<< 1 2 3 4 5 6 7 >>

Николай Иванович Леонов
Подпольный олигарх

Валерка, болезненно морщась, непослушной рукой попытался открыть свою, но это у него не получилось. Рискуя съехать в пропасть, цепляясь руками и носками туфель за осыпавшиеся выбоины, Гуров быстро, как только мог, обполз почти на четвереньках машину сзади и схватился за ручку водительской дверцы. Внезапно он почувствовал, как валун, выбитый из своего ложа, подозрительно вздрогнул. Вздрогнула и «Волга» и даже как будто на какой-то сантиметр подалась вперед. Вниз полетели оторвавшиеся от склона огромные глыбы каменистого грунта. Отчаянным рывком Гуров распахнул дверцу, замок которой при столкновении заклинило, и с большим трудом выволок сержанта из-за руля.

Тот, пребывая в шоковом состоянии, едва мог двигаться, и Гурову пришлось тащить его прочь от этого места, которое становилось все более опасным. Комья грунта, мелкие и огромные, продолжали сыпаться вниз, сетка трещин ползла по склону все выше и выше.

– Валера, Валера, давай, двигайся хоть как-нибудь! – волоча вверх стонущего сержанта, без конца повторял Гуров.

Когда они были от машины метрах в пяти, где-то посреди между ними и «Волгой» поперек склона широкой дугой пробежала стремительно растущая трещина. Огромный ломоть каменистой земли вместе с деревом, валуном и машиной, как в замедленном кино, стал сползать вбок, вниз… и, словно все-таки решившись, стремительно ухнул в пропасть. Плотная туча желтоватой пыли повисла в воздухе.

Обливаясь потом, Гуров тащил Валерку по склону, который, казалось, никогда не кончится. Сержант немного пришел в себя, старался ему помочь, цеплялся за камни и выбоины все еще непослушными руками. Где-то наверху, на дороге, раздался скрип тормозов и послышались встревоженные голоса…

Спустя полчаса Гуров сидел в кабинете начальника Кузоевского райотдела милиции. Молоденькая медсестра хлопотала подле него, промокая ссадину на лбу тампоном с перекисью водорода. Хозяин кабинета, пожилой лысоватый майор с «трудовой мозолью» живота, распиравшего мундир, озадаченно чесал затылок, слушая рассказ Гурова о том, что случилось.

– Знать бы номер этого мерзавца, мы бы его в момент нашли! – досадливо хлопнув ладонью по колену, вздохнул он.

– Да номер-то его я назову, – кивком поблагодарив медсестру, Гуров пожал плечами. – Это «ЗИЛ» бело-синий, судя по дизайну – одного из последних выпусков, госномер – двести восемьдесят девять. Вот буквенный индекс, к сожалению, не запомнил. Но, мне кажется, преступник обязательно примет меры. Номер поменять – дело не хитрое.

– Ну и память у вас! – восхитился майор. – Запомнить номер машины в минуту смертельного риска – это, знаете ли, не каждому дано. Вот что значит столичный профессионал! А насчет машины не беспокойтесь. Места у нас хоть и глухие, но информация быстро расходится.

Вызвав дежурного, майор распорядился немедленно найти по базе данных владельца «ЗИЛа». Ждать пришлось недолго. Как оказалось, именно с этого утра машина числилась в розыске.

– Хозяин нам часов в девять звонил, просил найти, – сообщил дежурный.

– А кто он? – почувствовав какой-то подвох, поинтересовался Гуров.

– Это Сычев Федор Васильевич, коммерсант. У нас в Кузоеве обосновался лет пять назад, приехал сюда вроде бы из Ростовской области.

– Сычев… Сычев… Сычев… – Гуров напряженно пытался припомнить, где и при каких обстоятельствах он совсем недавно уже слышал эту фамилию. – Стоп! Про некоего Сычева сегодня утром я читал в сводках областного УВД. Занятное совпадение. Уж не тот ли самый?

– Возможно, – кивнул майор. – Если речь идет о незаконных сделках по купле-продаже золота, то это действительно он. За темные делишки его как-то раз задержали. Но возбудить уголовное дело оснований почему-то не нашлось. Отпустили с миром. Говорят, кто-то из области за него словечко замолвил.

– Срочно найдите Сычева и немедленно доставьте его сюда, – потребовал Гуров.

– Да, кстати, одного субъекта буквально час назад задержали на территории больницы, – оживился майор. – Думаю, он вам будет интересен, поскольку под видом медработника пытался проникнуть в палату, где помещен рабочий прииска, по-моему, Упорин, к которому вы приехали.

– Так! – Гуров стиснул пальцы рук. – Значит, нас все же опередили. Но, как я понял, это им ничего не дало.

Когда задержанного доставили в кабинет, Гуров обратил внимание на громадный красно-фиолетовый «фонарь», расплывшийся по его лицу почти от уха до переносицы.

– Как вы смеете меня задерживать?! – с нагловатым высокомерием объявил «доктор», с которого все еще не сняли белый халат. – Требую, чтобы обо мне немедленно сообщили моему адвокату и моему руководителю. Официально заявляю, что происходящее со мной я расцениваю как грубейшее попрание гражданских свобод и вопиющий милицейский произвол.

– И кто же ваш… э-э… руководитель? – протирая платочком очки, флегматично поинтересовался майор.

– Я помощник депутата областного собрания Кучапкина Евгения Ардальоновича. Меня зовут Антон Сиповицын. У вас мои документы – загляните. Позвоните по телефону сто семьдесят семь – сто тридцать три, и вам объяснят все, – с прежним апломбом провозгласил задержанный.

– Так что же, если не секрет, вы делали в больнице? Выполняли какой-то из депутатских наказов вашего патрона? – усмехнулся Гуров.

– Нет, – зло процедил Сиповицын. – Я представляю фонд помощи пострадавшим от рук преступников «Защита, милосердие, сострадание». Я заместитель председателя фонда, и моя задача – курировать лечебные учреждения, где проходят лечение те, кто стал жертвой преступников. Мы помогаем в приобретении необходимых лекарств, оказываем психологическую поддержку.

– Смотри-ка! – рассматривая какое-то удостоверение, удивился майор. – И в самом деле – заместитель председателя… Вот, взгляните. – Он протянул Гурову темно-красную «корочку» удостоверения с золотыми буквами на обложке. – Это же надо – и ксиву состряпали…

– Да-а, действительно. – Гуров покачал головой. – Сработано на совесть. Выходит, зря вас задержали. Можно сказать, на святое покусились. А не могли бы вы пояснить, что за препараты несли в палату номер пятнадцать и с какой целью? Хотелось бы знать и то, почему вы оказали более чем активное сопротивление сотруднику милиции, который хотел проверить ваши документы?

– У меня было только самое элементарное, что требуется всем больным, – физраствор в ампулах, сердечные капли, обезболивающие препараты… – с презрительной усмешкой перечислил Сиповицын. – Если из больницы принесли мой саквояж, посмотрите, что в нем, – там все то же. Ничего такого, что могло бы считаться противозаконным, там не было. А людей, совершивших на меня разбойное нападение с использованием огнестрельного оружия и специально обученных собак, я принял за преступников, которые намеревались помешать мне в выполнении моей миссии. Что касается сопротивления сотруднику милиции, то, как вы знаете, милицейскую форму можно купить на любом базаре. Откуда мне было знать, что это действительно милиционер, а не переодетый бандит?

– Не горячитесь, молодой человек, не горячитесь, – все так же флегматично ответил майор. – Сейчас мы позвоним и депутату и насчет фонда определимся – есть ли такой в природе вообще…

– Да уж сделайте одолжение!.. – язвительно раскланялся Сиповицын. – Хочу вас уведомить, что я намерен обратиться в прокуратуру с жалобой на действия ваших сотрудников и неизвестных лиц, по непонятным причинам имеющих оружие. За мой синяк этот деревенский охламон дорого заплатит!

– Ты о себе бы лучше подумал, – с сочувствием в голосе заметил Гуров. – Поговорим без протокола? Ты ведь шел убивать кем-то раненного рабочего прииска Виктора Упорина. Он знает что-то важное, что твои боссы хотели бы сохранить в тайне. Скорее всего, ты собирался сделать ему инъекцию чего-то сильнодействующего, скажем, вызывающего паралич сердечной деятельности. Твоя попытка провалилась, а в вашей среде такие проколы караются сурово. Так что я тебе не завидую.

– Не надо меня пугать! – пренебрежительно хмыкнул Сиповицын. – И вообще, я не понимаю, что за бред вы тут несете, хоть с протоколом, хоть без.

Но, несмотря на его браваду, было заметно, что он действительно чего-то боится. Когда его увели обратно в КПЗ, Гуров тоже засобирался уходить. Ему нужно было наконец повидаться с Виктором Упориным. К тому же хотелось проведать и сержанта Валерку, которого отправили в больницу прямо с места ДТП.

– Ближе к вечеру я сюда еще зайду, – сказал он, направляясь к двери. – Но мне так кажется, что к той поре этого Сиповицына вам уже придется выпустить.

Майор на это ничего не ответил, лишь флегматично развел руками: мол, на все божья воля.

ГЛАВА 8

Накупив в магазине допотопной постройки, зато с громкой вывеской «Лас-Вегас» всякой всячины в качестве гостинцев, Гуров в сопровождении Шаньгина направился в больницу. Охрана у палаты Виктора уже сменилась, но немногословные промысловики без лишних расспросов их пропустили. Лишь на белую наклейку на лбу Гурова встречные посматривали с удивлением и любопытством.

– Витек, это товарищ из Москвы, – представил Гурова Шаньгин. – Старший оперуполномоченный полковник Гуров, Лев Иванович.

Упорин, на голове которого за последние дни бинтов поубавилось, явно шел на поправку. Рассказывая о случившемся с ним, Виктор упомянул о загадочной находке, кем-то сделанной на прииске, и о не менее загадочной дате, упомянутой неизвестными в разговоре.

– Трое их было. – Виктор говорил еще не очень внятно, но уже мог приподниматься и садиться на постели. – Двоих в лицо разглядел, но это не наши, ни разу их до этого не видел. Один худой, в годах, другой – мой ровесник, светловолосый такой, все улыбался да рассусоливал про какие-то миллионы. А у нас давно уже ходили среди ребят разговоры, что дурит нас наше начальство. Все талдычит, будто бы мы в месяц металла добываем около ста кило, а на деле его больше тонны. Только нам от того ни холодно, ни жарко – как кидали в день «пятихатку» на нос, так и кидают. Стою, слушаю дальше. Они у конторского вагончика обсуждали какую-то затею. Из разговора я понял, что нашли у нас что-то редкое, необычное, стоящее огромных денег. Третий, его в темноте я не разглядел, но, по-моему, это был наш механик, повел их смотреть ту диковину. Я решил пройтись за ними следом, хоть узнать, что у нас на прииске творится. И только отошел я за ними от лагеря, как меня в спину будто что-то ударило. И больше ничего не помню. А еще до этого тот улыбчивый… Его то ли Гоша звали, то ли Коша…

– Может, Тоша? – уточнил Гуров.

– Может… – согласился Виктор. – Так вот, он сказал, что зачем-то к нам прилетит «вертушка», и это будет двадцать четвертого. А еще он в темноте обронил какой-то блокнотик. Я его подобрал, он здесь, под матрацем. Возьмите, авось пригодится.

Когда они уже попрощались, Виктор сообщил, что завтра его забирают в родную деревню, где местные травознаи поставят на ноги в два счета. Да и безопасней там – тут, того и гляди, опять может заявиться какой-нибудь фальшивый доктор.

Зашел Гуров и к Валерке. Тот, сидя на кровати, листал журнал. Пакет с яблоками, апельсинами и сладостями привел его в смущение.

– Лев Иванович, ну зачем это вы? Я вам и так обязан, не знаю как… – почему-то пряча глаза, говорил он. – Я тут вам одну вещь по секрету хочу рассказать. – Он замялся, и Гуров понял, что сюрпризы на сегодня еще не закончились. – Вы только плохо обо мне не подумайте, но наш Миг-два… – ну, так у нас прозвали полковника Миляева – приказал мне ежедневно в письменной форме докладывать ему, куда вы ездили со мной и с кем встречались. Я для отвода глаз ему пообещал, а сам решил, что буду гнать всякую ахинею. Что я ему – «шестерка», что ли?

«Ай да Миляев! Ай да Миг-два! – размышлял Гуров, выходя из больницы. – Получается, транспортом меня обеспечил только для того, чтобы знать, в какую сторону я копаю?» Он снова вспомнил о странной привычке полковника к месту и не к месту плотно зажмуриваться и едва не рассмеялся. Но, придя к выводу, что это может быть связано с нервным расстройством, посчитал такой смех не совсем уместным.

– Лева!!! – Как смерч налетев на Гурова, внезапно появившийся Стас схватил его за плечи и, основательно встряхнув, засыпал вопросами: – Ты как?! Жив? Здоров?

– Да я-то ничего, а вот парню досталось, – устало улыбнулся Гуров. – Молодец, не растерялся, сумел удержать машину. Я уж думал – загремим…

Он вкратце рассказал другу и соратнику о событиях этого дня.

– А я уже после обеда собирался идти в гостиницу, слышу в коридоре разговор, что на дороге у Кузоева сорвалась в пропасть машина с московским представителем. Ну, я сразу забрал из гостиницы вещи и рванул сюда. Вдруг, думаю, ты в больнице… Нет, о худшем я и мысли не допускал. Не дай бог чего – что я Марии скажу?

– От судьбы не уйдешь. Кстати, Валерий, водитель «Волги», по секрету сообщил, что полковник Миляев…

<< 1 2 3 4 5 6 7 >>