– Летать не сможешь – так хоть в хозяйстве пригодишься…
Промелькнувшая любовь
Летел как-то Ветер со своей сестричкой Тучкой, и поливали они дождиком землю. По пути Ветер увидел Розу: она хорошо была видна издалека, выделяясь среди остальных цветов большими красными лепестками. И он попросил Тучку:
– Прекрати свой дождик, я хочу посмотреть на этот диковинный цветочек.
Остановившись возле Розы, он вмиг влюбился в её мягкие бархатистые лепестки. Нежно обдувая их, Ветер заглянул под каждый, наслаждаясь сладким ароматом:
– Как вы прекрасны! – тихо гудел он.
Роза тоже была довольна таким знакомством и ни разу его не уколола, как это бывало со многими, когда кто-то желал её потрогать или сорвать. Она только тихонько прошелестела:
– Не волнуйтесь, когда мне что-то нравится, я не уколю.
Через некоторое время Тучка заметила, что один листик на Розе стал сохнуть, и сказала Ветру:
– Братец, Розу надо напоить!
– Не надо! – загудел Ветер. – Она сыта моей любовью!
– Ей это необходимо, а не то она завянет! – настаивала Тучка.
Позднее уже и колючки у Розы стали жёстче – видно от жажды. Но Ветер, увлёкшись, ничего не хотел видеть. Да и сама Роза тоже не замечала, что с ней происходит. Она только слушала его приятное, ласкающее гудение, пока не увидела, что стала терять лепестки. Ветер тоже заметил это и перестал дуть, но лепестки продолжали осыпаться.
Тогда Тучка взволнованно воскликнула:
– Чтобы любовь была вечной, её надо подпитывать! – и стала поливать Розу дождём.
Да было поздно: Роза уже склонилась к земле. Ветер хотел было её поднять, да только укололся шипами. А Роза упала, протянув оставшийся листочек к дождю… не к Ветру…
Люстра
Импортную Люстру привезли в магазин электротоваров, где уже было много всяких ламп и лампочек.
Люстра сразу заняла место на потолке и промолвила:
– Я хочу вам всем сделать жизнь ярче. А то, вижу, она у вас здесь больно тусклая. Вот поднимусь ещё выше и устрою светлые дни.
– Замечательно! – воскликнула какая-то из лампочек. – Ты как поднимешься, постарайся и про нас не забыть.
Вскоре Люстра исчезла. Позже её обнаружили под потолком шикарного ресторана, где она прожигала жизнь неисчислимому количеству лампочек.
– Я уже достаточно высоко забралась! – гордо заявила она. – Но я ещё выше поднимусь, чтоб гореть, как солнце! Только вот подняться бы мне на высокую башню. Я бы тогда днём красовалась, а ночью светила!
– А как же остальные лампочки, те, что остались в магазине? – кто-то спросил её снизу.
– Какие лампочки? – удивлённо переспросила Люстра и самодовольно зазвенела хрустальными серёжками.
Закон
Мыши уважали Крысу и говорили о ней:
– Она мудрая, прогрызла том законов от корки до корки!
И о чём Крысу ни просили – та задумывалась, а потом всегда говорила:
– Случай у вас тяжёлый, на весах правосудия Закон перевешивает!
Тогда приходилось весы выравнивать: класть на чашу то, что требовала Крыса. И удивительно: Закон переставал перевешивать…
Правильная договорённость
Обычно Собака весь день лаяла, а вечером шла спать до самого утра.
И как-то Сверчок, любитель попеть по ночам, а днём вздремнуть, сказал Собаке:
– Почему ты лаешь без причины, даже когда нет никого? Ты мне отдохнуть днём не даёшь.
– А я породы такой, мне лаять надо! – огрызнулась Собака.
Тогда Сверчок решил проучить Собаку, чтобы не гавкала без нужды. Когда она днём легла на подстилку отдохнуть и задремала, он застрекотал ей прямо в ухо. Собака его лапой отгоняет, а Сверчок только с одного уха на другое перескакивает. Всю ночь Собака промаялась, не выспалась, поняла, что неправильно себя вела, и сказала Сверчку:
– Давай договоримся, что мы не будем мешать друг другу спать.
Стратег
Решил Волк стать хозяином леса. Но там с давних времён жили зайцы, поэтому решил он их слопать сначала. Узнали зайцы о намерении Волка и пожаловались Орлу.
– Держитесь все возле меня, и я вас уберегу от Волка, – сказал он.
Собрались все зайцы под охрану Орла, стали жить припеваючи: никто их не трогает. Но только вскоре заметили: каждый день по зайчику стало пропадать. В стае это не особенно заметно, беспокоились лишь близкие и знакомые пропавших. А Орёл, довольный, хлопал крыльями и приговаривал:
– Какой я хитрый стратег! Тихо и незаметно сам зайцев слопаю, а затем и весь лес мой!
Кастрюля
Старая Кастрюля, пока ещё не списанная в утиль и работающая на кухне, часто задумывалась о своей судьбе и однажды начала жаловаться подружке Подставке:
– А счастливо ли я прожила жизнь? В молодости за мной ухаживал медный Самовар. Захочет встретиться – свидание назначает на столе. Сам приходит начищенный и сверкает, как солнце. И я чувствовала, что он увлечён мною. Потом был ещё чугунный Утюг. Как видел меня, жаром сразу начинал пылать и скатерть разглаживать, чтоб я на ней красиво смотрелась. А теперь Половник за мной приударяет. Он покладистый: всё делает, как я ему скажу. Жаль одно – алюминиевый, и бывает холодноват. А вот раньше был у меня ещё деревянный Половник – так тот, как только я с плитой горячей повздорю и кипеть начну, сразу меня по бокам погладит и успокоит. Не то, что этот, алюминиевый, всю снизу доверху перемешает, до бурления доведёт и молча уходит. Вот так уже много лет с ним живу и терплю…
Подставка слушала-слушала да и говорит:
– Тех, кого ты вспомнила, уж нет давно. Их выкинули, как негодную посуду. Из них ты одна осталась. А вот с Половником твоим нынешним можно ещё долго просуществовать. Он жалеет тебя и каждый раз смотрит, чтобы в тебе ничего не испортилось, не скисло.
– И правда, что мне жаловаться! – решила Кастрюля. – Мы с моим Половничком – долгожители!
Уметь прощать