Лазаретный садик напоминал обитель покоя. Сюда не долетали звуки окружающего мира, только разминались в траве цикады. Пока Бри добиралась до лечебного крыла, искала проход, успело стемнеть. На ее счастье, ночь выдалась лунной, а еще теплой, какую не ожидаешь застать в конце августа. Стиснув розы в потных ладонях, Британи быстро ступала по песчаным дорожкам. Темноты она не боялась, да и вряд ли из тени деревьев на нее выскочил бы зомби. Патрулировать сад тоже не станут, бояться нечего, но все равно не по себе.
Но вот и лечебное крыло.
Мердок говорил, Кей поместили на первом этаже. Бри сумела подловить его в общежитии, расспросила о здоровье девушки. Увы, пока без изменений, но хоть жива. Условно жива. Кто с ней так поступил, тоже оставалось загадкой. Ректор устроил организаторам вечеринки знатный разнос, влепил по сто штрафных баллов за год и пригрозил отчислением.
– Я не думала, что он такой строгий, – вырвалось тогда у Британи.
Глупое замечание: она знала ректора не больше часа.
– Сам удивился. – Мердок нервно ковырял пол носком ботинка. – Не то чтобы я часто бывал у него кабинете, но Дон постоянно там ошивался, любит он розыгрыши. Прежде мастер Лабриан так не лютовал. Сто баллов! – простонал рыжий второкурсник. – Вам еще объяснят, но это катастрофа, почти гарантированное исключение летом.
И вот теперь Британи стояла в тени платанов, в паре метров от светлого пятна здания, и гадала, за каким окном спит Кей. Она надеялась, медицинская сестра оставила его открытым. Девушка уже убедилась, привычным путем не войти: дверь не заперта, но в приемной бдит целительница в белом халате. Мимо нее не проскользнуть.
– Ладно, осмотрю все.
Аккуратно ступая, чтобы не хрустел песок под ногами, Британи двинулась в обход. Девушка держалась вплотную к стенам, старалась слиться с тенями. Одно дело – сад, другое – фельдшерица. Вряд ли она обрадуется ночным посетителям.
Все окна одинаково темны, только пост дежурной сияет словно путеводная звезда. Прильнув носом к стеклам, Бри видела только пустые голые койки со свернутыми полосатыми матрасами. Она уже отчаялась отыскать Кей, когда в дальнем окне забрезжил огонек. На лампу не похоже: слишком слабый. Наверное, свеча. Затаив дыхание, Британи немного выждала и подкралась к окну. Глубокий вздох, и она заглянула внутрь, готовая в любой момент дать стрекоча.
Первой в глаза бросилась кровать – такая же узкая койка, на этот раз не пустая. На ней бледная, как покрывавшая ее простыня, лежала Кей. Бри сначала показалось, будто она мертва, но после она с облегчением осознавала ошибку. Лицо открыто, на столике какие-то склянки. Приободрившись, девушка потянулась к раме, надеясь сказать Кей пару добрых слов и положить цветы рядом с подушкой. Кто бы ни заходил в палату, сейчас его уже нет. Она привстала на цыпочки, почти коснулась наружного шпингалета, когда ночной посетитель вернулся. Британи замерла, боясь пошевелиться. Лишь бы ее не заметили!
Чуть сдвинув микстуры, мужчина поставил огарок свечи на столик и склонился над Кей. Его профиль показался Бри знакомым. Ну, конечно, ректор! Гвен некоторое время не двигался, пристально рассматривая лицо больной, а затем простер ладонь над ее грудью. От его пальцев потянулись тончайшие зеленые нити. Они вошли в Кей, за считанные мгновения сплелись в нечто вроде трубки или веревки. По ней из тела девушки в ладонь ректора потекли золотистые пылинки.
Глаза Бри расширились. Пальцы господина Лабриана светились! Да что там, вся его рука! Свечение словно разносилось кровью по венам, поднимаясь все выше, к плечам.
И тут ректор резко обернулся, посмотрел прямо в глаза Бри. Девушка испуганно отпрянула от окна и, не удержав равновесия, плюхнулась на землю. Быстро вскочив, она кинулась наутек. Взгляд Гвена сверлил лопатки, подстегивал, подгоняя к ограде.
Бред, с испугу Бри почудилось, будто глаза ректора светились. Но одно она знала точно: незваного свидетеля господин Лабриан по головке не погладит. К счастью, ректор вряд ли сумел ее толком рассмотреть. Раз так, если ее не поймают, девушке ничего не грозит. Она малодушно подумала, что подозрение в первую очередь падет на однокурсниц Кей.
Сердце выпрыгивало из клетки ребер, легкие болели, когда Британи добралась до погнутого прута. Она запоздало вспомнила, что оставила розы под окном. Кто-то мог вспомнить, как Бри шагала с ними из садов. «Да ну, – успокоила себя девушка, – меня никто в упор не видит. Какое всем дело до Мышки, когда рядом красотка, а впереди попойка с друзьями». Платье у нее неброское, прическа тоже, ни макияжа, ни манящей походки – идеальная маскировка.
Кое-как приведя дыхание в порядок, Бри прислушалась: тихо. Но ректор – мастер иллюзий, расслабляться нельзя. И девушка торопливо протиснулась в дыру, с облегчением оставив лазаретный садик за спиной.
Когда раскрасневшаяся Британи вернулась в общежитие, час отбоя давно миновал, пришлось выслушать нудную нотацию от консьержки.
– Смотри, – предупредила она, недовольная тем, что ее выдернули из кровати, – в последний раз отпираю! Еще раз припозднишься, на улице ночевать будешь или там, откуда пришла.
В любой другой ситуации Бри возмутилась бы. Решить, будто она!.. Но сегодня девушка лишь кивнула и, низко опустив голову, скользнула внутрь. Пусть лучше думают, что она гулящая, чем признаться… Хотя, в чем, собственно? Формально Британи не совершала преступления, отделалась бы легким выговором за ночные прогулки, но что-то подсказывало, ректору лучше не знать, кто застал его у постели Кей.
Софа не спала и при стуке двери подняла голову, оторвавшись от чтения. Потертый корешок сообщал, что соседка увлекалась не только учебной литературой.
– Хорошо время провела? – София потянулась и засунула книгу под подушку. – Что-то плохо выглядишь для свидания! – нахмурилась она. – Брось его и не бери в голову.
Рассказывать или нет?
Ополоснув лицо, Британи решила, что ей таки нужен взгляд со стороны.
– Я в лечебное крыло ходила, – присев рядом с кроватью соседки, призналась она. – И кое-что видела.
Прикусив губу, Бри замолчала. Глупости все, игра воображения.
– Ну, не томи!
Софа села и скрестила руки на груди.
– Тебя в разведку надо, – буркнула она. – Там молчунов ценят.
Британи вздохнула, сначала один раз, потом второй и наконец решилась. Если она не расскажет, то не заснет.
– Я ходила проведать одну девушку… Кто-то погрузил ее в летаргический сон. Ты еще не приехала, когда все случилось, а я сидела рядом… Ну, когда ритуал проводили. Вернее, мы играли в спиритический сеанс, а она вдруг застыла.
Собственные слова казались Бри детским лепетом. Софа тоже хмурилась и ничего не понимала.
– Да говори толком! – прикрикнула она. – Ты хуже учебника по некромантии.
– А ты его читала? – ужаснулась Британи.
Соседка кашлянула, ковырнула пальцем одеяло и буркнула:
– Случайно. Стащила у кузена, но ничего не поняла.
Бри окинула Софу недоверчивым взглядом. Та возмутилась и эмоционально заверила, что со смертью не связывается и другим не советует.
Немного успокоившись, Британи продолжила и более-менее связно описала предысторию своего похода и действия ректора в палате Кей.
– Зеленый – это хорошо. – София глубокомысленно почесала подбородок. Она важно раздула щеки, будто уже стала профессоршей. – Зеленый – цвет жизни. Вот если бы черный, тогда бы он ее убивал.
– Типун тебе на язык! – всплеснула руками девушка.
Какая же она глупая, ректор лечил Кей, а Бри нафантазировала всякого! Золотистые частички – тоже, наверное, хорошо. Только почему-то поток шел от Кей к Гвену, а не наоборот? Увы, Британи мало смыслила в магии, уточнять у Софы тоже не стала. При всей своей важности соседка понимала не большее ее.
– Знаешь, – снова обратившись мыслями в прошлое, протянула Бри, – у него глаза светились.
– Брось! – фыркнула София и потянулась за книгой, чтобы продолжить прерванное чтение.
– Клянусь! – стиснула ее руку Британи. – Как два огонька!
На мгновение почудилось, будто давешний недобрый взгляд вновь сверлил спину. Девушка обернулась, но, разумеется, никого не увидела. Занавески задернуты, дверь заперта, стены на месте. Бред все.
Софа закатила глаза и на всякий случай проверила, нет ли у соседки жара.
– Холодный. – Она отняла ладонь от ее лба. – Признавайся, выпила для храбрости?
– Да трезвая я! – возмутилась Бри и, не в силах усидеть на месте, вскочила. – Думаешь, я просто так испугалась? В тот момент, когда он обернулся, внезапно так, глаза точно светились. Алые такие.
– Ты хоть определись, – лениво зевнула София и открыла книгу на заложенной странице, – огоньки они или красное пламя. Спи лучше, иначе к утру ректор в нежить превратится. Завтра посмотришь и убедишься, что в глазах мастера Лабриана отражалась свечка.
Британи потянулась к верхней пуговице. Соседка права, красные глаза – это чересчур. Не следовало листать учебники перед вылазкой, не привиделось бы. Среди тех, которые выдали первому курсу факультета стихийной и природной магии оказались пособия по боевой магии. Девушка недоумевала, зачем им знать, куда надо бить гуля. Наверное, библиотекарь в спешке перепутала.