– Вобщем… – никак не мог решиться Антон.
– Мы не едем ни на какое озеро, так? – сердилась Джейн.
– В общем, нет. – обречённо кивнул Антон.
– Тогда куда ты везёшь меня?
– Не важно.
– Говори!
– Не важно, подальше оттуда!
– Что? – Джейн не могла поверить своим ушам. Антон поднял глаза.
– Она там. Колдун, может и не видит ничего, а я вижу. Я знаю!
– Что ты знаешь? – почти шёпотом сказала Джейн. Гнев сменился страхом.
– Она… Эта ведьма… – он запнулся и снова потупился.
– Что она? Ну! Говори! – у Джейн задрожали губы.
– Я видел её раньше.
– Как это? Где?
– В лесу. Той ночью… Когда я стал волком.
Джейн ошарашено молчала. Волк поднял глаза, полные отчаяния и вины.
– Прости меня, я должен был тебя защитить. Он бы и слушать не стал, это я уже понял, а может и, чего доброго, напал на меня или настроил тебя против меня, и тогда она бы тебя погубила.
– Антон, – Джейн осознавала и её глаза всё больше округлялись. – она, что? Она значит… чёрная?
– Не знаю я, как это называется, не понимаю я в ваших премудростях, только я как её увидел, у меня коленки затряслись. Пожалуйста, Дженни давай уедем как можно дальше и не вернёмся никогда! Я буду с тобой, и никто тебя не тронет!
Джейн ошарашено молчала.
– Поворачивай назад. – сказала она, наконец.
– Что? Нет. И не подумаю.
– Поворачивай назад!! – Джейн огрела его таким взглядом зелёных глаз, от которого волк чуть не наделал в штаны. Он взмолился.
– Милая, нет, прошу тебя. Она убьёт тебя и меня тоже. Она опасна. Я клянусь тебе, что видел её своими собственными глазами, там в лесу, это она прокляла меня! Дженни, милая, не заставляй меня возвращаться!
– Иди ты к чёрту! – крикнула Джейн, и хотела выйти из машины, но Волк поймал её за куртку и усадил обратно.
– Ладно, ладно, будь по-твоему, только не уходи!
– Я тебе щас так не уйду! – она хотела ударить его, но делать это она не умела и слёзы уже застлали её зрение и вместо оплеухи своему горе защитнику, она просто разрыдалась.
Волк не знал, что делать. Успокоить её, ехать обратно или рискнуть и поехать в другую сторону по объездным дорогам.
– Поворачивай назад! Отвези меня домой! – рыдала Джейн.
– Хорошо, хорошо. – Волк, скрипя сердцем, завёл мотор.
……
Аврора посмотрела в сторону и затем подняла взгляд на колдуна. Герман ухмыльнулся.
– Знаешь, я прощаю тебя, Тьери. Ты заслужил.
– Милая… – Герман нашёл в её словах великое облегчение от того глубокого чувства вины за своё поведение в их последнюю встречу. Ему не хотелось и вспоминать о переходе, его неконтролируемом гневе и то, как он лечил эту хрупкую девочку. Её ссадины, ушибы, царапины… Дело его рук.
– Спасибо. – прошептал он.
– Обними меня покрепче, дорогой. – попросила она и прильнула щекой к груди колдуна.
Он крепко обнял её, и вдруг, его лицо на секунду застыло. Он зажмурился и снова открыл глаза. Аврора, беспощадно медленно, вынула позолоченный нож для бумаг из горла Германа. Он попытался оттолкнуть её, но только выпустил из объятий и отшатнулся, задыхаясь и давясь собственной кровью. Аврора размахнулась, и с силой воткнула нож по самую рукоять в сердце колдуна.
Кровь полилась изо рта Германа, и он упал на колени. Аврора взяла колдуна за волосы и снова посмотрела в его распахнутые глаза.
– Я свободна. – сказала она, и третий раз, что было силы, ударила Тьери ножом под ребро.
Герман упал. Он прожил ещё совсем немного, безуспешно пытаясь дышать и, в конце концов, застыл с открытыми глазами, на снегу всё больше краснеющем от его крови. Аврора приоткрыла пухлые губы и слизала с ножа кровь колдуна. Потом опустилась на колени и закрыла веки своему последнему любовнику. Глаза её блестели, щёки налились румянцем. Ведьма ощутила странное наслаждение и пришла в восторг от этого.
Герман был уверен, что сможет излечить Аврору от старых ран бальзамом своей любви. Он не знал, или не хотел видеть, что той девочки, что сбежала с ним на праздник, робко сжимая его ладонь, больше нет. Та девочка была замучена в доме Первых, где всегда тихо, как в библиотеке, и двери, запертые на ключ, хранят свои страшные секреты.
Она выпрямилась и вдохнула полной грудью. Осипшим голосом, она говорила нараспев заклинание и раскачивалась в такт. Тени появились у её ног. Не прекращая ворожбу, Чёрная поднесла позолоченный нож к клейму Первых, и срезала его вместе с кожей.
Кровь брызнула из раны и, ручьями струясь по руке, капала с пальцев на застывшее лицо знахаря. Аврора не вскрикнула. Даже не поморщилась. Она ощущала блаженство. Тени вокруг неё становились тяжелее.
Отбросив нож, она взялась двумя пальцами за отрезанный кусочек кожи с клеймом. Ведьма блеснула глазами, и клеймо вспыхнуло, словно нейлон, расплавилось и исчезло.
Аврора вздохнула, не веря, что, наконец, всё закончилось. Кожа на всём её теле сморщилась и потемнела. Из глаз и изо рта её потекла чёрная кровь и слизь.
В эту минуту к ней приблизился некто.
– Хорошая девочка. – холодным тоном проговорил он. В ответ некто услышал только стон.
– Ну, что ж, уговор – есть уговор. Ты свободна теперь, как и хотела.
Ведьма сникла. Глаза её сделались пустыми и бесцветными.
– Можешь убираться. – разрешил чёрный, и Аврора растворилась в воздухе.