– Я нье религиозен. – отмахнулся Тьери.
– Вы не верите в бога? – изумилась девушка.
– Не знайю. – честно ответил колдун.
Ханна покраснела.
– Я рада Вас видеть. У Вас всё хорошо? – спросила она.
– Да, спасибо. – ответил колдун.
– Я очень рада. Пожалуйста, будьте осторожны. – улыбнулась Ханна.
– Почьему? – не понял Герман.
Звон утих, и последние запоздалые прихожане поспешили к началу службы.
– Тебе пора идти.
– До свидания, пан Тьери.
В ответ колдун кивнул и затянулся табачным дымом. Ханна прикусила нижнюю губу и пошла к церкви опустив голову.
Тьери выбросил сигарету и раздражённо вздохнув, зашагал прочь.
Небо затягивало тучами. Становилось холодно. Герман поёжился. Уходил он с удовольствием.
Колдун всегда жил вдали от городов, но такое убогое и тоскливое село он видел впервые. Грязные собаки шныряли по подобию дорог, серые дома с облезлой краской на стенах, косые самодельные заборы вызывали у такого закоренелого перфекциониста как Герман Тьери отвращение.
Он подумал, что если бы он остался здесь надолго, то ему стоило бы сделаться мэром этого забытого богами места, и привести его в порядок. И, наверное, он бы так и сделал, если бы не то, что светиться сейчас ему было никак нельзя. Сейчас нужно отсидеться в тени, пока Совет не забудет про него.
Колдун уже был на окраине, и его дом был не так далеко, как вдруг услышал:
– Слышь му*ила!
Тьери остановился.
– Ты х*ли тут шатаешься, а?
Герман не ответил.
– Я тебе говорю, пи**ас, иди сюда, бл*!
Увалень, лет двадцати, косая сажень в плечах, подошёл первым.
– Нехорошо получается. К тебе обращается уважаемый человек, а ты не отвечаешь. – из-за угла вышел ещё один парень, тощий, в разбитых очках.
– Ты чё цыган что-ль?
– Позолоти ручку!
Они рассмеялись мерзким сипом.
– Мы твою бабу имели впятером! Хаха у неё рыженькая даже п**да!
Тьери спокойно смотрел на них, прикидывая будет ли продолжение банкета.
Тот, что был косая сажень в плечах вышел вперёд. Он был лысый и кости на его лице выпирали наружу, создавая ощущение, что вместо физиономии у него был череп.
– Слышь, разговор есть. – сказал он.
Тьери скривился.
– Слышь, ты вали отсюда подальше. Чтобы тебя и твоих вонючих травок-муравок завтра здесь не было, понял ты, урод?
– Не рады тебе здесь. – пояснил тот, что косил под интеллигента.
– Твоё мнение мне не интерьесно. – равнодушно процедил Тьери, но уже стало очевидно, что спокойствие это напускное.
– Не желаешь, значит, по-хорошему разговаривать, пан ё*аный волшебник?
За спиной Лысого показались ещё двое. В сумерках их было не видно, но теперь их лица, раскрашенные синяками, можно было рассмотреть отчётливо, хоть они и сливались с убогим пейзажем.
– Ты чё думаешь, пе*ик, я тебя прошу что ли, или может предлагаю?
Издевательски вывел Лысый, как будто его изречение было до невозможности изысканно.
– У*бывайте нах*й, пока мы вам рога не пообломали!
Он шагнул вперёд. Тьери не отступил.
– Нех*й тут людям головы мутить, я те ещё раз, с*ка, говорю, последний раз! Съё**вайте! Или тебе и бабе твоей п**да, понял, ты!
– Что, и друзья твои тоже нье сдрейфят? Или только ты одьин тут герой? – прищурился Герман.
Свита Лысого Черепа приблизилась.
– Ты чё гад, нарываешься? – быканул Череп и подался вперёд, оттопырив челюсть, плечи и пах. Ему не хватало только рогов и кольца между раздувающихся ноздрей в носу, и был бы похож на быка в брачный период.
Видя, что их лидер готов перейти от разговоров к делу, остальные тоже приблизились к колдуну.
Тьери не ответил. Он внимательно смотрел в глаза Черепу как будто что-то искал в них. Он спрашивал себя, что на самом деле стоит за столь ярым желанием избавиться от них с Джейн. Страх? Ненависть?
– Чё язык в *опе забыл, ты?
Тьери усмехнулся и лысый Череп расценил это как зелёный сигнал светофора.
Он ударил Тьери справа, но колдун увернулся.