Лицо Эдди исказилось от гнева, к которому примешивалось чувство, которое испытала и я: разочарование. Я не представляла, что именно мы обнаружим в музее, но втайне надеялась на чудо – на то, что мы найдем саму Джилл. Но поездка принесла нам только травмы – пусть и небольшие – и ворох непонятных подсказок.
Я встряхнула невесомый конверт.
– И что это означает? – задумчиво произнесла миз Тервиллигер, забирая у меня карту.
– А то, что кто-то над нами шутит! – рявкнул Эдди и вытер потный лоб, размазывая по нему кровь. – Мы не знаем, связаны ли эти дурацкие загадки с Джилл! Похоже, кто-то ведет с нами глупую игру! Наверняка они просто захотели заставить нас думать, будто Джилл у них.
Я заглянула в конверт, и мое сердце сжалось от недоброго предчувствия: он все-таки не был пустым.
– Боюсь, что они не шутят, – проговорила я и достала из конверта прядь длинных вьющихся темно-русых волос.
В том, кому они принадлежали, сомнений не было – даже тусклый свет не мог быть помехой при опознании.
– Кто бы это ни устроил, Джилл определенно у них.
Глава пятая
Адриан
Мне потребовался весь мой и без того сомнительный самоконтроль, чтобы ежеминутно не звонить и не писать Сидни, требуя отчета. Я даже не догадывался, насколько сильно по мне ударит ее отсутствие. И я не только скучал по ней – хотя это чувство тоже присутствовало. Я привык каждое утро просыпаться рядом с ней, делить с ней трапезы и другие моменты повсе-дневной жизни. А теперь мне приходилось не просто чем-то занимать свое время, но и отчаянно убеждать себя в том, что она не попала в лапы алхимиков.
– Мне не следовало отпускать ее одну, – заявил я матери на следующее утро.
Она оторвала взгляд от пялец. Матушка сделала вышивание крестиком своим домашним хобби – а это было почти так же поразительно, как и все остальное, что сейчас творилось в нашей жизни.
– Ты слишком о ней беспокоишься, милый. Уж я-то могу утверждать, Адриан, что моя невестка из рода людского всегда проявляет поразительную находчивость.
Я прервал свое хождение по комнате.
– Ты действительно так считаешь?
На губах матери появилась кривоватая улыбка.
– Удивлен, что я говорю о Сидни что-то хорошее?
– Ага, – подтвердил я.
Мама вообще-то открыто не высказалась против моих отношений с Сидни. Если честно, то у нее и не было такой возможности. Я нахально явился ко двору с молодой женой сразу же после заключения брака в штате Невада – и с тех пор никому из мороев или людей не удалось нас разлучить (нынешние события, разумеется, были не в счет). Конечно, матушка не приняла Сидни с распростертыми объятиями, но встала на нашу сторону, а вот другие (включая и моего отца) повернулись к нам спиной.
Но мне часто казалось, что мама меня не одобряет, однако старается не усугублять и без того тяжелую ситуацию.
– Было бы неправдой сказать, будто я страстно желала, чтобы ты женился на женщине из человеческого рода, – произнесла мать после паузы. – Но я сознаю, Адриан, что тебе выпал нелегкий жизненный путь. Он всегда был нелегким. И всегда будет. Я видела это в твоих глазах, когда ты еще был ребенком. А когда ты подрос, я понимала, что, кого бы ты ни выбрал, твоей подругой будет необыкновенная личность, способная преодолевать трудности вместе с тобой. И девушка по имени Сидни… Она такая. И я предпочитаю, чтобы у тебя была достойная спутница-человек, чем напыщенная моройка, с которой ты бы не смог поделиться своими проблемами.
У меня буквально отвисла челюсть.
– Ма, по-моему, более сентиментального высказывания я от тебя никогда не слышал!
– Замолчи! – велела она. – И перестань тревожиться. Сидни – умелая и талантливая. И она – не одна. С ней защитник и та странная женщина-человек.
Я выдавил из себя слабую улыбку и промолчал. Я не смог признаться матери в том, что Сидни, при всех своих дарованиях, не смогла улизнуть от алхимиков. Кстати, когда ее взяли в плен, с ней находился дампир Эдди!
Он был таким же смертоносным и яростным, как всегда… но толку от его умений было маловато.
Стук в дверь спас меня от дальнейших мрачных размышлений, но принес множество новых проблем. Я пообещал Нине, что позже мы отправимся искать Оливию, но до условленного срока оставалось еще несколько часов. Соня заверила меня, что действие успокоительного, которое она дала Нине, будет длительным, но у меня уже не было ни в чем уверенности.
Что, если сейчас я обнаружу за дверью обезумевшую Нину, которая потребует, чтобы мы отправились в царство сна – и НЕМЕДЛЕННО?
Приоткрыв дверь, я выглянул наружу и увидел в коридоре Розу. Я не знал, следует ли мне обрадоваться или насторожиться. Почему она здесь? Роза заходила к нам пару недель назад, а потом вроде бы уехала…
– Привет! – воскликнул я. – Как дела?
У Розы явно наметился выходной: она была облачена в джинсы и футболку, а не в строгий темный костюм, которые защитники надевали по официальным случаям.
Роза перебросила густую гриву темно-каштановых волос через плечо и широко улыбнулась:
– До меня дошли слухи, что вы сидите под замком, и я решила вас освободить, ребята!
Я постарался не вздрогнуть, услышав слово «ре-бята».
– А я считал, что вы с Дмитрием уехали искать Джилл, – промямлил я, пытаясь переключить ее внимание с нас.
Ее радостная улыбка померкла.
– Искали… но без особого успеха. Лисса велела нам вернуться и заняться кое-кем из монарших семейств, которые настроены против нее. Вдруг Джилл похитили именно они?
Вот так новость!
– Думаешь, в этом что-то есть? – спросил я.
– Похоже, что нет, – ответила Роза. – Лисса тоже понимает, что теория – очень маловероятная, но она хочет все предусмотреть.
Я отступил на шаг.
– Мне не хотелось бы отрывать тебя от важного задания…
Роза озорно рассмеялась:
– А ты и не отрываешь, Адриан! Мы сегодня отлично поработали – нам надо лишь проверить одного подозрительного лорда, который покинул двор на неделю. Так что у нас образовалось окно! Мы немного отдохнули и занялись еще кое-чем полезным. Хватай Сидни, и я тебе покажу!
– Она… э… сейчас спит, – соврал я.
– В разгар дня?
– Нашего дня, – поправил я Розу. – Сидни по-прежнему живет по человеческому распорядку.
Роза вполне законно изумилась:
– Да? Когда я в прошлый раз вас навещала, мне показалось, что она привыкла и вполне у нас освоилась.