<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 13 >>

Язык и семиотика тела. Том 1. Тело и телесность в естественном языке и языке жестов
Коллектив авторов

Начнем с класса соматических объектов под названием тело. Этот класс одноэлементный; он включает в себя только один объект – тело человека. Еще раз подчеркнем, что нас интересует тело исключительно с лингво-семиотических позиций, то есть как объект семиотической концептуализации. Все другие многочисленные парадигмы, параметры и измерения тела (субстанциональные, онтологические, гносеологические, социокультурные, идеологические, религиозные, биологические, технические и др.) остаются за пределами книги.

3.1. Тело

Человеческое тело представляет собой соматический объект, сложно устроенный как с естественно-научной (анатомической, физиологической и др.), так и с обывательской точки зрения. Оно воспринимается людьми как имеющее множество составных частей. Это внешние (наружные) составные части, в норме видимые объекты, и внутренние части – невидимые объекты. И те и другие имеют, как правило, сложное и по большей части неоднородное строение. Внутренние и внешние объекты могут взаимодействовать друг с другом и по-разному влиять на жизнедеятельность человека. Без некоторых из них человек может существовать и функционировать, без других человека нет. Одни соматические объекты «встроены» в тело и неотделимы от него, другие отделимы только в определенных ситуациях или в силу каких-то чрезвычайных обстоятельств, а третьи человек утрачивает сравнительно легко.

Уникальность и важность такого соматического объекта, как человеческое тело, подкрепляется тем, что у него в каждом известном нам языке очень много прагматически освоенных номинаций. Анализ целого ряда русских толковых и переводных словарей, а также научных публикаций, специально посвященных телу и телесности[20 - См., в частности, работы (Wierzbicka 2002; Рахилина 2008; Mittelberg, Evola 2014).], показывает, что представить значения слова тело (применительно к человеку) и его аналогов в других языках, используя для этого простейшие смысловые единицы (в терминологии Анны Вежбицкой – семантические атомы), крайне трудно, если вообще возможно. Все предпринимавшиеся ранее попытки это сделать, как убедительно показала А. Вежбицкая (Wierzbicka 2002), либо приводили к логическому кругу, либо значение слова тело объяснялось через такие единицы, содержание и структура которых оказывались гораздо сложнее, чем у слова тело. Ср., например, толкования, взятые из словаря (Ожегов, Шведова 1999): тело – ‘организм человека или животного в его внешних, физических формах’; организм – ‘совокупность физических и духовных свойств человека’. Здесь в толковании слова организм участвуют заведомо более сложные смысловые единицы, чем ‘тело’ и даже чем ‘организм’, то есть более простые единицы фактически толкуются через более сложные.

Семантический анализ языковых единиц, обозначающих тело, привел многих ученых, в частности тех, кто представляет Московскую и Польскую семантические школы, к выводу о том, что смысл ‘тело’ является атомарным, то есть семантически элементарным (примитивом)[21 - О том, что элемент ‘тело (англ. body)’ относится к смысловым примитивам, см. работы (Вежбицкая 1999; Гладкова 2010). Из работ, специально посвященных слову body и некоторым другим словам, называющим соматические объекты, см. словарь (Iordanskaja, Paperno 1996), отдельный выпуск журнала (Language Sciences 2006), статью (Wierzbicka 2007) и книгу (Ning Yu 2009).]. Между тем русское слово тело очевидным образом неоднозначное, и его неоднозначность ощущается всеми русскоязычными людьми[22 - Далее рассматриваются только те значения слова тело, которые относятся к человеку. Мы оставляем в стороне слово тело в значениях ‘физический объект’ (ср. твердое/материальное тело), ‘содержание некоторого информационного объекта’ (ср. тело книги/статьи) и в некоторых других. Тело, таким образом, далее – это тело человека.]. Вот три предложения, свидетельствующие о такой неоднозначности:

(6) С таким телом конкурс красоты не выиграешь.

(7) Его неуклюжее тело поддерживали короткие толстые ноги.

(8) Уберите это тело с дороги!

В первом из этих предложений слово тело, по-видимому, непосредственно соответствует примитиву ‘тело’. Условно это значение (далее лексема ТЕЛО 1) можно схематически представить себе как «остов» человека вместе с руками, ногами, головой, шеей и т. д.

Еще одно значение слова тело иллюстрирует предложение (9) Он с наслаждением погрузил свое тело в ванну, – ведь, скорее всего, человек погружал в ванну не только «остов», но и другие части тела, и тут слово тело уже не соответствует примитиву ‘тело’.

В примерах (6) и (9) тело понимается как состоящее из ряда структурных частей, и в них человек представлен, так сказать, в анатомическом и/или физиологическом аспекте. Возможность выделить этот аспект телесности человека позволяет объяснить синонимию фраз (10) На операционном столе перед врачами лежал Ильин, покрытый простыней и (11) На операционном столе перед врачами лежало покрытое простыней тело Ильина[23 - Эта фраза имеет и еще одно (возможно, более предпочтительное – «сильное», по У. Куайну) прочтение, при котором слово тело понимается как ‘тело мертвого человека’.]. Дело в том, что именно в контексте врачебной деятельности, когда осуществляются манипуляции с человеческим телом, смыслы ‘Ильин’ и ‘тело Ильина’ эквивалентны, то есть слово Ильин интерпретируется как ‘тело Ильина’.

Человек, однако, может осмысляться не только как телесное существо, но и как индивид, совмещающий в себе два начала – телесное и духовное. Вследствие этого в ряде контекстов лексема ТЕЛО 1 и ее стилистически или социально маркированные синонимы телесное/физическое начало, телесная конструкция, телесная организация [24 - Эти стилистически маркированные синонимы принадлежат преимущественно письменной речи и используются, как правило, в научных, публицистических и художественных текстах; в быту и повседневной речи люди их обычно не употребляют.]в современном русском языке употребляются как обозначение физического начала в человеке в противопоставлении началу психическому, обычно обозначаемому словами дух, душа, душевная конструкция, духовность (в одном из значений) и некоторыми другими, ср. фразы (12) Чтобы тело и душа были молоды; (13) В здоровом теле здоровый дух; (14) Душа без тела – суть, тело без души – труп (М. Цветаева).

В примере (7) слово тело обозначает тот же «остов», но уже без прикрепленных к нему частей. В этом примере представлена лексема ТЕЛО 2, значение которой можно описать как ‘Тело 1 без рук, ног, головы и шеи’; таким образом, и здесь употребление слова тело не соответствует семантическому примитиву. Другие примеры с лексемой ТЕЛО 2 – это сочетание растирание тела и конечностей и предложение (15) Сначала массажист работал над ее телом, потом принялся массировать ее руки и ноги.

О наличии у слова тело данного значения свидетельствует также сочетание полный человек, в котором слово тело вообще отсутствует. В самом деле, это сочетание говорит о большом объеме тела, то есть остова, но не говорит, например, ничего о полноте рук или ног: руки и ноги у полного человека вполне могут быть неполными и даже просто худыми. Аналогично, выражение крепко сбитый человек, используемое преимущественно для характеристики мужского тела, указывает на мускулистый и твердый корпус, но не на руки, ноги, голову, шею и пр.

Лексема ТЕЛО 2 синонимична словам туловище, корпус, торс (в соответствующих значениях). Однако слова тело, туловище, корпус и торс не являются абсолютными синонимами. Если слово тело в рассматриваемом значении является семантически нейтральным, то остальные лексемы отличаются одна от другой и от слова тело смысловыми акцентами.

Например, в слове корпус на передний план выходит идея тела как единства разных частей, что проявляется, в частности, в переносных значениях этого слова, ср. армейский корпус, корпус судна, корпус здания (дома или здания, где находятся общественные учреждения, например, медицинский корпус, университетский корпус).

В слове туловище подчеркивается материальность тела и то, что к телу прикреплены основные его части – голова и конечности. Поэтому слова тело и туловище взаимозаменяемы в сочетаниях, так сказать, «физического» характера (ср. объем тела и объем туловища – оба сочетания допустимы и эквивалентны по смыслу), но не взаимозаменяемы в сочетаниях, говорящих о красоте человеческого тела (ср. красивое тело и *красивое туловище).

Слово торс не случайно присутствует в дискурсах художников и скульпторов, то есть людей, занимающихся искусством изображения тела, а также в речи искусствоведов. Иными словами, в семантическом фокусе слова торс находятся эстетические характеристики человеческого тела[25 - См. обсуждение слова торс на сайте В. И. Беликова (Беликов 2007).].

В приведенном выше примере (8) мы встречаемся с третьим значением слова тело, соответствующим лексеме ТЕЛО 3 ‘мертвец, труп’. Та же лексема входит в предложения (16) Ворвавшись в дом, солдаты обнаружили там три тела и (17) Знаешь, с охоты его принесли,/Тело у старого дуба нашли (А. Ахматова. Сероглазый король).

У слова тело в разных его значениях (применительно к человеку) есть особые употребления. Один тип употреблений иллюстрируется фразеологическими сочетаниями быть в теле, спасть с тела – они акцентируют разную степень наполненности тела. Другой тип употреблений иллюстрирует предложение (18) На невысокой железной кровати из-под отброшенного легкого покрывала смутно белелось нагое Гришино тело (Ф. Сологуб. Звериный быт), где в фокусе находится внешняя оболочка тела. В этом типе употреблений слово тело часто бывает контекстно синонимично сочетаниям контуры тела и очертания тела. Такое употребление дополняет синонимический ряд фигура, контур, силуэт. Разумеется, каждая единица, входящая в этот ряд, обладает своей смысловой спецификой. В частности, слово фигура может обозначать человека, в отличие, например, от слова контур[26 - Слово фигура восходит к многозначному латинскому слову figura со значениями ‘форма, общий вид, образ’, а также ‘тень’, ‘идея’ и некоторыми другими, которое в свою очередь является производным от fingo, finxi, finctum ‘образовывать, формировать, создавать’. Для разных значений слова фигура свойственно разделение формы и субстанции: форма мыслится в отвлечении от заполняющей ее материи. Отсюда основное значение этого слова применительно к человеку – это ‘внешнее очертание человека’. Когда речь заходит о внешнем очертании человека, фигура часто противопоставляется лицу, с которым связывается личностное начало человека, ср. предложение (19) <…> Женщина всегда впечатлительнее к фигуре мужчины, чем к лицу его (В. Розанов. Танцы невинности (Айседора Дункан)). Будучи противопоставлены, фигура и лицо могут получать разные эстетические оценки. Два других значения слова фигура применительно к человеку представлены примерами (20) Метрах в тридцати навстречу мне идет, не спеша, знакомая до боли высокая фигура в цилиндре (А. Фролова. Северный ветер) и (21) Центральная историческая фигура повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка» – Емельян Пугачев (Пугачев и его сподвижники / Litra.ru).], а слово силуэт применяется к человеку, когда его тело плохо видно, например, из?за темноты или большого расстояния от говорящего, ср. (22) Скала напоминает очертаниями силуэт сидящего человека и (23) Скала напоминает очертаниями тело сидящего человека.

Слово силуэт обозначает также человеческое тело в связи с необходимостью это тело одеть, то есть в связи с одеждой, в частности с ее моделированием и шитьем (ср. название журнала мод «Силуэт», а также предложение (24) Модели темных оттенков с небольшим разрезом придают гармоничность силуэту), либо в связи с особенностями подачи тела в разных видах искусства – в кино, театре (ср. номинацию театр теней, где тень – это разновидность силуэта), живописи, скульптуре.

В заключение данного раздела приведем синоптический список лексем, входящих в многозначное слово тело и относящихся к человеку: ТЕЛО 1 – семантический примитив (в целях пояснения: ‘остов с руками, ногами, головой и шеей’); ТЕЛО 2 – ‘тело (ТЕЛО 1) без рук, ног, головы и шеи’; ТЕЛО 3 – ‘мертвый человек, мертвец, труп’.

3.2. Части тела

Наиболее освоенный русским языком класс соматических объектов составляют так называемые части тела[27 - Иногда часть тела вызывает у людей даже больший интерес, чем само тело. Она, как Нос у Гоголя или Рука у Кортасара (рассказ «Сезон руки»), может начать жить своей собственной жизнью, одушевляется и обретает индивидуальность. В таких случаях возникает новая, как правило художественная, реальность, новое пространство бытования тела.]. Казалось бы, любой человек, владеющий русским языком, хорошо знает, что такое части тела, – настолько часто он говорит о них в самых разных ситуациях. Между тем можно с уверенностью утверждать, что впечатление, будто бы все люди одинаково понимают смысл сочетания часть тела, является иллюзорным. Дело в том, что это сочетание устроено весьма прихотливым образом, поскольку не только слово тело, но и слово часть многозначны. О многозначности слова тело мы говорили в предыдущем параграфе; ниже мы покажем, что слово часть тоже имеет несколько значений.

В целом ряде работ А. Вежбицкой и ее коллег и учеников[28 - Сема ‘часть (part)’ вошла в список смысловых примитивов едва ли не с самого начала работ в сфере NSM – Natural Semantic Metalanguage, или ЕСМ, то есть Естественного Семантического Метаязыка. См., например, книгу А. Вежбицкой (Wierzbicka 1972), а из более поздних работ – книгу (Вежбицкая 2011а).] утверждается, что единица ‘часть’ является семантическим примитивом. Однако, как и в случае со смысловым атомом ‘тело’, примитив ‘часть’ покрывает полностью значение слова часть только в определенных контекстах. Например, это имеет место во всех тех употреблениях слова часть, когда целое известно (целое – по отношению к той части, о которой идет речь в предложении). Из сказанного вытекает, что слово часть, как правило, употребляется в предложении в сочетании со словом, обозначающим известное целое, то есть образуя синтагму часть <некоторого целого>. По этой причине неправильными или по крайней мере неполными, вырванными из контекста являются предложения *На столе лежали части и *Он купил часть.

В синтаксической конструкции вида часть целого слово, обозначающее целое, может быть разной семантической природы; ср. часть стола, где стол – это артефакт, часть дерева, где дерево – природный объект, часть содержания, где содержание – абстрактный объект. Целым может быть также соматический объект, такой как тело, голова, рука и др., и в дальнейшем мы остановимся только на сочетаниях типа часть тела, часть руки, часть лица и т. п.

На наш взгляд, в единицах, построенных по модели «часть целого», слово часть может пониматься двояким образом – либо как некоторая область (фрагмент пространства; далее лексема ЧАСТЬ 1), либо как некоторый объект – одна из составляющих целого, далее лексема ЧАСТЬ 2[29 - О разных возможных интерпретациях таких сочетаний см. также работу (Крысин 2009). Впрочем, в этой работе сочетания слова часть с именами соматических объектов подробно не рассматриваются.], а потому по-разному может интерпретироваться и сочетание часть тела. Обсудим его возможные интерпретации.

В примере (25) Хотя она сидела под большим зонтом, большая часть ее тела оставалась на солнце слово часть обозначает фрагмент пространства; здесь часть можно заменить на область. Такое значение слова часть (лексема ЧАСТЬ 1) является семантическим примитивом, оно максимально свободно от каких-то смысловых примесей.

Другой тип контекстов и другой случай употребления слова часть можно проиллюстрировать вопросом (26) Какие части тела вы знаете? На него люди отвечают, называя голову, руки, ноги, возможно, какие-то другие соматические объекты. Вообще, описывая человеческое тело, люди прежде всего описывают его отдельные части, иными словами, концептуализация тела обычно происходит через концептуализацию его частей. При этом, однако, люди рассматривают эти части как бы отдельно от тела, то есть так, как будто целое им неизвестно. Точно так же, отвечая на вопрос (27) Сколько рук изображено на этой картине?, мы считаем предметы, а не области и не части целого, хотя нам известно, что руки – это части тела. В обоих контекстах представлено второе значение слова часть, передаваемое лексемой ЧАСТЬ 2, ср. деталь. Эта лексема означает ‘часть (ЧАСТЬ 1) некоторого целого, рассматриваемая как объект’, а потому ее значение уже не является смысловым примитивом.

Замечание (О смысловом элементе ‘рассматриваемый’ и о функциональных заменителях частей тела)

Смысловой элемент ‘рассматриваемый’ следует понимать как ‘рассматриваемый в норме’. Он отражает существующие колебания по поводу отнесения отдельных объектов мира к частям тела. Есть объекты (артефакты), которые заменяют отсутствующие части тела, – это так называемые протезы разного вида, а есть объекты, которые помогают имеющимся частям тела функционировать. К последним относятся, например, костыли, линзы, очки, слуховые аппараты. Наконец, существуют артефакты, которые в одних случаях заменяют части тела, а в других помогают человеку в его деятельности. Таков, например, парик. Когда парик надевают люди, у которых по разным причинам мало волос или их нет вообще, парик заменяет волосы, выполняя одну из их основных функций[30 - Подробнее о волосах, их признаках и функциях см. §6 гл. III.] – эстетическую. Если же парик надевает актер, у которого есть свои волосы, то парик не заменяет волосы, а служит исключительно художественным целям. В этом случае парик может или рассматриваться как часть тела, или не рассматриваться как таковая.

Таким образом, сочетание часть тела употребляется и тогда, когда некий артефакт заменяет «настоящую» часть тела. В дальнейшем мы о таких артефактах говорить не будем.

Существуют предложения с сочетанием часть тела, где трудно понять, что имеется в виду под словом часть – ЧАСТЬ 1 или ЧАСТЬ 2. Например, что имеется в виду под словом часть в предложении (28) Все части ее измученного тела болели – какие-то области на или в теле (ЧАСТЬ 1) или какие-то телесные объекты (ЧАСТЬ 2)?

Ситуация с частями (ЧАСТЬ 2) тела непростая. Дело в том, что люди нередко называют частями тела те объекты, которые с точки зрения строгой биологической номенклатуры частями тела не является. Иными словами, наивная картина мира, которая находится в сознании рядового носителя языка, устроена в этом отношении более сложно, чем научная картина. Поясним, что мы имеем в виду.

Как мы уже говорили, в биологии и физиологии частями тела называют строго определенные соматические объекты, которые, по-видимому, можно задать только списком. Это руки, ноги, спина, живот, голова и еще некоторые другие объекты, каждый из них со своей структурой и со своими функциями. Все эти объекты видимые, они наиболее известные из всех прочих соматических объектов. Действительно, с ними люди знакомятся в самом раннем детстве: маленькие дети их рисуют, умеют их показывать и говорить о них. Эти объекты являются основными элементами в структуре человеческого тела. Они сравнительно крупные, и все членятся на структурно и функционально определенные части, имеющие стандартные имена. Между тем сами такие объекты не входят в качестве частей в состав других соматических объектов, то есть ‘целым’ для них является тело и только тело. Все они отличаются высокой степенью связанности с другими телесными объектами и большой культурной, коммуникативной и социальной значимостью. Рядовой носитель языка называет частями тела также и части таких частей[31 - О типе соматических объектов «части частей тела» см. ниже п. 3.3 §3 гл. I.]. Так, он может отнести к частям тела нос, рот, пальцы, уши и т. п. Вообще, человек может назвать частью тела практически любой телесный объект, ср. предложения (29) В едином движении перемещать все части тела и осуществлять переходы в плавном, но быстром и импульсивном действии (А. Яшкин. Стойки в каратэ); (30) Кажется, не умом и не сердцем, а какой-то другой частью тела (М. Бергер. Фонетический выбор России).

Сознавая реальное положение дел, мы тем не менее будем придерживаться более строгого членения и считать, что нос, рот, пальцы и уши являются не частями тела, а частями частей тела, частями частей частей тела и т. д. Это дает нам возможность построить более дробную классификацию соматических объектов, распределив их по типам. В нашей классификации настоящие (не наивно-языковые) части тела образуют отдельный класс.

В таком подходе есть еще одно преимущество, помимо формальной строгости. Дело в том, что, как показывает анализ нашего материала, у частей частей тела (а также единиц более глубокого уровня членимости[32 - Глубина членимости телесных объектов, установленная по разным языкам, не превосходит шести.]) обычно бывает более узкий набор функций по сравнению с набором функций у частей тела; им свойственны также более определенные аномалии, или дисфункции. Морфологию и структурные свойства частей частей тела тоже в общем случае описать проще, чем морфологию и структурные свойства частей тела. Например, чтобы описать форму руки, нужно, помимо формы остальных ее частей и соотношения их друг с другом и с рукой в целом, описать форму пальцев. Таким образом, описание формы целого сложнее, чем описание формы части. Точно так же нетрудно показать, что и структура целого сложнее, чем структура части: в ней содержится и большее число элементов, и более разветвленная и сложная система связей.

Вернемся к сочетанию часть тела с лексемой ЧАСТЬ 2. Оно настолько употребительно в лингвистических текстах, что создается впечатление о его терминологичности. Так, это сочетание нередко встречается в качестве синтаксически связанного элемента толкований многих слов[33 - Ср. толкования из словаря (Ожегов, Шведова 1999): голова – ‘часть тела человека (или животного), состоящая из черепной коробки и лица (у животного морды)…’, шея – ‘часть тела, соединяющая голову с туловищем’, ягодица – ‘одна из выпуклых частей тела человека между поясницей и бедрами’.]. Кроме того, термин часть тела обычно используется для описания моделей управления предикатных слов и их синтаксической сочетаемости. Например, характеризуя глаголы деструкции (разрушить, разбить, расколоть, раздробить и др.), обычно указывают объект или инструмент, с помощью которого совершается разрушение структуры целого, и говорят, что в качестве такого инструмента могут выступать части тела (наряду с артефактами и другими природными объектами). Сочетанием часть тела активно пользуются грамматисты при описании закономерностей синтаксического употребления предложных и предложно-падежных форм. Например, в русской грамматике принято выделять родительный падеж со значением ‘часть целого’, где в роли целого может выступать, наряду с другими объектами, также и тело. Больше того, родительный части тела нередко выделяется как самостоятельный родительный падеж, отличный от других родительных падежей со значением ‘часть целого’. Выделение такого самостоятельного падежа можно мотивировать, в частности, тем, что в некоторых контекстах имеет место противопоставление родительного части целого и родительного части тела. Например, предложения, содержащие предложно-падежную форму с родительным части тела, синонимичны соответствующим предложениям с дательным посессора, ср. (31) Он поцеловал ее руку (родительный части тела) и (32) Он поцеловал ей руку (дательный посессора). Между тем предложения с родительным части целого (не тела!) не синонимичны соответствующим предложениям с дательным посессора. Более того, предложения с дательным посессора чаще всего являются грамматически неправильными, ср. нормальное предложение (33) Он поцеловал полотнище флага и аномальное (34) *Он поцеловал полотнище флагу[34 - О подобного рода явлениях см. подробнее в книгах (Апресян 1995 т. 1, 34 со ссылкой на Wierzbicka 1967; Рахилина 2008).].

А вот еще один пример использования в лингвистических исследованиях термина часть тела. Характеризуя употребление некоторых русских предложно-падежных форм, особо отмечают, что сочетания вида N1 у N2, где N1 и N2 – существительные, причем N2 стоит в родительном падеже, являются грамматически правильными, если N1 является частью тела, а N2 – ее обладателем (ср. правильные выражения руки у Петра длинные; глаза у Маши голубые). Однако если N1 и N2 связаны отношением «часть целого», но не «часть тела», то такие сочетания допустимы далеко не всегда (ср. аномальные *библиография у диссертации; *действие у драмы; *цех у завода при правильных библиография у диссертации весьма обширная, действие у этой драмы захватывающее и пр.)[35 - См. об этих видах сочетаний N1 у N2Gen в их соотношении с сочетаниями N1 N2Gen в (Крейдлин 1980). Впоследствии этим и другим посессивным конструкциям уделялось очень много внимания. Описывались их структура, семантика и функционирование в разных языках. См., например, работы (Иорданская, Мельчук 1995; Кибрик 1999) и близкие к ним (Кибрик, Брыкина, Хитров 2004; Гращенков 2007).].

Заканчивая обсуждение класса соматических объектов части тела, подчеркнем еще раз, что принадлежность объекта к этому классу непосредственно вытекает из толкования его стандартного имени.

В заключение параграфа приведем синоптический список значений слова часть:

ЧАСТЬ 1 – семантический примитив (в целях пояснения: ‘область некоторого известного целого’); ЧАСТЬ 2 – ‘часть (ЧАСТЬ 1) некоторого целого, рассматриваемая как объект’.

3.3. Части частей тела

Ниже из множества частей соматических объектов рассматриваются только части частей тела.

Как правило, части тела состоят из отдельных частей, большинство из которых имеют стандартные языковые имена. Голова состоит из таких частей, как затылок, макушка, лицо, лоб и др. В состав руки входят плечо, локоть, запястье и кисть. В свою очередь, некоторые из перечисленных частей частей тела членятся на более мелкие части, и это уже членение второго уровня. А для некоторых соматических объектов возможно членение третьего уровня. Такова, например, рука. В ней вычленяется часть «кисть», в кисти – часть «пальцы», а в пальцах – часть «подушечки».

По сути дела, мы здесь ввели два понятия – уровень членимости соматического объекта и глубина членимости соматического объекта. В этой связи встают вопросы: (а) Все ли части тела членятся на какие-то значимые части?; (б) Совпадают ли уровни членимости соматических объектов в научном и бытовом представлении?; (в) Каковы средний и максимальный уровни членимости у соматических объектов в данном языке?

Наличие большого числа уровней членимости и языковых обозначений единиц каждого уровня говорит о том, что язык обладает разветвленной системой имен соматических объектов и что соматический объект, у которого число уровней членимости максимально или близко к максимальному, прагматически хорошо освоен этим языком.

Имена многих соматических объектов имеют в составе толкований одну из семантических структур следующих видов: ‘тело’, ‘часть тела’, ‘часть части тела’, ‘часть части части тела’ и т. д., которые либо являются семантическими примитивами, либо могут быть сведены к таковым. В целях сокращения при толковании таких слов, как пальцы, подушечки, мочка, мы рассматриваем их как обозначающие части соответственно кистей рук, пальцев и уха, то есть толкуем их через семантический элемент ‘часть’ и ближайшее родовое понятие.

Отметим еще один момент, связанный с соматическими объектами и членимостью их на части. Для жизнедеятельности человека очень важна специализация частей тела, а именно выполнение ими определенных действий и функций. Изучение большого языкового и жестового материала показывает, что не только для каждой части тела, но и для каждой части части тела можно указать характерные для нее функции или дисфункции. Например, ладонь участвует в таком действии, как удерживание относительно небольших предметов. Она активно используется также в жестах со значением ‘выражение отношения к другому человеку’ (ср. жесты пощечина, поглаживание, похлопывание) и обозначает плоскость во многих так называемых инструментальных жестах – ср. жест кулаком, имитирующий забивание гвоздя, или жест, условно называемый либо «резать», либо «ножницы». Огромное количество действий выполняется пальцами; труднее указать действия руки, в которых пальцы совсем не принимали бы участия.

Когда встает проблема межъязыкового сопоставления систем соматических объектов, возникает еще один ряд содержательных вопросов: (г) Одинаково ли в разных языках членятся соматические объекты, имена которых эквивалентны друг другу?; (д) Каковы имена единиц среднего и максимального уровня членимости для данного естественнного языка?

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 13 >>