– Они здесь были долго, – говорил он сам с собою. – Вероятно, ожидание затянулось, так как они разводили здесь костер и готовили пищу… Гм… они любят поесть, кости кур… цыплят. коробки из-под омаров. Ого! Бутылка бургундского! В магазине она стоит не меньше трех рублей.
– Притом ботинки последнего английского фасона, – вставил Пиляев, указывая Фрейбергу на след, отчетливо выделявшийся на глинистой почве.
– Да, да, – подтвердил тот. – Несмотря на давность времени и дожди, глина прекрасно сохранила оттиск. А вот отсюда начинается след телеги.
И, обернувшись к Петрову и Марковой, он спросил:
– Встречались ли на вашем пути овраги? Спуски и подьемы вы должны были прекрасно почувствовать.
– Овраги? – переспросил Петров. – Насколько я помню, оврагов встречалось очень много. Первый из них мы переехали приблизительно через час после того, как тронулись.
– Ага, это для меня очень важно! – воскликнул Фрейберг. – А потом?
– Право, я забыл, – ответил Петров задумчиво. – Разве вот она помнит! – указал он на Маркову.
– Ну уж нет! – отозвалась учительница. – Я со страху чуть не умерла! Где уж тут было думать об оврагах! Хорошо, что я еще осталась жива и не умерла от разрыва сердца!
– И это все, что вы можете мне сказать? – спросил Фрейберг.
– Нет, я могу еще добавить, что привезли нас обратно с совершенно противоположной стороны, – сказала Маркова.
– Они отпустили нас около опушки рощи, находящейся за деревней Марьино.
– Я еще могу описать место, где мы жили в плену, – проговорил Петров. – Это большая поляна, похожая на пятиугольник, посреди которой находятся две просторные землянки. Изнутри они представляют собой настоящие дома, с кирпичными стенами и деревянными полами. Каждая землянка состоит из двух комнат. Снаружи они выглядят небольшими плоскими холмами, покрытыми, как и вся лужайка, высокой травой. Вход открывается посредством люка – обыкновенного лотка с землей, на которой тоже растет трава, и подымается он на петлях. Таким образом, если люк опустить, то не видно не только землянок, но и входов в них.
– Гм… чистая работа! – пробормотал Фрейберг. – И вас катали на лошадях.
– Пять с лишним дней, – ответил Петров. – Это все, что я могу сообщить вам.
– Благодарю вас, – сказал Фрейберг. – Хоть и немного, но все же это составляет нечто, и, Бог даст, мы доберемся по ниточке и до клубка. Еще раз благодарю. Теперь вы смело можете отправляться домой. Мне вы больше не нужны. Единственное, о чем попрошу вас, – полнейшее молчание.
Петров и Маркова пошли обратно в сопровождении Пиляева, которому Фрейберг поручил сходить за сыщиками, расположившимися на постоялых дворах.
Спустя два часа Пиляев вернулся с четырьмя агентами.
– Двое из вас останутся в Воронцове, – обратился к ним Фрейберг и тут же отделил двух из четырех. – Ваша обязанность – следить за всем, что происходит в Воронцове. Кроме этого, я попрошу вас осмотреть хорошенько опушку рощи за деревней Марьино, и если там найдутся следы, то следовать по ним. Впрочем, вы сами знаете, что нужно делать в подобных случаях. С Богом! Времени терять нельзя!
Затем Фрейберг обратился к другим двум:
– Ну-с, а вы, господа, последуете за мной. Не будем тратить слов. Вот след колес, а вот след ноги. Пусть эти следы будут вашими путеводителями. Рассыпьтесь цепью! Где один не встретит следа, там встретит его другой.
Сказав это, Фрейберг, Пиляев и двое сыщиков двинулись в путь.
Первые полверсты след был ясно виден. Но там, где глиняная почва кончилась, исчез и след. Разбредясь в разные стороны, сыщики медленно продвигались вперед, идя по направлению исчезнувшего следа.
– Здесь! – крикнул наконец Пиляев.
Все кинулись к нему. То теряя след, то находя его снова, сыщики шли до шести часов вечера. След кружился, делал петли, пропадал в ручьях и валежнике и наконец… исчез совершенно.
Смеркалось. Переночевав в лесу, сыщики снова принялись за работу. Они охватили кольцом огромную площадь, но, промаявшись до вечера, поняли наконец, что работа их совершенно бесполезна.
Две недели рылись они в лесу, два раза возвращались в Воронцово, ходили к Марьину, но и там их постигла такая же неудача. Промучившись еще неделю, Фрейберг решил, что искать что бы то ни было в непроходимых брянских лесах совершенно бессмысленно. Надо было найти похитителей другим способом, то есть при передаче денег. И все сыщики, известив о своем отъезде из Брянска сэра Бликсфильда, снова отправились в Петербург.
VII
В один из описываемых дней сэр Джон Бликсфильд сидел по обыкновению в своем консульском кабинете, просматривая последнюю почту. Теперь в одном из ящиков его стола незаметно лежал заряженный револьвер, и поэтому сэр Бликсфильд чувствовал себя совершенно спокойно.
Красное сигнальное стекло было вставлено уже несколько дней тому назад, и генеральный консул каждый день ждал письма с извещением, где и когда должна состояться передача денег в обмен на пленниц. Поэтому он с большим нетерпением каждый день просматривал почту, и когда ее приносили, первым делом разрывал конверты, чтобы узнать, нет ли письма от Каина.
Вот и сейчас консул только что получил письма и теперь весь углубился в разрезание конвертов. Вдруг легкий шум заставил его вздрогнуть и поднять голову.
Прежде чем он успел сообразить, в чем дело, две сильные руки сжали его ладони и повелительный голос произнес:
– Ни одного движения! Или вы погибли. Я знаю, что в левом ящике у вас лежит револьвер. Малейшая попытка сунуться туда будет стоить вам жизни.
– Тьфу, дьявол! – от души выругался генеральный консул, подымая глаза и с изумлением видя перед собой похитителя мисс Торн.
– Вы совершенно напрасно искали меня в прошлый раз, – насмешливо проговорил Каин. – Я просил вас не шевелиться пять минут лишь для того, чтобы посмотреть, умеете ли вы держать обещание.
Генеральный консул густо покраснел.
– В тот раз вы не брали с меня никакого обещания и лишь припугнули меня, – произнес он резко.
– А теперь вы должны будете его дать, иначе вот этот револьвер заставит вас пропутешествовать на тот свет. Он стреляет с помощью сжатого воздуха и не произведет ни малейшего шума, – сказал Каин, и в ту же секунду перед носом сэра Бликсфильда блеснуло дуло оружия.
– Хотя и по принуждению, но… обещаю, – согласился консул, пожимая плечами.
– Даете честное слово?
– Даю… Вы пришли, наверное, по делу?
– Конечно. Времени у меня мало, и я буду краток. Все собранные вами деньги должны быть обменены на золото и в семидневный срок доставлены в село Кимры Тверской губернии.
– А там? – спросил консул.
– Там я получу их от вас, – ответил Каин.
– В этом деле есть маленькое неудобство, – задумчиво произнес сэр Бликсфильд. – Видите ли, деньги собраны при посредстве некоторых редакций, и от них приехали сюда корреспонденты, при которых и должны быть переданы вам деньги. В известном смысле это контроль и надо мной. Поэтому без них я не тронусь с места.
– О, сделайте одолжение, – рассмеялся разбойник. – Скажу вам больше, разрешаю взять с собой батальон солдат и целую ораву сыщиков.
– Вы слишком самонадеянны! – заметил консул, которому, как ни странно, начинал нравиться этот неустрашимый бандит.
– Отчасти да, – хладнокровно ответил Каин. – Итак, через семь дней. Остановиться там вы можете где угодно. Я найду вас везде. А пока – всего хорошего. Сокращаю вам срок неподвижного сидения. Можете гнаться за мной через полминуты.
Проговорив это, разбойник попятился к двери, затем пригнулся и быстро юркнул за дверь.
Просидев полминуты, сэр Бликсфильд резко встал и вышел в приемную. Посетителей было много, и секретарь вместе с переводчиком, ничего не замечая, занимались своим делом.