Подбежал профессор.
– Неужели этот кретин напал на тебя?
Его вопрос, направленный скорее в воздух, нежели ко мне, не подразумевал ответа и скорее походил на размышление.
– Лучше подкиньте полотенце.
– Да, конечно, прости.
Абориген без сознания лежал оседланный Себастьяном. Профессор склонился над ними.
– Вот что за блядство!
– Профессор, полотенце!
– Да-да… Прости.
Я закуталась. Жеро подошел к Себастьяну.
– Как он, живой?
– Да я его слегка. Хотя… профессор, посветите.
– Себастьян, с нас три шкуры снимут, если ты его задел посмертно.
Я возмутилась:
– Так за дело.
– Не будь жестокой. Он впервые видит белую женщину. Да и вообще… – Жеро махнул на меня рукой. – Вроде дышит. Слава богу, давай-ка, Себа, мы его перетащим на лежанку.
– Что? Он будет лежать с нами?
– Франка, не шуми. Ну правда, ты видимо не туда отправилась, тебе бы в Дисней Ленд.
– Он попытался меня…
– Да понятно, что он пытался. Естественно, он с нами спать не будет. Уложим его под навес, где он и ночует.
– Благодарю.
– Не нужно. Им запрещено находиться в исследовательских пунктах.
– А что если он проснется и захочет отомстить?
– Кому? За что? За то, что полез куда не следует? Я думаю он не совсем уж чучело. Да-да, Себастьян, я за ноги.
Я забралась к себе, на верхнюю полку. Там, прикрываясь полотенцем, я и оделась. На первом ярусе кое-как валялись вещи Жеро. Профессор закрыл ноутбук и потёр ладони.
– Ну что ж, садимся к столу, отметим удачную охоту.
– И второе рождение.
– Да брось, Франка. – Жеро достал из шкафа рюмки. – Кто что будет пить?
Мы ели из мисок, полностью нашпигованных пюре. Скорее такая доза более подходит для английского мастифа, чем для человека, но сейчас мы неплохо перекликались со сворой псов. Две пустые бутылки граппы под столом. Я пожелала «спокойной ночи» первая. Себастьян рухнул на матрас минут через сорок. Охотник – самый стойкий, убрал посуду и снова открыл ноутбук.
Я проснулась от многоголосия.
Радио.
«…выступил со срочным докладом…»
Я прижала подушку к лицу.
«…поставки новых самолетов заморожены…»
Голова кружится.
«…аннулировали многомиллиардный контракт на покупку трехсот пассажирских самолетов Unitarair PIK92…».
Рыжеет за тканевыми стенами. Жеро, в проводах за рабочим столом, разбирался с бумагами. Все в той же одежде.
– Доброе утро. Вы не ложились?
– Доброе. Почему? Я встал около часа тому назад. Смешно, но я и забыл про тебя, спишь тихо. – Жеро чихнул и поменялся в лице. – Ладно, вставай потихоньку. Себастьян, уже что-то приготовил.
– Что?
– Какую-то кашу.
Я скривилась.
– Хоть на молоке?
– На сгущеном.
– Вы уже завтракали?
– Я выпил кофе с какой-то бадьей.
– Какой?
– Которую нашел.
– А что…
– Франка, встань и посмотри. Когда ем, я не особо вникаю что именно.