– Ваше желание спасти человечество похвально, мастер Тьери, но не оправдывает Вас перед законом. Суд признаёт Вас виновным в связи с людьми и преступной халатности, грозящей опасностью Белому братству. По решению суда, Вы проговариваетесь к изгнанию. – провозгласил судья, и как бы между делом добавил, – Если Вам повезёт убежать.
– Пани Иктис, Вы получаете предупреждение и можете быть свободны.
Герман вздохнул с облегчением.
Колдуны в мантиях синхронно поднялись со своих мест. Судья тут же обратился филином и улетел. Старший Ловец поймал взгляд Джейн, и кивнул в сторону Германа.
– Прощайтесь. – сказал он.
Из глаз ведьмы, не переставая, лились слёзы. Она подошла к Герману и крепко обняла его. Брат поцеловал её в лоб и тихо сказал:
– Поезжай к мойему отцу и оставайсья у него.
– А если они убьют тебя? – так же тихо спросила Джейн.
– Они меня нье поймают. – подмигнул Герман, – Скоро мы увидьимся.
На сердце у него было тяжело, ведь на самом деле он не был уверен, что они встретятся снова.
Тьери посадили в машину и увезли. Последний из оставшихся ловцов бросил короткий взгляд на заплаканную ведьму.
– Не беспокойтесь, мы выдадим Вам его тело. – сообщил он, и растворился в воздухе.
Эпилог
На рассвете Германа привезли за город в безлюдную местность, развязали руки и толкнули по направлению к лесу. Пятеро мастеров в военной форме, прибыли на место раньше. Командовал ими старший Ловец. Они стояли полукругом.
Герман был собран. Он знал, что по традиции они должны огласить приговор.
– Пан Герман Тьери, Вы обвиняетесь в открытой демонстрации колдовских способностей, а также связи с людьми. Суд приговаривает Вас к изгнанию.
Герман сделал шаг назад, и окинул пронзительным взглядом стоящих перед ним.
– Беги. – коротко приказал старший.
Герман дерзко улыбнулся, глаза его тут же блеснули зелёными огнями. Колдун неестественно изогнулся назад. Он подпрыгнул и перевернулся через голову. На землю опустился чёрный лис. Зверь фыркнул, и со всей силы оттолкнувшись задними лапами от земли, бросился в лес.
Уже через долю секунды за ним вдогонку пустились пять натренированных собак. Бежали они слаженно, мастерски огибая деревья, перепрыгивая кусты. Ветер свистел в ушах от скорости.
Маленькое сердце лиса колотилось, как отлаженный мотор, глаза его горели азартом, адреналин ударил в голову, прибавляя сил больше, чем страх смерти. Он нёсся как чёрная пуля, обманывая, подскакивая, меняя направление и путая следы.
Собаки были быстрее. Несколько раз они окружали Германа. Он прыгнул одному из ловцов на морду, оттолкнувшись когтистыми лапами от его головы, разорвав ему ухо, и умчался в другую сторону, выиграв пару секунд форы.
В лапы впивались иглы от елей и мелкие камни, но колдун не чувствовал боли. Окрас скрывал лиса в тени. Увидеть его было не просто, но ловцы были профессионалами.
Они убежали уже довольно далеко. Герман не знал, сколько времени прошло, но его дыхание стало тяжёлым, он всё чаще оступался и сбавлял скорость. На миг ему показалось, что он оторвался от преследователей, и колдун воспользовался мгновением, чтобы обернуться. Тут зубастая челюсть, показавшаяся ему огромной, клацнула у его ребра и вырвала клок шерсти, оставив раны, впрочем, не смертельные. Новая волна адреналина накрыла лиса, и у него открылось второе дыхание.
Они бежали в гору, Герман плохо знал эту местность. Тут он снова услышал, что собачьи зубы, как железные капканы, лязгают у его задних лап. Он прибавил скорость на пределе возможностей, и вдруг под ним кончилась земля. Колдун полетел вниз с обрыва изящным лисьим пируэтом и, красиво, мордой вниз, вошёл в воду. К его счастью, там текла глубокая река.
Ловцы затормозили. Тормозной путь поднял много пыли. Они подошли к краю обрыва, тяжело дыша с присвистом, высунув длинные языки, которые болтались как тряпки. Они посмотрели вниз.
Течение было быстрым. Ловцы перевоплотились, и понаблюдали ещё какое-то время, переводя дыхание и доставая винтовки. Подождав немного, крепкие парни в военной форме констатировали, что дело, по-видимому, сделано и поплелись обратно. Впрочем, теперь они передвигались по краю обрыва, смотря во все глаза, ловя возможность увидеть в потоке человека.
Часть 2
Пролог
Герман поднял голову на поверхность и резко вдохнул, закашлявшись. Новая волна накрыла его с головой. Изнеможденный, он всё же выбрался на берег, и уронив голову на песок, тут же заснул.
Ханна и её брат жили в деревне неподалёку и теперь, глубокой осенью, уходили в лес, чтобы найти последние грибы. Проходя мимо пустынного в это время года пляжа местной реки, девушка вдруг остановилась.
– Антон, смотри, – она подставила ладонь ко лбу, чтобы закрыть глаза от солнца, – там кто-то есть.
Приглядевшись, она взялась за сердце.
– Господь всемогущий…
– Утопленник. – предположил её брат – пойду, посмотрю.
Ханна побоялась подойти. Утопленники – зрелище не девичьих глаз.
Антон спустился с холма, спрыгнул с обрыва и, оставляя глубокие следы на песке, подошёл к спящему колдуну. Герман лежал наполовину в воде, и видимых признаков жизни не подавал. Парень увидел, что цвет его кожи, хоть и бледный, но не трупный. Отёка тоже не было.
Пацан слегка пнул «утопленника» ногой. Ничего не произошло. Тогда он присел на корточки и нерешительно тронул колдуна пальцем за руку. Рука была мягкой и холодной.
«Хмм.. – подумал Антон, – на мертвеца, вроде, не похож.»
Этот деревенский парень был гораздо более трусливым, чем казался на первый взгляд. Прикасаться к трупу голыми руками было отвратительно и страшно, но всё-таки он медленно поднёс руку к горлу Германа, и пощупал его пульс. Сердце колдуна билось спокойно, отдавая ритмичными ударами в пальцы Антона.
– Он живой! – крикнул сестре парень. – Беги в деревню, зови мужиков!
Ханна всплеснула руками и побежала вверх по пригорку.
Вчетвером мокрого, перепачканного в песке Германа приволокли в деревню и положили на кровати в доме Антона. Местный фельдшер бегло осмотрел его. Кроме глубоких царапин на пояснице, повреждений не было. Германа переодели, вымыли его порезы, лицо и руки, и оставили приходить в себя. Прошёл день, «утопленник» не просыпался. Вздыхал он редко, сердце его билось медленно.
Утром следующего дня, Ханна, пришла, чтобы разбудить спящего гостя. Она принесла к его постели миску с бульоном и пару ломтей хлеба. Вздохнув, девушка присела на кровати. Она провела тыльной стороной ладони по чёрной щетине на его щеке, тронула пальцем его губы и легко прикоснулась к груди.
Герман глубоко вздохнул и перевернулся на бок. Девушка затаила дыхание. Ей стало стыдно. Подождав немного, Ханна осторожно толкнула колдуна в плечо, и позвала:
– Эй… эй, проснись…
Колдун не просыпался. Девушка подождала ещё немного, и всё-таки вышла из комнаты, оставив дверь приоткрытой.
Проходя по коридору, она услышала, как её брат говорил с отцом в кухне. Ханна замедлила шаг и прислушалась.
– Нечего ему делать в нашем доме! – говорил Антон – Нужно отвезти его в город, позвонить в полицию, пусть ищут родственников и забирают его!
– Побойся бога! Парень не бездомный. – пытался успокоить Антона отец – И документы у него есть и деньги наверняка есть. Пусть придёт в себя, потом и поговорим.