Сумеречный принц
Возникло неловкое молчание, впрочем, как и всегда. Меня все устраивало, наоборот, молилась, чтобы он не заговорил со мной. Лучше полюбоваться окружающей красотой.
– Ты похудела, – прервал приятную для меня тишину. – Ешь больше.
– Я учту, – нет, не учту, но, если не соглашусь, наедет.
Аппетита не было в последний год из-за всей этой суматохи и поведения императора.
– Не лги, что я тебе говорил об этом? Что там с Ирис?
Алекс надавил на больную мозоль. Мне не хотелось использовать живое существо для достижения целей, а уж тем более шпионить за феей. Пытаться выведать у нее о царстве, попробовать сдружиться. Именно этого от меня требовали.
– Ирис не обсуждает политику со мной, мы всего несколько недель знакомы.
– Ты бесполезная, все же стоило оставить тебя гнить во дворце.
Прикусила губу, сдерживая судороги.
– И перестань вести себя, как шлюшенция.
Подняла глаза в удивлении.
– Хватит кусать губы, это пошло, – пояснили все же.
– Дышать тоже перестану, это невежливо, – тихо ответила я.
Рывок, и стул вместе со мной оказался слишком близко к нему, даже охнуть не успела. Договорилась.
– Значит, химера?
– Что? – не понимаю его. Вроде с имперским языком у меня все хорошо, даже акцента почти не осталось, но будто на разных языках разговариваем.
– Тебя так называют, предполагаешь почему?
Нахмурилась, конечно, оскорбляют, что еще имперцы могут делать по отношению к человеческой расе?
– Твоя самооценка оставляет желать лучшего, – прикасается к шее и покрывает легким поцелуем.
Что?! Я из обычной человечинки, которая, между прочим, по словам Алекса, «для Вечных была едой до времен Исхода» превратилась в мировую красавицу?
Вечные хоть и являются пришлыми в наш мир, но заняли здесь главное место в общей иерархии рас. И это их больше остальных заставляло выказывать презрение к людям. Демоны, сниксы и берсерки – самые опасные и хищные, сохранившие животное начало даже после стольких эпох эволюции. И, конечно, до времен Исхода – времени, когда они пришли сюда, в их мире было нормальным лакомиться нами. Хорошо, хоть сейчас такого нет, но в Сумеречной империи самым малочисленным считалось человеческое население, в отличие от антипода Рассветной, преобладавшей частью которой являлись люди.
– Ты чего? – щеки опалило румянцем, он никогда так не делал. Не считаю те случаи, когда оставлялись отметины для того, чтобы позлить отца и показать, что я на его стороне.
– Проверял, настолько ли это противно или просто барьер в голове.
Да, конечно, меня же можно использовать в качестве инструмента для проверки.
– Ты действительно красивая, жаль, что мерзкая человечинка.
– Я рада, что я «мерзкая человечинка».
Все в репертуаре Стаури, сделал комплимент и оскорбил одновременно.
– Ты же не будешь обижаться на правду? – его бровь поползла вверх.
– Это неправда.
– И что здесь «неправдивого»?
Но я решила раньше сменить тему, чтобы не отвечать на этот вопрос. Тем более, у меня просьба, которую было немного страшно даже озвучивать.
– Алекс, я хотела кое о чем попросить. Могу ли я… у нас группа хочет сходить вместе куда-нибудь, и…
– Нет, – отрезал он, даже не дослушав.
– Но я же ничего не делаю плохого, там и Ирис будет. Пожалуйста, я вернусь вовремя.
– Нет. Я уже сказал.
– Алекс, в этом нет ничего плохого, просто хочу с группой пообщаться. Там все наши будут.
– Достаточно.
– Ты всегда общаешься в той манере, которая удобна тебе. Почему нельзя проявить хоть немного эмпатии? Вот почему?
Иногда нервы сдавали. Когда с тобой вечно общаются односоставными предложениями, становится сложным оставаться спокойной. У меня во дворце почти не было друзей, исключая Тин и Арана, но со вторым мне строго-настрого запретил общаться Алекс. Как запретил, просто поставил перед фактом. Слезы потекли по щекам. В кабинет вошел официант, а я, не выдержав, ушла в уборную. Всхлипнула, утирая глупые следы собственной слабости. Видимо, еду разложили, потому что за дверью послышался голос:
– Люси, выйди, у меня еще дела в Службе безопасности.
Ненавистно посмотрела на свое отражение и, вымыв руки, отвернулась. Завтрак проходил молча, я ела блинчики, выбрав из четырнадцати разных соусов только шоколад. Он молча жевал омлет с брокколи и сладким перцем, все так неловко, что хотелось быстрее закончить.
***
Служба безопасности, построенная на Большом драконьем проспекте, выглядела, как гранитный фасад, украшенный решетками, растительным орнаментом и скульптурами морских сирен. Угловая часть, прикрытая стеклянной башней, в противовес изображала крылатых валькирий. Одна из дев держала щит, а другая – меч, между ними стояла стеклянная эльфийка с весами, символизировавшими равновесие. По вечерам скульптура освещалась багровым цветом, выглядело очень загадочно. Казалось, что здесь только три этажа, но на самом деле здание глубоко уходило в подземелье.
– Сайэфилия, иди ко мне, – произнес Алекс, стоя в середине пустующей приемной.
Из двери, не ведущей в его кабинет, высунулась рыжая макушка. Я сама вытянулась, рассматривая небольшую кладовую, наполненную папками с надписями «Личное дело».
– Да, ваше высочество? – серьезно произнесла она.
– Красота моя, – весело хмыкнул он. Даже странно такие эмоции видеть на лице, – присмотри за малышкой.
Она улыбнулась, тоже оценила иронию, по которой так называемая «малышка» была выше нее самой.
– Малышка?
– По сути, взрослая, по факту, моя невеста. Следи хорошо, дай там книги почитать или что еще попросит. Люсия тер Коутен, коротко леди Коутен.
– Приняла, ваше высочество, – она продемонстрировала изящный книксен и кивнула. – Мрачных, леди Коутен. Вы можете меня называть просто Сайэфилия.
– Приятно познакомиться, леди Сайэфилия, – улыбнулась я ей, также сделав книксен.
– Так, Саф, что у меня сейчас?
– Совещание через семь минут, лорд Лир уже там, лорд Эднетт также вернулся с задания, лорд Ханрикс вместе с лордом Лиром.
На этом Алекс решил покинуть нас.
– Леди, вам удобнее в кабинете его высочества или здесь? – светло-желтые раскосые глаза, напоминавшие лисьи, смотрели пытливо, с толикой любопытства и ожидания.
– Я бы хотела здесь, – ответила, оглядев небольшую комнату с диванчиками для посетителей, тяжелым столом и стеклянными шкафами на всех стенах.
– Хорошо, я закончу с одним делом и выполню поручение его высочества, – она вытащила из ящичка стола сборник эльфийских сказок и вручила мне. – Полагаю, вам будет интересно.
Как странно, откуда она знала о моей любви к сказкам, тем более к эльфийским? И откуда эта книга здесь взялась? Отвлекать секретаря не стала, тем более леди, потеряв всякий интерес, достала из шкафа очень толстую папку, которую, мне казалось, такая хрупкая девушка не смогла бы никак удержать. Но она спокойно подошла к заваленному бумагами столу и положила талмуд прямо на них. С насупленными бровями открыла его, а потом, ткнув пальцем в какую-то строчку, начала полушепотом читать и, что меня удивило, преподнесла руку с браслетом, отчего кристалл на нем засветился. Браслет, записывающий информацию? Впервые такое вижу. Леди Сайэфилия с серьезным видом закрыла папку и положила обратно в шкаф, впоследствии активировав заклинание защиты.
Повернувшись ко мне после всех этих действий, она точно лисьим прищуром уловила взгляд на своей руке. Я смутилась, ну ведь прекрасная же вещь, как такой открыто не восхищаться?
– Леди Коутен, вас что-то удивило? – осторожно поинтересовалась она.
– Вы переписали всю информацию из страницы в браслет?
Она кивнула и собралась ответить, но ее перебил шум, доносившийся со стороны коридора.
– Сайэфилия, что за прекрасный запах?
В помещение ворвался темноволосый высокий мужчина, в расе которого я угадала высшего демона.
– А что это за снежок?
Секретарь не успела отреагировать, а он продолжил засыпать вопросами.
– Саи, откуда сие прекрасное человеческое существо?
Моя ладонь оказалась в его цепких когтистых руках. Попыталась отодвинуться, но тот схватил за кисть.
– Лорд Карвер, – это прекрасное человеческое существо с прекрасным ароматом – леди одного очень уважаемого лорда. Не советую лишний раз трогать, – девушка посмотрела на него с вызовом.
– Отпустите, пожалуйста, мне неприятно, – решила подать голос я.
– Кому принадлежит это безобидное создание?
Меня просто проигнорировали, будто неживое существо перед ним.
– Я никому не принадлежу, – постаралась вырвать руку.
– Лорд Карвер, хватит, – Сайэфилия вмиг преобразилась.
– Не могу, – он прикрыл глаза. – Она невероятно пахнет, не представляешь. Дай имя лорда, Сай.
– Отпустите! – выкрикнула я.
– Алекс Стаури, – секретарь серьезно посмотрела на демона. – Учитывая ваше нахождение в приемной его кабинета, могли бы догадаться.
Имя Алекса подействовало, как серебро на оборотня. Он отшатнулся и рассыпался в извинениях.
– Прошу простить, леди.
– Коутен, – с неприязнью помогла леди.
– Коутен, – подобострастно добавил демон.
– Лорд Карвер, вы ведь понимаете, что его высочеству обязательно будет доложено о случившемся? Чистокровные люди находятся под охраной короны.
– Да, искренне прошу принять мои извинения.
Не хотелось не то, что принимать извинений от него, но даже находиться в одном помещении.
– Просто уйдите, – отвернулась, игнорируя его оправдания.
– Леди, Коутен, простите за произошедшее. Сейчас я закончу и отведу вас на примерку платья.
Странно, она не знала моего имени, но знала о примерке платья, кажется, у них с Алексом существовал способ общения.
– А можно мне здесь посидеть?
Не хочу идти к императрице и к принцессе.
– Я тихо, даже мешать не буду.
– Хорошо, леди Коутен, надеюсь, его темнейшество не будет сильно ругать, – в улыбке Сайэфилии появилось что-то материнское. Смешная, но непробиваемую серьезность она вернула себе сразу. Быстрым кивком ответила на мою благодарность и уткнулась в записи, позволяя мне продолжить свое дело, хотя настроение уже было испорчено.
Глава 10. Стаури
– Итак, кто что выяснил с убийством сиэлийского князя? – генерал прищурился, направляя свой взгляд на меня. По факту, я не должен был здесь присутствовать, но сейчас чувство эйфории заставило улыбнуться.
– Драгоценные глаза, – многозначительно начал вампир Макс, – рудимент, дающий владельцу видеть суть происходящего. Вероятно, князь увидел что-то, что не позволило оставить его в живых.
– Это очевидно, лорд Эднетт, что-то посущественнее имеется?
– А вы думаете, из расчлененки можно что-то вытащить? – не удержался Райан, скучно рассматривая начальника.
– Лорд Ханрикс, чувствую, заповедник давно не обновлялся. Отправитесь в Приграничье и привезете десяток хороших умертвий.
Райан насупился, понимая, что не стоило лишний раз язвить.
– Убийство князя, вероятно, имеет политическое подспорье. Сиэлия может выдвинуть претензии и пойти войной, – вставил кто-то, над чем я посмеялся про себя.
Это жалкое человеческое государство не рискнет идти против могущественной империи, даже намеренное убийство монаршей особы не может сподвигнуть их на подобное. Генерал буквально прочитал мои мысли, отвергнув это предположение.
– На данный момент невеста лорда Стаури гарант того, что Сиэлия будет контролировать границы человеческих земель. Во всем остальном они слабы. Единственным уникумом был князь. Ваше высочество, насколько мне известно, у принцессы отсутствует магия?
Сдержанно кивнул, ожидая дальнейшего хода мыслей начальника.
– Так же, как у большей части царской семьи.
– Что вы хотите этим сказать? – сухо поинтересовался я.
Генералу не понравился мой тон, он сразу решил продолжить:
– Сиэлия не станет предъявлять претензии.
– Драгоценные глаза помогают видеть не только сущность всего живого, но и выходят на метафизический уровень, – это уже я. Генерал сощурил свои и так узкие глаза. – Князь видел не просто что-то, а конкретно какую-то тварину из другого мира. Если мы найдем его глаза, ответ окажется на поверхности.
– У вашей невесты есть подобный дар? – начальник соседнего отдела, контрразведка.
– Отсутствует. Обычные карие глаза, – откинулся на спинку стула.
– Я бы сказал, отдаленно напоминают некоторые камни.
Посмотрел на Даллана с намерением придушить. Лучше бы закрыл свой рот, необязательно было распространяться об этом. Да, глаза Люси при отблеске солнца действительно походили на драгоценность.
– Это какие?
– Гелиодор, может быть, – легкомысленно ответил сникс.
– Или янтарь, – добавил я. Ее глаза всегда напоминали подаренный солнцем камень.
– Вот, – Даллан указал на меня. – Значит, мне не показалось. Какой камень был у князя?
– Голубой гиацинт, – сразу ответил Макс.
– Это разве не цветок? – усомнился Даллан.
– Это и камень, – раздраженно процедил я. – Даллан, глаза моей невесты ты успел рассмотреть, а вот князя с явно выраженным рудиментом, о котором знали все, почему-то забыл.
– Принцесса может быть в опасности, – заключил начальник.
– Я знаю, она под моей защитой.
– И вы не сказали об этом? – рыкнул он.
– А должен был? Это моя невеста, она со мной, ее глаза никак не влияют на расследование. И напомнить вам, что мою команду до определенных пор вообще отстранили от дела?
Я не особо-то горел желанием спать с этой человечинкой в одной комнате. Но все возможные покушения на ее душонку и жизнь заранее проанализированы, пришлось даже пожертвовать своей кроватью.
– Да, пожалуй, вы правы, – генерал немного растерялся.
Сейчас у нас имелись две основные проблемы: гули и убийство князя. Побочной являлась проблема с открытыми Изломами. Гули, по нашему расследованию, появились полгода назад просто из ниоткуда. Поскольку убивали только девушек, мы все списывали на маньяка, никто не мог поверить в то, что пустынные чудовища оказались в центре Сумеречной империи. Монстры обитали в подземельях пустыни Артсахат, расположенной ближе к Рассветной империи. К Сумеречной прилегала лишь Долина мертвых, но там они не выжили бы. По легенде, именно в долине находился доступ в государство Снерседея, основанное богом смерти Джахардом, поэтому твари туда не могли попасть. А значит, их как-то перенесли сюда искусственно. Вопрос в другом, как они выжили?
На останках князя были следы от ослиных копыт, именно это становилось главным фактом доказательства совершения убийства гулями. Его глаза… для чего они потребовались? Гиацинт – камень, помогающий видеть истину. Таким был его дар, неспроста эти глаза выкорчевали и забрали.
– Что будем делать? – мрачно произнес Даллан, обхватив лицо ладонями. Хоть сникс и старался выглядеть спокойным, эмоции выдавали черные когти, выросшие вдвое. Вторая ипостась так и просачивалась через это умиротворение.
– Боюсь ваш молодняк снова к работе пускать, – генералу явно не импонировала данная идея, ведь наша четверка, состоящая из представителей лучших семей империи, часто действовала, нарушая любые установленные правила.
– Наш, как вы выразились «молодняк», первый, кто догадался, что убийства совершаются гулями. Наш «молодняк» одним из первых обнаружил следы гулей на теле погибшего князя, – промурлыкал Райан, но смеяться над такой манерой общения никто не собирался. Все привыкли.
– Вы ведь получили официальное разрешение от императора? – я пристально посмотрел на генерала.
Вопрос риторический, дело за нами. Демон, не сводя с нас взгляда, раздраженно поправил рукав черного сюртука из плотной ткани.
– Документация. Она мне нужна.
– Хорошо, ваше высочество, – будь слово кинжалом, оно смогло бы сейчас порубить этой интонацией. – На этом совещание объявляю оконченным.
***
На первый взгляд похожее на человека, но очень изуродованного, закованное в кучу серебряных цепей, оно подняло свои изорванные веки и посмотрело прямо на меня. Точнее, посмотрело бы, глаз у него уже давно не было, но существо отлично помнило те пытки, которым подверглось, а в частности того, кто подверг его этим пыткам. Макс вызвался пойти со мной в глубины Службы безопасности – самые нижние уровни, доступ к которым был не у всех работников. Пыточные – места, где жестоко изощрялись над наиболее отъявленными преступниками.
– Стаури, – голос будто шел из недр его горла. – Стаури, – он попробовал протянуть культяпки, оставшиеся от некогда удлиненных конечностей, отрезанных от тела настолько близко, насколько позволил нож, но цепи не дали провернуть трюк. – С-с-таури, – так обычно говорили сумасшедшие.
– Он тебя узнал, – произнес Макс. – Как?
Макс был раздражен, но сохранял спокойствие, скрестив бледные руки на груди. Я ближе подошел к железным прутьям решетки и равнодушно посмотрел на существо.
– Запах, Макс, он запомнил его.
Вердикт для уродца, после такого оно не выживет. Точнее, оно не выживет ни в любом из своих исходов, но сейчас все однозначно.
– Я чувствую тебя, как бы ты не лишил меня глаз, – лицо, испещренное шрамами, ослепила омерзительная улыбка острых, словно копья, но гнилых зубов. – Присутствие темного наследия, Стаури. Здесь ты.
Опустил взгляд на ослиные копыта. Гули умели менять внешность, но одно всегда оставалось при любой трансформации – ослиные копыта. Все же эти существа были прокляты богами, а не созданы ими, такой симбиоз всего уродливого, что существовало в мире, олицетворяли только они.
– И как с этими справиться? – Макс не сдержал гнева. – Они бы сожрали все население, если бы не боялись света.
– Так и будет, – зашепелявило оно. – Скоро, совсем скоро, мы приобретем силу и уничтожим вас-с-с.
– Ты сдохнешь скорее, обойдись без пафосных речей, – не выдержал я.
Гуль это произносил на протяжении всего периода собственного заточения, уже поднадоело, честно говоря. Приказал стражнику открыть камеру и вошел в нее.
– Ал, ты что задумал? – Макс буквально влетел ко мне за решетку.
– Единственный, кому неподвластен наш яд, – гуль высунул обрубок языка. – Каковы на вкус демоны, Стаури? Почему же яд не подействовал на тебя, а, Стаури? Почему? – его речь наполнилась искренней горечью. – Может, ты не полностью демон, а?
Гуль ерничал, это единственное, что ему оставалось, он отлично понимал, что жить ему осталось совсем немного. Мы слишком долго на нем изучали слабости всех представителей данной расы.
– Ал, о чем он? Выйди оттуда уже, один укус, и ты гуль.
– Он не станет гулем, да, Стаури? – гуль слышал только мой запах, поэтому поворачивал голову ко мне.
– Макс, он ничего не сделает.
Расслабленно улыбнулся. Только нескольким было известно одно: в прошлом году на моем предплечье появилась еще одна татуировка. Очень надежная, как и все, сделанная из обсидиановых чернил, способных убить любого другого демона. Но суть не в этом, предназначение у нее было иное – скрыть шрам от укуса гуля. Я подозревал о странностях собственного организма еще после того, как не погиб от обсидианового меча, но гуль стал новым открытием. Любой, укушенный гулем, становился монстром спустя двадцать дней после заражения. Но моя кровь будто бы оттолкнула яд, оставив в подарок лишь шрам. И этот уродец почувствовал что-то.
– Стаури, – заныл он. – Стаури, насколько ты вкусно пропах этим ароматом. Напоминает того обладателя глаз, но более тонкий. Хочу-у-у.
Сохранить самообладание помогла только выдержка, натренированная годами. Он почувствовал ее просто потому, что попробовал князя. Макс внезапно схватил за руку, когтями вцепившись в предплечье.
– Ал, он о ней?
Взбешенно посмотрел на друга.
– Это женщина, – его лицо стало блаженным, – вкусная женщина. Ты весь пропах ею.
– Как ты оказался в городе? – старался не обращать внимания на эти излияния и в очередной раз попробовал выведать информацию. Дело в том, что гуль отмалчивался даже во время того, как я отрезал ему части тела, но сейчас, есть вероятность, что запах Люси смог бы разговорить его.
– Город? Ах да, назови мне ее имя, Стаури, и я расскажу тебе все. Не могу надышаться, это так приятно, подойди ближе, Стаури.
– Сейчас без члена останешься, тварь.
– Ты все равно убьешь меня, я чувствую дыхание смерти, смысл скрывать, одно имя, Стаури, и я расскажу.
– Ал, тебе не кажется, что нападающие в городе и этот странным образом отличаются?
Повернулся к вампиру, принимая во внимание его логику. А ведь Макс прав, они разные. В Артсахате они были не такими наглыми и были менее разумными, а пойманный нами – другой. Он был схвачен недалеко от одной из помоек, в которой валялась часть тела погибшего князя.
– Нам дали вход в Эстердам, некто, открывающий входы. Я не трогал гиацинта, только полакомился его останками. Искал эти глазки, вкусные, но их забрали. Я голоден, Стаури, та женщина утолит мой голод. Дай хотя бы вдохнуть ее, просто приведи, наслажусь, даже трогать не буду.
– Некто, открывающий входы, – вслух проговорил я, игнорируя мольбы зверя. – Значит, есть кто-то, кто пропустил вас сюда?
– Да, Стаури, нас пропустили, но я неспособен выживать при свете, – он скривился. – Те сильнее нас и умнее.
Этот гуль что-то среднее между обоими видами? Как такое возможно?
– Убей меня, Стаури, мне уже давно больно, но дай насладиться твоей ароматной девочкой. Гиацинт был вкусным, она вкуснее, дай, дай.
– Дальше от него толку не будет. Убиваем? – Макса уже начала нервировать вся эта одержимость зверя.
– Думаю, убить, образцы его крови есть, во всем остальном он бесполезен.
– Давай, а то у Люси головная боль сейчас начнется.
Все же врезать другу нужно будет для профилактики, какого гхарна он решил назвать ее имя?!
– Лю-си, – гуль попробовал это имя на вкус. – «Светящаяся», это даже звучит вкусно. А глаза? Глаза? Она драгоценность? – он снова провел по редким зубам всем тем, что осталось от его языка.
– Еще какая. Отправляйся в ад уже, – бросил Макс.
– Хо-ро-шо, – уголки глаз монстра озарились зубчатыми морщинами.
– Прощай, Ифрит, – начал призывать огонь, с него информации достаточно. Гуль уже давно не жилец.
– Встретимся в аду, Стаури, – он снова безумно оскалился.
– Вута, – произнес я, его тело начало покрываться волдырями.
Макс вышел из помещения. Жадные языки демонского пламени нагло хватали каждый участок тела, не брезгуя ни одной частью. Стражник отвернулся, не выдержав омерзительности всей картины. В огненном аду с отчаянным визгом, напоминавшим поросячий, погибал Ифрит, пожираемый кровавым пламенем.
Видеть этого не особо хотелось, но мне придется дождаться момента, когда все догорит, и только тогда я возьму прах и перенесу в подземелья пустыни.
Артсахат их породил, он и заберет.
Глава 11. Стаури
– Что дальше на сегодня?
– Я к себе, нужно внимательно изучить показания свидетелей и пару моментов, заодно и отмоюсь.
– Тогда я поеду в дом госпожи Бланш, она видела силуэты, похожие на монстров.
Макс, знаю точно, терпеть не мог подземелья. Покинувший свой клан несколько лет назад, за последние годы он стал намного серьезнее, чем тот взбалмошный вампиреныш, с которым я был знаком с самого детства. В отличие от Даллана и Райана, не очень приятный опыт научил его гуманности, но только по отношению к одной конкретной девушке, ставшей его слабостью. Девушка оказалась из крепких орешков, поэтому жизнь у парня ныне нелегка.
– В заповедник один не ходи, сейчас туда только некромантам разрешено.
Хорошо, что напомнил, этот бы побежал. Суть в том, что та таинственная незнакомка по совместительству некромантка, пойди она искать очередной «материал» для своих исследований в Темный лес полный умертвий, он бы отправился за ней.