– Кто входил ко мне в кабинет? – спросил консул.
– Никто, – ответил секретарь. – Я почти постоянно посматривал на вашу дверь и не замечал, чтобы кто-либо входил. Неужели опять?…
Сэр Бликсфильд молча кивнул головой и бросился к швейцару. Но и тот никого не заметил.
Снова поднялась тревога. Снова полиция оцепила весь дом, снова перерыли все уголки и простукали все стены, но и на этот раз разбойник скрылся как тень, не оставив после себя решительно никаких следов.
Ликовали лишь одни корреспонденты, целый день строчившие пространные телеграммы о невероятном визите похитителя мисс Торн.
VIII
Поздно вечером сэр Джон Бликсфильд получил от Фрейберга телеграмму, в которой тот извещал о своем приезде. Действительно, на следующий день рано утром сыщик явился к консулу. Пересказав друг другу все, что произошло с каждым из них, они начали обсуждать план будущих действий.
Решено было заранее послать в село Кимры нескольких лучших агентов, которые должны были зорко следить за всеми прибывающими туда лицами. Деньги, во избежание внезапного нападения, решили везти под сильным конвоем полицейских, некоторые из них будут переодеты в форму городовых агентов, и с ними Пиляев. Сам Фрейберг переоденется крестьянином и повезет, будто нанятый, на телеге золото.
Выйдя от сэра Джона Бликсфильда, Фрейберг тотчас же отправился в сыскное отделение, где распорядился о командировании целого отряда сыщиков в Кимры. Сделав это, он вполне успокоился. Теперь враг уже не уйдет от него. Он был так уверен в этом, что высказал эту свою уверенность за ужином, на который пригласил Пиляева.
Весь следующий день Фрейберг бегал по городу, собираясь в дорогу. Пиляев хлопотал не меньше его.
IX
Через три дня все было готово.
Двести пятьдесят тысяч рублей обменяли на золото, уложили в цинковые ящики и под конвоем тридцати городовых[4 - Городовой – низший чин городской полиции в России XIX в.], сэра Бликсфильда, восьми корреспондентов и целого штата сыщиков отправили к поезду, в котором для них отвели специальный вагон. Для наблюдения за публикой сыщики разместились по одному в каждом вагоне и на всех площадках.
Когда на следующий день поезд подошел к Москве, вся процессия быстро переехала на Савеловский вокзал и оттуда направилась в Савелово.
В Савелове их встретил один из сыщиков, который сказал, что дом в Кимрах нанят и лошадь готова.
Фрейберг, успевший во время дороги переодеться и загримироваться под самого обыкновенного крестьянина, при помощи агентов взвалил золото на телегу и взял в руки вожжи. Переехав на пароме Волгу, отряд благополучно доехал до места и остановился в заранее нанятом доме.
Дом этот, или, вернее, двор, принадлежал крестьянину Федорову и представлял собой несколько построек. Главный дом состоял из трех комнат и выходил окнами на улицу. Кроме того, во дворе было еще два флигеля[5 - Флигель – пристройка к дому или небольшое здание во дворе большого дома.], в это лето пустовавших. Хозяин с семьей жил в одном из флигелей.
Ящики с деньгами Фрейберг поставил в главном доме, в одном из флигелей поселились консул и корреспонденты, в другом – сыщики и полиция.
По требованию Фрейберга хозяева поместились вразбивку и место для сна им было предоставлено в прихожих всех трех помещений.
Прошел скучный, томительный день…
Каин не давал о себе никаких вестей.
Прошел, наконец, и второй день, а между тем все оставалось без перемен.
На второй день вечером сэр Джон Бликсфильд, промучившись напрасным ожиданием, лег спать около полуночи.
Ворота охранял караул.
Прошло, вероятно, часа два, когда консул во сне вдруг почувствовал легкое прикосновение к плечу. Открыв глаза, он увидел перед собою семилетнего хозяйского сына Мишу.
– Чего тебе? – спросил консул.
Мальчик пригнулся к самому уху консула и шепнул:
– Пойдемте со мной. Только чтобы никто не знал. Будто со мной гулять идете.
Быстро одевшись, консул в сопровождении мальчика вышел из дома, ответив дежурному агенту, что у него болит голова и он идет немного освежиться.
Все уже спали, и на уход консула никто не обратил ни малейшего внимания.
X
Проведя сэра Бликсфильда по нескольким улицам, мальчик ввел его в какой-то дом. Не успели за консулом затвориться ворота, как подошел человек, в котором консул сразу узнал Каина.
– Ну что? – заговорил консул, сразу сообразив, в чем дело. – Она здесь?
– Это не ваше дело, – холодно ответил разбойник. – Здесь вы должны передать мне деньги, и мисс Торн через сутки будет свободна.
– Значит, вы, так сказать, хотите получить деньги вперед? – удивился консул. – Ну, а чем я гарантирован, что вы, взяв деньги, не потребуете еще?
Разбойник равнодушно пожал плечами.
– Придется вам пойти на риск, – ответил он. – Я со своей стороны даю слово, что не обману. Да кроме того, если я не освобожу после выкупа пленниц, то не дадите мне второй раз денег, а следовательно, мне пользы не будет…
– Это верно.
– Ну, вот видите! Но… помните: если хоть одна душа узнает про наш разговор, мисс Торн умрет. Мне достаточно только громко крикнуть, чтобы нож вонзился в ее сердце.
– Что же вы хотите от меня? – спросил консул.
– Имеете ли вы доступ к золоту? – спросил разбойник.
– Конечно.
– Можете ли вы выслать на несколько минут караул из той комнаты, в которой хранится золото? Ведь я прекрасно знаю, что весь дом полон полицией и все село оцеплено сыщиками.
– Мисс Торн и ее секретарша здесь?
– Конечно нет! Но чтобы доказать вам, что мы имеем с ними самые близкие сношения, я попросил бы вас написать ей записку, и завтра получите от нее ответ.
– И вас не схватят по дороге?
– Вы в этом убедитесь сами.
– Гм. Но как же я передам вам деньги? – удивился консул. – Ведь вы же сами говорите, что знаете, что весь дом полон сыщиков. Отчего вы так уверены?
Каин пожал плечами.
– Вы должны помнить одно, что от вашего молчания зависит жизнь двух женщин. А теперь расскажу, как должна состояться передача денег.