– Замолчи, – сказал Гай.
– Ну могу я хотя бы сказать, что и сама была бы не против так жить?
Тоби Лаш, тихо подойдя к ним, услышал ее слова и рассыпался в благодарностях, но, делая уступку эгалитаристским принципам Гая, всё же добавил:
– Неплохо для рабочего класса, не так ли?
Дубедат явился пятью минутами позже и никакой демократической чуши не изрекал. Он держался с агрессивной самоуверенностью человека, который пережил непростые времена, но добился своего, и как нельзя вовремя. Он сразу же двинулся к Гарриет, словно почитал ее последним бастионом, и предложил ей руку; когда Дубедат заговорил, Гарриет поняла, что он старается избавиться от своего северного акцента.
– Очень рад, – сказал он и улыбнулся, и Гарриет увидела, что зубы его подверглись чистке. Он привел в порядок ногти и вычесал из волос перхоть. Жесты его были полны неги и драматизма.
Гай приветливо двинулся к нему, но Дубедат просто махнул в сторону стула.
– Присаживайтесь, – сказал он новообретенным светским тоном. Все его взгляды, все улыбки предназначались Гарриет, а Гай словно был ее незначительным сопровождающим. Гарриет прекрасно знала, что Дубедат недолюбливает ее (так же как и она его); видимо, он вообразил, что, очаровав ее, сможет очаровать кого угодно. Ради Гая она отреагировала так, как от нее ожидали.
Экономка вкатила столик, уставленный бутылками и бокалами.
– Что мы будем пить? – спросил Дубедат.
– А что у вас есть? – спросила Гарриет восторженно и скромно.
– О, всё что угодно, – ответил Дубедат.
Здесь и впрямь было всё что угодно.
– Я налью? – спросил Тоби.
– Нет, – резко ответил Дубедат. – Иди садись.
Он принялся разливать напитки; стекло позвякивало. Его лицо с огромным носом и крошечным подбородком от напряжения сделалось похожим на крысиную мордочку. Он побагровел и в конце концов уронил пробку от декантера.
– Мне помочь, старина? – услужливо спросил Тоби.
– Не надо, – резко ответил Дубедат, и Тоби отшатнулся, притворяясь, будто его ударили.
– Каков! – сказал он и посмотрел на Принглов, но никто не засмеялся. И Гай, и Гарриет нервничали; все ощущали, как непрочна атмосфера вечера.
Раздав бокалы, Дубедат торопливо уселся.
– Я виделся с мистером Грейси.
Последовала пауза, во время которой он поставил свой бокал на стол, вытащил платок и вытер кончики пальцы. Убедившись, что эффект достигнут, он продолжал:
– Боюсь, что порадовать мне вас нечем.
Принглы молчали. Дубедат нахмурился, глядя на Тоби, который ходил вокруг собравшихся, словно беспокойная старая пастушья собака.
– Сядь же наконец, Лаш, – сказал он резко. Тоби тут же повиновался.
Словно разобравшись с досадной помехой, Дубедат откашлялся и с важным видом сообщил:
– Я обсудил ваш вопрос с мистером Грейси. Он был бы рад вас видеть, очень рад, но он не в состоянии.
– Так, значит, он серьезно болен?
– Он пострадал в результате несчастного случая. Он уже некоторое время плохо себя чувствует. Ему становится то лучше, то хуже. В данный момент он не может никого видеть. Он просил передать, чтобы вы отправлялись в Каир.
– А если мы подождем несколько дней… – начал Гай.
– Нет, – бесстрастно перебил его Дубедат. – Он не желает, чтобы вы ждали… не готов брать на себя такую ответственность. Он хочет, чтобы вы сели на ближайшее судно, следующее в Александрию.
– Но где бы я ни был, мне всё равно придется ждать, – благоразумно заметил Гай. – Египет полон сотрудников Организации, бежавших из Европы, и всем им нужна работа. Отделение в Каире не знает, что с ними делать. Они пытаются изобрести какие-то жалкие позиции в дельте Нила или в Верхнем Египте. Работы очень мало, и всё это напрасная трата времени. Если мне всё равно придется ждать, я бы предпочел ждать здесь.
– Я в этом не сомневаюсь. Но мистер Грейси не хочет, чтобы вы ждали здесь. Вы должны уехать. Это приказ, Прингл.
Последовала пауза, после чего Гай заговорил мягко, но решительно:
– Мистеру Грейси придется сказать мне это лично. Я останусь до тех пор, пока не увижу его.
Дубедат, раскрасневшись, заговорил как прежде: раздражительно и брюзгливо. Голос его повысился и утратил всякую значительность.
– Вы не можете здесь оставаться. Вас здесь быть не должно, и мистер Грейси не желает вас здесь видеть. Вас ожидают в Египте. С точки зрения Каира вы пропали. Поэтому мистер Грейси не может разрешить вам остаться. И он поступает правильно – да, да, правильно! Вы и сами должны это понимать!
Дубедат закончил свою речь на истеричной ноте – точно так же он когда-то проклинал всех, кому повезло в жизни больше его.
Недавняя велеречивость Дубедата встревожила Гая. Он сдержанно ответил:
– Я собираюсь остаться.
Дубедат раздосадованно хохотнул. Тоби шумно присосался к трубке. Некоторое время все молчали. Затем, взяв себя в руки, Дубедат принялся увещевать Гая:
– Послушайте, здесь нет для вас работы. Из-за войны и всего прочего школа уже не та, что прежде. У мистера Грейси недоставало сил ей заниматься. Учеников стало меньше. Если вкратце, то работы просто нет.
– То есть, как и сказала Гарриет, нужны люди, чтобы навести тут порядок.
– Мистер Грейси здесь главный.
– Именно, – согласился Гай. – И я не собираюсь покидать Афины, пока не увижу его.
Дубедат шумно выдохнул, как бы намекая, что полное отсутствие здравого смысла у Гая идет всем во вред, и заявил с видом человека, выкладывающего последние карты:
– Вашу зарплату платят в Каире.
– Я могу связаться с Лондоном.
– Это территория мистера Грейси. В Лондоне вас перенаправят к нему.
– Я в этом не столь уверен.