осуществляется забор энергии у любого живого создания путем построения резонансного контура. Забор осуществляется до некоторого порогового состояния энергии, – немного стесняясь, Андрей Алексеевич проводил неожиданную для себя презентацию.
– Насколько я понял, получается робот-охранник? – Поинтересовался Воронцов.
– Можно сказать и так.
– По чьему распоряжению вы этим занимаетесь? – Зимину явно нравился этот человек.
– Ни по чьему, – Вакутину явно было неудобно от всех этих вопросов.
– Это ваша частная инициатива?
– Да… Видите ли, я в свое время писал кандидатскую диссертацию на тему «Биорезонансный накопитель». Защититься не успел. Вот рассчитываю, что вернусь на Землю и получу степень…
– Прекрасно! – Генерал одобрительно похлопал Вакутина по плечу и добавил, – Обязательно позовите на испытания вашего детища!
– Хорошо. Обязательно позову, – Вакутин заулыбался.
Закрыв за собой дверь, Зимин проговорил Воронцову:
– Интересный человек.
Воронцов хмыкнул и недоверчиво покрутил головой. Они двинулись по коридору, продолжая осмотр базы и знакомство с персоналом. После Вакутина генерала никто не впечатлил. По окончании осмотра, Зимин и Воронцов посетили Чаусова. Вежливо постучав, Воронцов услышал:
– Войдите!