Обратная сторона Солнца. I. Нигредо. Созданный из пепла

— Из всех преступлений ты совершил самое тяжкое. Пятнадцать лет я держал у себя бездарное на вид дитя в надежде увидеть от него силу, не сравнимую ни с какой из существующих. И наконец, увидел. Но слишком разрушительной она оказалась. Содержать тебя дальше, сын мой, не могу я больше. Твоей силе нужно другое применение, но в этом мире не найтись ему.

Все звуки вокруг стихли. По крайней мере, так казалось Иллариону. Лишь звенящая тишина впивалась в его мозг через скрытые под длинной серой чёлкой уши раскалёнными иглами.

В этом мире… Разве есть другие? Но в какой ему велят отправиться? Задать вопросы он не посмел бы, а Модест продолжил выносить приговор, не давая ни минуты на рассуждения:

— Прежде только эсквайры и рыцари могли услышать то, что я поведаю сейчас, но с ходом времени меняются и обстоятельства. Младшие мои сыновья, отныне и вам да будет известно, ради чего все мы с вами трудимся на протяжении уже четырёх сотен лет. Ради Пророчества, что решился рассказать всем жителям Муспельхейма один из тиранов-потомков лжебогов перед расплатой за грехи свои! Так и погибли бы все обелиски, если бы не выпытал я у него эту правду в тот день… Теперь и вы услышите её!

«Нигредо. Родится из пепла прошлого дитя, столетиями без цели скитавшееся. Однажды вороны выклевали его прежнюю плоть.

Альбедо. Словно ото сна кошмарного проснётся на земле иной, ещё полтора столетия созерцать чужие судьбы будет, подобно лебедю из темной пещеры своей.

Цитринитас. Золотым орлом с небес сорвётся, глотку хватая добыче, что предкам своим в знак благодарности преподнесёт.

Рубедо. Выклюет пеликан свои внутренности, предкам даруя. Установится истинный порядок вещей, Фениксом обретён Философский Камень будет».

Рыцари, стоявшие подле трона, слушали Пророчество с благоговением, словно слышали его впервые, как смертные внимают каждому слову, что вещает им сошедшее с небес божество. Сержанты с замиранием сердца взирали на короля, не смея нарушить священную тишину своим дыханием.

Так значит, все эсквайры и почётные рыцари служили в замке не только, чтобы защищать короля ценой своих жизней, но и дабы исполнить Пророчество? Но что оно предсказывает? Почему столь туманен его слог? Плотная пелена заволокла сознание Иллариона. Едва ли оно было в состоянии внять хоть одному слову из Пророчества, но он всё равно с первого раза запомнил каждое. Память его была не такой кратковременной, как у смертных, за всю жизнь он забыл только годы скитаний в полях Иару.

— Дитя, чтобы искупить этот грех, будет мало казнить тебя, не хватит и сотен лет пыток. Чтобы возместить то, что забрал, ты можешь только исполнить Пророчество собственными руками. Ты понимаешь, какая ответственность возлагается на плечи твои?

Исполнить Пророчество… Собственными руками? Но как такой грешник, как он, может быть человеком, что установит истинный порядок вещей?

Это ведь попросту невозможно. Чтобы искупить свои грехи, он