Космические рассказы
- Молодец, кто бы ты ни был! — раздался голос из другого катера. - Но ты понимаешь, что это тебе не поможет?
- Я подойду к вам через минуту, Смит. – Прохрипел Мэллори. - Будьте готовы сдаться мирно, или…
- Или что? — насмешливо спросил бывший космический офицер. — Так это вы, лейтенант? Я мог бы догадаться. Ваша доблесть превосходит только вашу недальновидность. Повторяю, ваша лихорадочная погоня ни к чему не привела.
- Не обращайте внимания на разговоры. Это конец для вас, — сказал Мэллори. — Это шах и мат, Смит.
- Не шах и мат, мой доблестный юный друг, — поправил Смит. — Пат. Да, ты держишь меня в плену своим лучом. Но к чему это? Ты не можешь взять меня живым. В любой момент я могу взорвать и тебя, и себя на атомы. А вместе с нами, - он многозначительно замолчал, и леди Элис! Ах, вы молчите, лейтенант? Я так и думал. Конечно, я старик. Эти юношеские романы меня больше не интересуют, но, благослови нас Господь, она слишком красива, чтобы умереть, не так ли, лейтенант?
Голос леди Элис прервался.
- Возьми его, Дэн! Не думай обо мне. Я не боюсь.
- Вы слышали, лейтенант? Галантность девушки не уступает вашей собственной. Но к этому времени вы, конечно, поняли, что если она умрет, секрет нового лучевого оружия умрет вместе с ней. Я думаю, что силы моего лидера возьмут Нью-Фресно до того, как второй посланец достигнет Ио.
Это была правда. Понимая это, Дэн Мэллори застонал. Это был тупик, из которого ни одна из сторон не могла выбраться. Он медленно произнёс:
- Ну что, капитан? Какова ваша цена за безопасность леди Элис?
- Моя собственная безопасность, — быстро ответил космический изгнанник, — и тайна, которую она хранит. Я не лишён здравого смысла, лейтенант. Даже несмотря на это, — в его словах прозвучала горечь, — даже несмотря на то, что Патруль Солнечной системы отнял у меня лучшие годы жизни, выбил из меня дух, выбросил моё стареющее тело на помойку, как высохшую мякоть. Нет, я не лишён здравого смысла…
Так вот оно что. Жалость к себе стареющего мужчины, возможно, человека, потерявшего самообладание из-за разочарования после долгих лет активной жизни. Вот почему Смит отказался от своего присяги Косомовойск и перешел на другую сторону. Слова капитана Альгейза зазвенели в памяти Дэна: «Там, где есть новые причины, есть и предатели старых, и даже космонавт не лишен человеческих слабостей».
- Если леди Элис раскроет мне свой секрет, — продолжал капитан-ренегат, — и предоставит убедительные доказательства того, что формула, которую она мне даст, не является ложью, я позволю вам обоим жить. Я позволю вам сохранить один из этих кораблей, и вернуться в безопасное место…
Мэллори лихорадочно размышлял. Ему было невыносимо вести переговоры с этим человеком. Но он ничего не мог выиграть, уничтожив себя и леди Элис. Пока они были живы, у них всегда оставалась надежда добраться до форта Нью-Фресно и передать послание, пусть и с опозданием. Если бы они погибли, Крайтер и его наёмники наверняка победили бы.
- Хорошо, Смит. Я согласен. – Сказал он. - Передайте ему формулу, леди Элис.
- Нет! Нет, Дэн, не доверяй ему! Он не сдержит своего обещания. Я знаю, что не сдержит!
- Мы должны воспользоваться этим шансом, - мрачно ответил офицер. - Скажи ему!
Звук оборвался. Мэллори нетерпеливо ждал. Где-то, затерявшись в поглотившей их бездне, «Либра» неслась сквозь космос, выполняя миссию, которая теперь была в руках трёх застрявших в тупике людей. Юпитер, который был так близок, что казался больше похожим на Солнце, чем на Землю, томно вращался по своей гигантской орбите. Бесконечная ночь была усеяна бесконечным количеством звёзд. Звёзды, к которым стремился Человек, пока его ноги ещё шаркали по грязи и болотам обмана...
И звук снова ожил. Голос Смита звучал торжествующе.
- Очень хорошо, лейтенант. Я доволен. Я закончил уничтожение энергоблоков и орудийных установок на этом корабле. Однако его радиостанция всё ещё работает. Думаю, она обеспечит вам жизнь до прибытия ваших друзей. Я готов подняться на ваш корабль.
Раздался крик леди Элис:
- Будь осторожен, Дэн! Он тебя убьёт! Он… Раздался звук удара, наступила тишина, а затем:
- Ну что, лейтенант?
- Продолжай, - сказал Дэн.
- Вы займете своё место, - сказал Смит, - на месте пилота, где я смогу видеть вас с того момента, как войду в шлюз. Поднимите руки над головой. Не двигайтесь и не поворачивайтесь, когда я войду. Если вы это сделаете...
- Давай, - повторил Дэн. Связь прервалась.
Дэн пришёл в движение. Он поверил предупреждению леди Элис. И он был готов ответить на хитрость хитростью, на обман — обманом. Смит ещё не победил. Он наклонился и поднял сломанное тело Альберта Лемминга. Он поспешно натянул кислородный шлем на его мертвое окровавленное лицо, проворчав извинения и усадил Лемминга в кресло пилота, заставив его вытянуть затекшие руки назад и вверх в знак капитуляции. Высокая спинка кресла и мягкие подушки удерживали тело в нужном положении.
Он закончил как раз вовремя. В шлюзе послышался скрежет. Два корабля дрейфовали бок о бок, и проникнуть внутрь было просто. Мэллори нырнул обратно в отсек, из которого появился Лемминг. В его руке был игломет, он был наготове... Смит вошёл тихо. Он бросил взгляд на фигуру в кресле пилота, сказал:
- Не двигайтесь, лейтенант, — и поднял руку. Предупреждение девушки оказалось слишком правдивым. В том, как он навёл пистолет, который пронёсся по комнате и вонзился в беззащитную голову Лемминга, было неприкрытое предательство. Комнату наполнил запах горелой плоти. Труп покачнулся и рухнул на пол.
- А теперь ты стой смирно, Смит! — процедил Мэллори.
Смит развернулся, и его челюсть отвисла. В его глазах вспыхнули ужас, разочарование и ярость. Он вскрикнул и поднял пистолет. Так он и умер. В последний раз подняв свои предательские руки на человека в форме, которую когда-то носил он сам.
- Позже, когда они стояли в рубке управления «Либры» и смотрели, как Рик Нортон с серьёзным лицом планирует высадку, которая должна была принести новую жизнь ИОнийским колонистам и быстро покарать зачинщиков восстания, Бад Чендлер с энтузиазмом хлопнул своего товарища по спине.
- Парень, — сказал он, — если говорить односложными словами, то ты потрясающий!
- Это не один слог, — ухмыльнулся Мэллори.
- Ладно, значит, ты крут! Но как, чёрт возьми, ты догадался, что это был Смит?
- До меня дошло почти слишком поздно, сказал Дэн. - Это подсознательно беспокоило меня с тех пор, как мне пришлось… — тут он покраснел, — пришлось арестовать леди Элис. Я знал, что кто-то в разговоре со мной сказал что-то неправдоподобное. И когда Уилмота убили за то, что он раскрыл правду о Смите, я вдруг вспомнил, что это было накануне того, как мы получили сообщение с Луны III, в котором нас уверяли, что за революцией стоит Крайтер. Смит как бы невзначай упомянул, что, по его мнению, на «Либре» есть «шпионские агенты сил Крайтера». Конечно, он пытался заключить союз с нами, чтобы отвести от себя подозрения. Но он выдал себя этой оговоркой.
Леди Элис улыбнулась и сказала:
- Ну, вы не очень-то умны. Никто из вас. Я поняла, что он шпион, как только услышала сообщение с Земли.
- Да, это сообщение! - перебил ее капитан Алгейз, - Я собираюсь поднять шум по этому поводу. Из-за него мы арестовали единственного человека на борту, которому действительно можно было доверять.
- И всё, — улыбнулась девушка, — из-за одного маленького химического символа, который вы неправильно прочитали. О да, теперь я понимаю. Я видела оригинал. Бад, вы ведь учились в Академии, не так ли?
- Ну да, а что?
- Ваш профессор, должно быть, был довольно пожилым человеком. Я имею в виду вашего преподавателя химии.
- Он был просто древним. Но какое это имеет отношение к делу?
- Он научил вас старому, оригинальному химическому символу элемента самарий. «Sa». Более распространённый символ, общепринятый, - «Sm». Теперь вы видите, как сильно влияет одна маленькая ошибка на смысл сообщения. Вы читаете:
«Лейн предупреждает леди Элис, шпионку из Кабал-клана, что она теперь на Либре. Капитан говорит усилить защиту нового секретного луча».
- И это должно было быть прочитано, — вмешался Дэн Мэллори, наконец-то поняв, — «Лейн предупреждает, что леди Элис шпионит за Либрой — капитаном Смитом! Усильте охрану…» и так далее. Это было предупреждение вам, а не о вас!
- Именно так. Естественно, я был… ну, возмущён, когда меня арестовали. Потом я начал думать, что это хорошая идея. Если бы меня заперли в каюте под охраной, я была бы в полной безопасности. Но, к сожалению, капитан Смит догадался, что я была носителем формулы, когда меня арестовали. Поэтому он убил моего охранника, захватил шлюпку и похитил меня.
- Тьфу! — с отвращением фыркнул Бад Чендлер. — Я же говорил тебе, что это слово ненастоящее. Джо Марлоу никогда в жизни не использовал хороший английский, когда ругательство подошло бы не хуже. Эй! Куда вы двое идёте?
Сомнительно, что Дэн Мэллори услышал этот вопрос. Был ещё один маленький момент, который нужно было прояснить! Именно так леди Элис Чарвелл в момент их общей опасности пренебрегла правилами вежливости и обратилась к нему не «лейтенант» и даже не «Мэллори», а как…
- Дэн, — сказала она.
- Вы назвали меня «Дэн». Это неправильно, леди Элис. Вы не должны так поступать. И я…
- Предположим, — спросила она, — что эта часть вашего имени мне нравится больше всего. Это красивое имя.
Большие руки Дэна Мэллори беспомощно теребили синюю форму.
- Итак, - прохрипел он, - это Мэллори. И… и, наверное, я совсем спятил. Я не мог просить вас взять такое имя. Я всего лишь космический полицейский. А вы – леди, титулованная леди.
Она тихо спросила:
- Леди, Дэн? Герцогства Ио больше нет. Это осталось в прошлом, и мой титул - всего лишь дань уважения прошлому. И я так устала от любезностей. Теперь я тоже космический полицейский. В правилах нет ничего, что могло бы помешать двум полицейским объединиться, не так ли?
Она улыбалась ему. Рик Нортон совершил великолепную посадку, а Дэн не поверил этому, потому что в тот момент ему казалось, что весь космос кружится, танцует и переворачивается вверх ногами в восторженном бреду…
День, который мы празднуем
Все согласились, что этот день стоит отпраздновать, но возникло небольшое недоумение относительно того, почему, как и по какой причине…
Вчера и позавчера шел снег. И сейчас он идет. Завтра снова пойдет снег.
- ...и послезавтра, - сказал Болди Харриган, начальник исправительного учреждения «Колония № 1, Уран», - и послезавтра после этого, и еще послезавтра после этого! И так далее. И так до бесконечности.
Он с отвращением отвернулся от кварцитовой обзорной панели. Снаружи не на что было смотреть, кроме крутых дюн из замерзшего углекислого газа, покрытых коркой инея холмов из необработанного металла и вихря белых гранул, бесконечно сыплющихся с тусклого и угрюмого неба.
Рядом с ним его коллега Расти Питерс — бывший заключенный СИЗО-1, затем верный человек, а теперь, по собственному желанию, главный помощник Болди, запихнул еще горсть мусора в и без того выпирающую челюсть.
- Как странно.
- ‘Infinooty’, - повторил Харриган. - По-латыни это означает «пока у тебя не начнутся мурашки по коже». Разве на этой паршивой планете никогда не бывает ничего, кроме снега?
- Иногда бывает, - утешал Расти, - мокрый снег. Черт возьми, Болди! В любом случае, здесь, под куполом, безопасно и тепло. А что, если бы мы жили в пещерах, как туземцы? Им действительно приходится нелегко.
Выцветшие от времени глаза Болди Харригана сверкнули.
· Чем жестче, - прорычал он, - тем лучше! От этих зеленых штанов у меня
болит голова, когда я сижу. Если бы не они, мы могли бы слушать музыку и смотреть фотографии из Нью-Осло. Что-нибудь, чтобы скоротать время.
Но, нет! Они выбирают такое время года, как это, чтобы поразить нас своей атмосферой. А это значит, что все, что мы получаем из развлекательных программ, - это закодированные сводки погоды и приказы о переносе рейсов.
- Ну погоди! Как только наступит первое ясное время, я отправлюсь в экспедицию и задам им трепку! В любом случае, кто-то давно уже должен был это сделать.
- Но это уже делали, - сказал Расти, – И не раз, не два, а примерно шесть миллионов раз. Патруль ведет войну с уранианцами с тех пор, как первый космический корабль сбросил здесь гравилеты. И что? Им все еще не удалось подавить их, туземцы все еще совершают налеты на земные колонии. И я их не виню за это - задумчиво добавил он. - В конце концов, Уран был их планетой, пока не появились мы. А Патруль - это не совсем то, что можно назвать дискуссионной командой. Его миссионерский метод - пиф-паф! с Ротор-пистолетом, потому что ты цивилизованный...
- Солнечный космический патруль, - начал Харриган натянуто. - Да, я знаю. Он приносит порядок в хаос. По крайней мере, так написано на пуговицах его формы. Они сумасшедшие, Болди!! Эти ракетчики ничем не отличаются от любой другой группы завоевателей. Они делают то же, что и Англия, Индия и Голландия на Тихом океане, а Штаты - на Филиппинах. ‘Под звездным флагом мы несем цивилизацию Крэга’ — и так далее!
Расти хмыкнул, с надеждой оглядел переднюю с металлическими стенами и вылил дрожащую струйку коричневой жидкости точно в центр стоящего вдалеке чана.
- Тем не менее... - сказал Болди.
- Уранцы - вредители, - признал Расти. - Они путаются у нас под ногами и совершают набеги на наши аванпосты, уничтожая наше оборудование. А когда им удается раздобыть порох, что случается нечасто, они даже нападают на города с куполообразными крышами, такие как Нью-Осло. Почему бы нам просто не собрать их всех в одном месте и не стереть с лица Урана.
- Тем не менее... - повторил Болди. – и как бы там ни было.
Экран внутренней связи у дальней стены вдруг посветлел. На пластинке появилось лицо Томми Хендерсона, радиста исправительной колонии.
- Начальник Хорриган? Важное сообщение от патрульного штаба.
- Продолжай.
- Это приказ, подписанный полковником Кочрейном, командующим межпланетным подразделением №134. В нем говориться «Руководящий Совет Планетарного Союза, собравшийся на конгресс, решил, наконец, проблему Урана».
- Погоди-ка! – рявкнул Болди и уставился на своего напарника в медно-соломенной шляпе. – Должно быть, мы с тобой экстрасенсы. Это как раз то, о чем мы с тобой говорили. Мы сейчас будем, Спаркс.
Последние слова он бросил на экран через плечо, потянув Болди за локоть и его походка методично перешла в бег. Озадаченное лицо радиста исчезло с экрана, когда двое мужчин поспешили через купол в комнату связи.
Там, несколько мгновений спустя они увидели сообщение целиком. Как и сказал Спаркс, оно было от командира нового гарнизона Нью-Осло. «Руководящий совет Планетарного союза, – говорилось в нем, – собравшийся на конгресс, решил, наконец, проблему Урана. Это должно быть исполнено незамедлительно, чтобы дата завершения совпала с завтрашним праздником, который отмечается всеми землянами. Настоящий приказ отменяет все предыдущие приказы и планы боевых действий. После получения этого сообщения командиры всех аванпостов соберутся на эту базу за более подробными инструкциями...»
- И так далее, и тому подобное..., – закончил он и посмотрел на Питерса с чем-то вроде благоволения в глазах.
- Командиры! - сказал он. - Командиры всех аванпостов! Эй, это я!
Но еще более ошеломленным был его спутник. У Расти отвисла челюсть, и он угрожающе разинул рот.
- Ну разве это не виппер? - прошептал Расти. - Найти решение проблемы, выбросив за борт все эти старые боевые планы. И все из-за даты. Какого числа?
- Не смотри на меня. – Резко сказал Болди. - Я потерял счет времени еще лет девять назад. Кого, черт возьми, волнует, какое сейчас земное число на этой планете, которой требуется восемьдесят четыре года, чтобы совершить оборот вокруг Солнца? Главное, что нужно что-то делать. Наконец. И я, я в этом замешан. Мне нужно идти к... Эй, Спаркс!
- Да, сэр?
- Позовите Хогана в камеру хранения. Скажите ему, чтобы он достал мне балджер, проверил и заправил мотоциклы и вызвал водителя. Мне нужно попасть в Нью-Осло, и побыстрее!
- Да, сэр!
- Послушай, Болди, – вмешался Расти, - когда доберемся до места, скажи им то, что я только что говорил. Насчет того, чтобы быть помягче с Уранцами, помнишь? Честно говоря, я думаю, что это разумно чтобы...
- Чтобы выяснить, - фыркнул Харриган, - что круче, Уран или Меркурий? Я ничего им не скажу, Расти. Патруль знает, что делает. Послушай, ты будешь командовать этой дырой, пока меня не будет. Постарайся как следует, и в следующий раз тебе повысят баллы. Заставь людей починить изношенные водосточные трубы и следи, чтобы из помоев не получился суп с водой для мытья посуды.
- И приложи руку к своему большому мягкому сердцу!Лэпсли и Юст должны отбывать наказание в колонии строгого режима! Не устраивай для них никаких розовых чаепитий или вечеринок! Ты понял?!
- Ой, Болди...
- Ты сделаешь, как я сказал?Или...
- Конечно, только...
- Тогда ладно. Спаркс, проверь шлюзовую камеру. Ну что, Хоган, это ты? Все готово? Хорошо, я сейчас буду. - Он ткнул мясистой лапой в сторону Питерса. - Продолжай, приятель. Еще увидимся!
После чего он ушел.
Оторвавшись от настенной панели радиорубки, Расти наблюдал, как нос мотоцикла его друга, оторвавшись от земли, описал большой круг, чтобы поймать направляющий луч, и устремился на восток над посеребренной инеем местностью. Непрекращающийся снегопад был похож на огромную плотную завесу, которая сначала скрыла очертания крепкого лыжника, единственного в своем роде мобильная установка, установленная на замерзшем дне Урана, полностью скрыла его очертания. Когда сплошной белый цвет скрыл даже крошечную красную точку выхлопа, Расти повернулся, в его глазах все еще читался вопрос, на который он не получил ответа.
- Я не понимаю, Спаркс. Я никак не могу этого понять! Патрулю нет смысла отдавать такой приказ, если только они... Слушай, ты ведь знаешь, какой завтра день, не так ли?
Радист беспомощно посмотрел на свои аудиосистемы.
- Это вторник? - спросил он.
- Я знаю, что вторник, - сказал Расти. - Я имею в виду, какой день какого месяца?
- Ну, дело в том, Расти... Я здесь уже давно. Мы почти не общаемся с внешним миром, знаете ли. И я некоторое время пытался вести дневник, но, ну, вы же знаете, как это бывает. Дни пролетают незаметно, и...
- Другими словами, - простонал Расти, - ты не знаешь. Когда я взял тебя в помощники, я получил настоящего недомерка! Должно быть, сегодня какой-то особенный день, раз патруль решил...
Его глаза снова обратились к кварцитовой оконной раме. И вдруг он ахнул и захихикал, и с его губ сорвался громкий радостный рев.
- Ну конечно! Теперь я знаю. Спаркс, мне стыдно за себя! Должно быть, когда мы покидали Землю, наши лучшие инстинкты остались на ней! - Его глаза сверкали от возбуждения и быстрого принятия решения. - Включай песню, Спаркс! Подключи мастерские, лаборатории, комнаты отдыха. Я хочу, чтобы каждый человек под куполом был в зале ровно через пять минут!
Радист посмотрел на него с сомнением.
- Но Харриган сказал...
Харриган сказал, что я командую, не так ли? И ты сделаешь, как я сказал, или... - Словно спохватившись, он предложил альтернативу, - или мне придется оторвать тебе голову и засунуть ее тебе в глотку?
- Я сделаю это, мистер Питер, – сказал Спаркс взволнованно и схватился за кнопки. Расти с довольством потер руки. Он проглотил свою порцию некоторое время назад. К своему великому смущению, он узнает об этом позже. Но сейчас он сиял от восторга и энтузиазма.
- С тех пор, как меня назначили здесь помощником начальника тюрьмы, - злорадствовал он, - я пытался донести до земных властей, что здесь, в П.С.1, мы не обычная тюрьма. Находиться за тысячу восемьсот миллионов миль от дома - это достаточное наказание для людей, но к нам еще и относятся как к отбросам общества.
Нам с Болди удалось убедить в этом инспектора Вегланда, когда он сломался в степях. Но теперь у нас есть шанс доказать всей этой чертовой Вселенной, что, несмотря ни на что, обитатели этого места – люди со своими чувствами и стремлениями.
- Спаркс, когда вы слышали о нем в последний раз, где было ближайшее убежище туземцев?
- Недалеко отсюда, в Сирских горах. Полчаса ходьбы.
- Я так и думал. Так что мы гораздо ближе к «Рейнджерам», чем Патруль, что делает мою идею безумной. А теперь, послушай, Спаркс. Вот что мы сделаем...
Полковник-кокрейн из Службы космической безопасности, мрачный, седой, увешанный медалями, свидетельствующими о его доблести в полусотне уголков Вселенной,молча изучал лица людей, прибывших в Нью-Осло по его требованию.
- Есть вопросы, джентльмены?
Начальник тюрьмы Пэт Харриган нервно кашлянул. По званию он был капитаном, но прекрасно понимал, что его звание было всего лишь полувоенным. Он провел вспотевшей ладонью по своей голой макушке.
- Разве это не... - начал он и замолчал, покраснев, чтобы начать сначала. - Разве это не своего рода безжалостный способ воздействия на преступников, полковник? В конце концов, как один из парней из моего... мой ассистент Расти Питерс сказал, что Уран был их планетой, пока мы не прилетели сюда. Может быть, нам следует быть с ними помягче, или...
Кокрейн нахмурился, и полдюжины его подчиненных офицеров послушно изобразили на лицах неодобрение.
- Переговоры оказались бесплодными, начальник. Коренные жители Урана - угрюмый, опасный и вероломный народ. Наша задача - положить конец их периодическим восстаниям. Необходимо применение силы, которе приведет к полному уничтожению, если они окажут сопротивление.
- Но если вы хотите мира...
- Это именно то, чего мы хотим. Но поскольку они не подпишут пакт о мире, мы примем более жесткие меры для прекращения военных действий. - Кокрейн выпятил грудь. - И это совершенно уместно, что завтрашний день принесет Уран в семью детей Солнечной системы. Это дата, почитаемая всеми землянами, занесенная в наши анналы, отмечаемая землянами по всей Вселенной...
- Вот опять. - сказал Болди. - О, да, верно. Завтра... э—э... э-э...
- Девятнадцатое ноября! - с гордостью сказал полковник Кокрейн. - День, который мы празднуем. День Империи!
- Черт возьми! - пробормотал Харриган себе под нос. Ну конечно! День империи! Он должен был догадаться об этом. Он должен был вспомнить тот момент, когда увидел сообщение, призывающее его на эту встречу. Девятнадцатое ноября было годовщиной того дня, когда около семидесяти с лишним лет назад военная мощь Земли привела к перемирию и, в конечном счете, к миру, объединившему четыре внутренние планеты в единую империю. Недаром это был величайший праздник Земли. Потребовалось тридцать долгих лет, миллионы жизней и неисчислимые богатства в ремеслах и оружии, чтобы создать союз, который теперь так спокойно управляется с Земли.
Восстание Ролли на Меркурии, восстание в Фонтаналенде на Марсе, двенадцатилетняя осада Венус-Сити - все это закончилось мирным путем 19 ноября 2238 года нашей эры. Тот день также ознаменовал начало новой эры. Эры дальнейших исследований. Земные заводы, которые наконец-то смогли прекратить массовое производство вооружений и занялись проблемой совершенствования космических аппаратов. В результате их исследований появились такие изобретения, как виттенбергский конвертер, вакуумные камеры Холлоуэя, анатермы — и границы снова начали раздвигаться перед натиском человеческих знаний.
Там, где когда-то планетоиды были хаотичной сетью неизведанных тайн, посещаемых только космическими мусорщиками и случайными ордами пиратов, теперь было огромное, нанесенное на карту плавучее месторождение руды для всей Солнечной системы. Юпитер не был завоеван, и не мог быть, в течение бесчисленных столетий, но два его спутника теперь предоставляли убежище земным колонистам. Во внешних кольцах Сатурна разрабатывали космические месторождения, собирая для обогащения Земли ценные осколки того, что когда-то было двумя спутниками. Уран гордился своими крошечными колониями. Нептун в настоящее время изучался для проекта колонизации. А далекий Плутон подвергался постоянной электронно-зеркальной бомбардировке, чтобы его ледяная поверхность могла стать когда-нибудь обитаемой для людей.