– Какой чудесный шарфик!
А Клещи продолжали недоумевать:
«Наверное, радуются от того, что это сделано за бугром. На отечественный шарфик и не обратили бы внимания…»
Притворщица
Жаба, как кого слопает, – как Бабочку только что, – с сожалением начинает квакать:
– Что я наделала, такую красавицу проглотила! А может она ко мне по делу прилетала, а я её даже не спросила, что случилось. Пойду, с горя утоплюсь в болоте.
И с этими словами бултыхается в воду. А через какое-то время, снова кого-нибудь слопав, сидит на берегу и грустно квакает, желая утопиться в болоте.
Долгожители
Медуза из года в год видела одну и ту же пару рыб Камбалы, всегда плывущих рядом, и полюбопытничала:
– Вы почему так долго живёте? Ваших сородичей давно уже и в помине нет…
– Это потому, что мы всегда вместе и у нас две пары глаз. Мы давно встретились, понравились друг другу. Влюбились. Когда повзрослели, любовная привязанность переросло в крепкое чувство. Мы боками соединились и стали едиными и неразлучными. Если кто-то заметит со своей стороны что-то интересное или опасное, то сообщает другому. Мы всегда готовы прийти друг другу на помощь, И без слов понимаем, кто из нас чего хочет! Вот от того и живем долго!
– Вот бы мне иметь такого друга, – мечтательно промолвила Медуза и добавила: – Жаль, что глаз не имею…
И тут её захлестнула волна и унесла прочь.
Жучки
Ветер возмущался:
– Почему Тополь с большой густой зелёной кроной, который старается всем помочь, никто не защищает? Под ним прячутся от дождя или от яркого солнца путники, мотыльки, букашки. Он делает всем добро, а его безжалостно пожирают паразиты – маленькие жучки. Они живут на нём припеваючи, пока не свалят истощённым на землю…
Ветер гудел всё громче и громче:
– И почему таких жучков, живущих за счёт других, не наказывают? Где же справедливость?
Самое большое несчастье
Вишня весело шуршала во дворе своей густой листвой. Она радовалась, что у неё выросли сладкие большие ягоды, а вокруг её ствола появились молодые росточки.
– Это мои детки! – гордилась она.
Росточки под её присмотром поднимались всё выше и выше – казалось, они росли не по дням, а по часам. Вскоре они уже касались ствола Вишни, и она с радостью ощущала их близость.
Но как-то пришла Лопата и на своём железном языке произнесла:
– Кусты тут какие-то выросли, надо их убрать! – и стала выкапывать деток Вишни и бросать их далеко к забору.
Вишня пришла в ужас от увиденного и затрещала ветками, словно заохала:
– Мне с ними так было хорошо, и им со мной тоже. Хуже нет деток потерять. Уж лучше я тогда тоже засохну.
С того дня Вишня загоревала. На следующий год на ней не появилось ни одного цветочка, ни одной ягодки, и смотрелась она по сравнению с другими деревьями очень жалко.
Но однажды прилетел Дрозд, сел на Вишню и сказал:
– Не убивайся, Вишня! Детки твои в полном здравии – в соседнем дворе растут!
Встрепенулась Вишня и вскоре на удивление всем зацвела – несмотря на позднее для неё время.
Солидарность
Несколько живших вместе Ужей, наевшись лягушатины, свернулись в клубок и, сытые, целовались, наслаждаясь своей дружбой. Остальные лягушки, прознав про участь своих сородичей, все до единой ушли на другое болото.
На следующий день Ужи вновь поползли пищу искать. Но ни одной лягушки не обнаружили – лишь несколько комаров да мух нашли. Вернулись голодные домой, легли по отдельности, отвернулись друг от друга и зашипели.
Вскоре лягушки решили наведаться в родные места и вдруг увидели, что Ужи снова свернулись в клубок и целуются. Поглядели они повнимательней и увидели, что Ужи, оказывается, ухватив кто кого за хвост, кто кого за голову, усердно стараются заглотить друг друга…
И лягушки сказали:
– Ужей роднит не дружба, а пища! А нас – солидарность!
Полезная боль
Нога споткнулась о булыжник, и острая боль зародилась в ней. Однако Нога не огорчилась, а даже обрадовалась:
– Боль – это моя спасительница! Всегда укажет на больное место, которое надо полечить. Хуже, когда в организм внедрится молчаливый губительный рак.
Самолюбование
Кузнечик и Сверчок слышали друг о друге, как о хороших певцах, и решили встретиться, чтоб узнать, кто из них талантливее.
Встретившись, Кузнечик сразу застрекотал и стрекотал беспрерывно до тех пор, пока не устал. А когда остановился, подумал: «Как меня внимательно слушал Сверчок. Наверное, ему моё соло понравилось!». А тот недоумевал: «Кузнечик не дал мне даже чуть-чуть потрещать!».
И они разошлись, решив посостязаться ещё раз при следующей встрече.
Прошло какое-то время, и они опять свиделись. Сверчок, памятуя о том, как всё было в прошлый раз, сразу застрекотал первым. Кузнечик было пытался тоже начать – да всё напрасно…
Сверчок радовался про себя: «Хорошо слушает меня Кузнечик – признал, видно, что я лучше его пою! А Кузнечик тем временем размышлял: «И зачем мне с кем-то состязаться? Я так знаю, что я самый талантливый!».
С тех пор Кузнечик и Сверчок наслаждаются каждый только своим пением, и когда начинают трещать, то не замолкают, пока не выдохнутся.
Неожиданная слава
Когда Сверчок трещал, его никто не хотел слушать. А он очень мечтал стать знаменитостью. Однажды он даже днём решил потрещать и вылез для этого из-под коряги, где пел ночью. Но на полянке весело стрекотали кузнечики и Сверчка снова никто не услышал.
В это время за несчастным Сверчком наблюдал Соловей. Он угадал его желание и решил помочь, лихо подхватив его мелодию. Но Сверчок вдруг умолк, видно, чего-то испугался. Соловей расстроился и залился грустными трелями. Тогда множество птиц слетелись на эти чудесные звуки и стали расспрашивать:
– Соловушка, кому посвящена твоя такая прекрасная песня?