Утро встретило двумя неприятными открытиями. Первое – за завтраком нужно идти в столовую. Второе – я проспала, сейчас уже начало одиннадцатого, о чем услужливо сообщили карманные часы. Нужно обзавестись будильником, желательно магическим.
На малярные работы явилась, как приказывали, в самой простой одежде. Однако запачкать ее тоже не хотелось, нарядов на выброс в Брайт я не брала, равно как и брюк, которых отродясь не носила.
Из класса доносился веселый смех. Приоткрыв дверь, увидела, что все заняты делом. Настоящая малярная команда! Декан в клетчатой рубашке и штанах на подтяжках руководил плотником. Смотрелось настолько забавно, что я прыснула в кулак. И не осталась незамеченной.
– А вот и спящая красавица явилась! Проходите, не стесняйтесь, свободная кисть найдется.
Бочком протиснулась мимо стремянки и с сожалением констатировала: выйти чистой из строительного хаоса не получится.
Глэн повернулся спиной, не прельстился показательной поркой, и ловко, явно не напоказ, поднял к дыре в потолке ящик с гвоздями.
– Там домовой, господин, плюется! – пожаловался работник, добродушный на вид детина.
– Ведьмы! – в сердцах выругался вампир и поискал глазами меня.
Только успела соорудить шляпу из газет, примериться, как декан потащил к дыре. Отнекивалась, заверяла, что домовые не мой профиль, – Глэн ничего не желал слышать. Ведьма, и все тут.
– Либо договоритесь, либо я его убью, – мрачно пригрозил декан.
Спасибо, не меня.
Домовых в наших краях не водилось, но, видимо, Срединные земли – заповедник реликтов, один как раз рядом стоит. Словом, я пожалела редкий вид и попросила подстраховать. Смело, придерживая юбку, забралась на перекрытия и нос к носу столкнулась с косматым существом непонятной половой принадлежности. Внешне он походил на шарик, только с ножками и ручками. И действительно плевался!
– Ах ты!.. – Я утерла лицо и попыталась ухватить паршивца за шкирку.
Домовой оказался прытким, ушел сквозь пальцы. Ладно, я тебя иначе достану.
Пансион пансионом, а сеть получилась, легкая, серебристая. И шансов укрыться от нее у домового не было. С самодовольной улыбкой дернула за край, затягивая ловушку, но не удержала равновесия и свалилась прямо на руки декану. Следом плюхнулся домовой, только его никто ловить не стал. Глэн отпустил не сразу, с минуту, не мигая, смотрел в глаза, затем сухо попросил: «В следующий раз осторожнее!» – и поставил на пол. Смутившись, я оправила одежду и покосилась на голосившего о несправедливости домового. Какой же он шумный! И как с ним поступить, что бы сделала ведьма?
– Печать наложите, – подсказал декан. – Это дикий, кто-то из новеньких привез.
Час от часу не легче, у них домашние питомцы! Интересно, какие еще диковинки меня поджидают?
– Какую именно печать? – деловито осведомилась я, заодно блесну знаниями. – Подчинения, забвения, метку…
– Да мне начхать, – невежливо оборвал вампир, – лишь бы эта дрянь исчезла. Навсегда. И хозяйку найдите, воспитательную беседу проведите. Понабрали деревенщин!
С этими словами Глэн взял банку с краской и в сердцах открыл ее без помощи ножа. Содержимое ожидаемо выплеснулось, но декана внешний вид не волновал. Он подхватил добычу, нагнулся за свободной кистью и с невозмутимым видом безо всякой опоры устроился под потолком, только чуть придерживался за стену. Похоже, клыкастый шатен действительно собирался работать, а не только командовать. Придется и мне засучить рукава и заняться делом. Перво-наперво выключила живую систему оповещения, затем наложила печать подчинения и сделала внушение: вернуться домой. Вроде все.
Странно, даже на ногах стою, а ведь печати отнимают много сил. Видимо, действительно позорю пансион, не став великой магессой.
– Глэн говорил, сразу вылетишь, а ты ничего, – похвалила женщина средних лет, пристально наблюдавшая за моими действиями.
– Он много чего говорил, – хмыкнула в ответ.
Значит, вампир заранее не верил в мои способности? Напрасно, после публичного испытания – полагаю, домового между перекрытиями засунул любитель побелки – я приложу все усилия и втолкую хоть что-нибудь путное в неокрепшие умы.
– Нарываетесь, – лениво отозвался декан из поднебесья.
– Что вы, Глэн!
Привычная улыбка, скрывавшая истинные мысли, тронула губы. Сама собой родилась присказка: «Суровый Глэн и его гарем».
– Для вас – господин Адравин, – осадил вампир и обернулся. С кисточки на пол капала краска, отбивая дробь по сплющенному котлу. – Госпожа Айса Дорава отдала факультету пятнадцать лет, на всех трех специализациях лекции читает, а вы пока никто.
Я пожала плечами и невинно, скрывая интерес, спросила, можно ли получить на руки списки студенток. Понимала, секретарь копировать их не станет, разрешит самой переписать, так и обнаружу Каролину.
Вышло, как и задумывала, – меня послали в приемную деканата копировать все, что моей душеньке угодно. Прекрасно, обожаю раздраженных вампиров!
Мысленно поставив галочку в плане действий, я на время выкинула из головы работу и вступила в неравный бой с кистью. Никогда прежде мне не приходилось что-либо красить, да что там – заниматься физическим трудом, с непривычки устала и перемазалась. Одежду только на выброс! И покрасила плохо, полосами, спасибо, коллеги сжалились, переделали. Видимо, в этом и заключался пресловутый командный дух. Одно для себя вынесла точно: никогда больше не займусь ремонтом. А другим весело, хохочут. Странная академия!
* * *
Никогда бы не подумала, что Каролина Шарп поступит на боевой факультет. Казалось, защитное отделение как никакое другое подходит для хрупкой зеленоглазой блондинки, однако она желала драться.
Устроившись в дальнем углу комнаты с ящиком картотеки на коленях, я просматривала скупые данные. Вступительные баллы средние, замкнута, записалась на дополнительные занятия по самообороне, странно, не правда ли? Жених вполне защитил бы невесту от бед, расправился с обидчиками, благо обещал, опять же ребенок родится, а тут поразительная самостоятельность. Причем на занятия уже ходит, потеет в зале, якобы чтобы набрать форму к началу учебного года, не пасовать перед однокурсниками. А по факту… По факту Каролина опасалась за себя, теперь мне вдвойне нужно с ней поговорить.
Если честно, в картотеке я рылась незаконно, кто застукает – вылечу как пробка, но Лаура убежала по делам, а местная работница халатно отнеслась к обязанностям, оставила новую преподавательницу одну. В итоге я благополучно переписала все данные по Каролине и заодно по своим подопечным. Их оказалось пятнадцать, то есть по пятнадцать на каждом из шести курсов. Вроде немного, у нас классы были по двадцать человек, но предчувствие подсказывало: даже две ведьмочки способны навеки внести Брайт в список мест, куда я больше не вернусь.
До начала учебного года делать особо нечего, с планом занятий я пока не торопилась, может статься, и вовсе не потребуется, поэтому решила прогуляться до боевиков. Каждая женщина мечтает поглазеть на мускулистых красавцев, я не исключение. На самом деле собиралась подобраться к Каролине, может, даже подловить, поговорить.
Трудовой подвиг в лаборатории закончился полным фиаско, пришлось изрядно повозиться с волосами, чтобы привести их в приемлемый вид. Спасибо верной косметичке, спасшей уже не одну безнадежную ситуацию. Вот и теперь маска по собственному рецепту вернула прежнюю мягкость, а умелые руки и чуточку магии уложили волосы в элегантную прическу. Словом, на боевой факультет заявилась во всеоружии. Тщательно соблюдая конспирацию, стреляла глазками, а сама пыталась понять, с кем из этих мужчин или женщин после лекций занималась невеста инкуба.
Местные преподаватели нравились больше моих временных коллег: никаких подколок, хамства, да и моложе, все подтянутые, стройные. Чего стоила дроу, которая, казалось, гнулась в любых направлениях. Вопреки стереотипам, она не сторонилась людей и нелюдей, улыбалась и охотно заводила новые знакомства. Звали ее Инстра, по стечению обстоятельств дроу как раз преподавала основы рукопашного боя, которые посещала зеленоглазая блондинка.
Дружелюбие собеседницы объяснялось просто – она родилась в Срединных землях. Ее предки, выходцы из Нижнего мира, в свое время перебрались в Дорат, а потом и в Эшит. Немного поболтали, рассказали о себе и с моей подачи перешли на студентов. Я посетовала, что опасаюсь буйства своих подопечных, попросила дать пару советов и якобы случайно вспомнила о сестре подруги, которая недавно поступила в академию. Назвала имя, описала внешность, о фамилии намеренно умолчала.
Каролина, по словам наставницы, добросовестно занималась, набивала синяки, но упорно шла к цели. Правда, Инстра в нее не верила.
– Отчислят девочку! – безапелляционно предрекла она. – Ей надо на другой факультет переводиться, слабенькая для боевички. Опять же ладит с духами. Сколько раз говорила: покажись некромантам, с руками оторвут, нет, мне, мол, нужно уметь постоять за себя, и все тут.
Положим, лорд Лукас предупреждал о некой дурной ситуации, в которую угодила невеста, но отчего Каролина не обратилась к нему? Темнил инкуб, поэтому столько заплатил. Купил, проще говоря. Неужели я вляпалась в дурную историю? Тогда придется расторгнуть контракт за нарушение пунктов пять и шесть – обман со стороны клиента и склонение к противоправным действиям. Но сначала увижусь с Каролиной.
Инстра любезно согласилась показать студенческое общежитие и предложила вечерком заглянуть в тренировочный зал:
– Хорошая физическая нагрузка еще никому не вредила.
Я вежливо отказалась, сославшись на новоселье. Дроу не настаивала и отправилась по своим делам.
Студенты Академии магии и прикладного чародейства устроились куда беднее преподавателей. Комнаты на четверых, удобства по одному на блок из двух комнат, выкрашенные грязно-коричневой краской стены, пыльная мухоловка в качестве домашнего питомца в холле. Общежитие явно давно не ремонтировали, но заселившаяся туда молодежь, казалось, не замечала бытовых неудобств. Она в кои-то веки вырвалась из-под родительской опеки и наслаждалась свободой до одиннадцати вечера, когда по распорядку отключались световые шары и запиралась входная дверь. Но кого это остановит, будто не помню, как совсем неблагородно вели себя юные леди из пансиона!
Тут же впервые в новом статусе встретила ведьмочек. Они устроились на подоконнике лестничной площадки и по очереди, хихикая, вдыхали пары из горшочка. Зеленый цвет испарений и излишнее веселье наводили на мысли, что подружки беззастенчиво нарушали Устав.
– Дурман – детям не игрушка!
Я отобрала сомнительную жидкость и принюхалась. Так и есть, «Веселящий газ», слабый наркотик. Ну, девчонки, голову оторву!
– А ты вообще кто? – с апломбом пошла в атаку одна из провинившихся.