– Да где тут сушиться? – Олег с отчаянием огляделся, но кругом были только грязь и камни, да река шумела, мчась через пороги и перекрывая своим гулом даже далёкое погромыхивание уходящей в горы грозы. Но дождь заканчиваться и не думал, просто из ливня превратился в мелкую нудную изморось.
Одежда уже пропиталась водой насквозь, неприятно липла к телу и не только не грела, а, скорее, вымораживала последнее тепло. В летних белых кроссовках, которые Олег так любил, хлюпала вода, да и белыми их сейчас мог назвать только человек с очень богатым воображением. Или – с чрезвычайно плохим зрением. Рюкзак сгинул вместе с автобусом. А ведь там, помимо одежды, были сувениры, на поиск и покупку которых он потратил несколько вечеров: пляжная шляпа – для мамы, трубка в виде головы чёрта – для дяди Васи, маминого хахаля, с которым Олег был во вполне приятельских отношениях, магнитик на холодильник – тёте Вале, маминой сестре. И так далее, всем родственникам по списку, чтобы никого не обидеть. Столько денег на это истратил! Лучше бы лишний раз в аквапарк сходил.
Но кто ж знал, что так получится?
Олег подавил тяжёлый вздох и с надеждой посмотрел на приятеля, который напряжённо вглядывался в наступающие сумерки:
– Что ты предлагаешь?
– Нужно перебраться через реку. Видишь, на другом берегу в горе пятно темнеет? Мне кажется, это – вход в пещеру.
– Пещера? – Олег проследил за взглядом Костика. Потом опустил глаза на бурлящий поток, представил, как они через него перебираться будут и озадаченно спросил: – Ты как себе переправу представляешь? Мы же не выплывем! И вообще, нам нельзя уходить далеко от автобуса. Его искать станут, нам просто нужно продержаться до той поры, пока спасатели не приедут.
Костик задумчиво взглянул наверх, где остался автобус с погибшими пассажирами, и вдруг земля под ногами дрогнула. Раздался оглушительный треск, и по дороге, извиваясь, как гигантская анаконда, потянулась трещина, расползаясь всё шире, захватывая всё новые и новые пласты. И земля, не выдержав собственной тяжести, поползла вниз. Громадный оползень, вздрагивая при каждом новом подземном толчке, с корнем выворачивал деревья, забирал в свои объятия огромные валуны, и, наконец, добравшись до автобуса, попросту покрыл его сверху толстенным пластом каменистой земли так, что теперь отыскать его стало просто нереально.
Олег рванулся в сторону, но Костик схватил его за руку и, дёрнув, припечатал к камню:
– Стой!
– Пусти! – Олег был на грани истерики, и Костя заломил ему руку назад, не давая шевелиться:
– Не дёргайся! Оползень мимо ползёт, нас не заденет.
– А если…
– А «если», то ты так и так не убежишь.
И Олег замер, прижавшись щекой к шершавому камню и тяжело, с всхлипами, дыша. А когда земля трястись перестала, и Костя отпустил его руку, сполз на землю, пытаясь справиться с сотрясающей всё тело дрожью.
Покосился на приятеля: он что, железный? Супермен чёртов!
Было стыдно за свою слабость, и в то же время нарастала злость: всё из-за него, из-за Костика! Не уговорил бы его поехать вечерним автобусом, ничего бы не было! Сидели бы сейчас в баре, или по берегу гуляли, наслаждаясь последними минутами отпуска. Всё он, он во всём виноват!
А Костик, не подозревая, какие мысли мучают его собрата по несчастью, прикидывал, как им выбраться из ситуации, в которую они попали.
Судя по силе толчков, эпицентр землетрясения был не здесь, а ближе к морю. Или вообще в море. И вполне вероятно, что они легко отделались. А вот город, скорее всего, пострадал. Тогда спасателей они не дождутся. У тех и без пропавшего автобуса работы полно будет.
Значит, выбираться нужно самостоятельно.
Покосился на сидящего у камня Олега, подумал с досадой: дал же бог напарничка. Судя по поведению – маменькин сынок. Поди, и ходить по горам не умеет, придётся его на себе тащить, да сопли ему утирать.
Впрочем, может, и не так всё плохо. Просто – городской парень, в первый раз в настоящий переплёт попал, вот и растерялся. Не стоит его заранее со счетов списывать. Это он, Константин Задорожный, привык к кочевой жизни. И из-под обвалов уже выбирался, и в горной реке тонул, и в шторм на лёгком катере ходил. Всякое бывало. Опыт выживания капитальный. И сейчас справится.
Но убираться отсюда нужно. И – быстро. Как бы нового обвала не случилось. А то в ушах всё какой-то странный шум стоит. То ли шелест, то ли шёпот… Начался, как только они к реке спустились, и так и не прекращается. Может, это и есть предвестник землетрясения?
Или он просто головой здорово ударился, и у него давление подскочило? Интересно, Олег этот шёпот слышит?
– Олег, вставай. Идти надо.
– Куда? – буркнул тот, даже не пошевелившись.
– На тот берег. Оползень до него не доберётся, даже если снова с места сдвинется. А здесь, ты прав, нас придавить может.
Олег нехотя встал:
– А как же спасатели?
– Они вряд ли приедут, – Костик снова взглянул на развороченное шоссе. – Город наверняка тоже трясло, так что мы ещё легко отделались.
– Мы легко отделались? – с истеричным смешком переспросил Олег. – Мы – легко?
– Пошли уже, – не стал вступать в полемику Костя. – Надо переправу найти.
И зашагал вдоль реки.
Олег посмотрел ему вслед, перевёл взгляд на то место, где когда-то был виден автобус, пробормотал:
– А мы действительно легко отделались.
И поспешил за уже едва видным в сгущающихся сумерках приятелем.
Глава 2
Они шли вдоль реки, и с каждой минутой надежда на переправу становилась всё более призрачной. После грозы речка, в обычные дни достаточно мирная, словно взбесилась. Ручьи, образовавшиеся из-за ливня, всё ещё неистовствующего в горах, дружно влились в текущий в ущелье поток, и он, переполнившись водой, бурлил на перекатах и мчался со скоростью стремительно набирающего ход поезда.
Уже совсем стемнело, а они всё шли и шли под моросящим дождём. Пустынный берег не давал ни малейшего шанса на отдых: ни деревца, ни кустика не было на каменистом берегу ущелья, по которому шагали уставшие парни. Зато на другом берегу чуть не вплотную к воде подбирались густые ивы, под кронами которых можно было бы спрятаться от надоевшего дождя. Да и вся гора, круто поднимавшаяся к уныло хмурящемуся небу, была испещрена пещерами, так и манившими в свою тишину и темноту.
– Откуда там столько пещер? – недоумённо спросил Олег, когда они в очередной раз заметили ведущее вглубь горы отверстие.
– Известняк, – коротко ответил Костик. – А может, предыдущее землетрясение постаралось.
– А почему оно только с той стороны реки постаралось? С нашей стороны ни одной дырочки нет, стена ровная, словно выпиленная.
Костя только плечами пожал. Его и самого удивлял этот контраст: отвесная скала и абсолютно пустой берег с одной стороны реки, и густо поросший деревьями, кустами и травой – с другой. И пещеры эти… Почему их так много?
– Знаешь, я тут на одной экскурсии побывал. Показывали нам гору, на эту похожую. И экскурсовод рассказал, что в её пещерах ду?хи живут, которые не любят посторонних. Поэтому мы к пещерам даже не подходили. Чтобы ду?хов не побеспокоить. Может, и эти пещеры ду?хами населены?
– Ты что, всерьёз веришь в эти сказки? – хмыкнул Олег.
– А почему бы и нет? На свете много непознанного. Да и сказки – они не на пустом месте появляются.
– Детский сад какой-то, – буркнул Олег, с трудом скрывая нарастающее раздражение.
Зачем он пошёл с этим ненормальным? Куда они, вообще, идут? Надо было сидеть возле того камня и ждать спасателей. Должны же были они когда-нибудь появиться. Да и шоссе там, пусть и разрушенное. Кто-то мог проехать мимо. Точнее, доехать до оползня. Можно было им покричать, чтобы помощь вызвали. А они, два придурка, сейчас всё дальше уходят от места своего спасения. А теперь ещё ду?хи какие-то. Совсем парень с катушек съехал?
– Куда ты меня ведёшь? – наконец, не выдержал он. – Почему мы ушли от шоссе?
Костя остановился, взглянул на сердитое лицо приятеля: