– В первый раз будто, – небрежно отмахнулась она.
И я отчётливо понял, что голод для неё – обычное дело. Стало неловко, будто я пожадничал ей еды. Если подумать, она же меня спасла. Но из-за этого приводить её домой, конечно, не стоит. Не хочу, чтобы родители узнали о моём поступке.
– Хочешь, я сбегаю домой, принесу еды? Я быстро вернусь, – всё-таки нашёл альтернативное решение я.
Она окинула меня скептическим взглядом и фыркнула.
– Не вернёшься, – уверенно произнесла девочка. – Если у тебя есть родители, они не позволят тебе ходить в таком виде. Вымоют, накормят, может, даже к врачу сводят. Не меньше двух часов пройдёт. Долго.
Я ощутил укол совести.
– У меня-то они есть, а у тебя?
– Где-то определенно есть. Я же не из воздуха появи… – девочка резко замолчала, стала насторожено осматриваться и будто к чему-то прислушиваться.
Она вскочила на ноги, стянула рубашку через голову, не заморачиваясь с пуговицами, и осталась в одной майке – я только и успел отметить, что на руках россыпью проступают шрамы. Зло выругавшись, будто рассмотрев что-то мерзкое, она скомкала рубашку и как можно дальше швырнула по ветру, а сама бросилась к реке. На месте падения рубашки вспыхнул круг света, из которого возникли полупрозрачные то ли щупальца, то ли верёвки. Буквально за секунду ощупали всё вокруг себя и разрастающимся пучком выстрелили в сторону девочки. Второй пучок направился ко мне, и я даже испугаться не успел – с такой скоростью он мчался и… прошёл насквозь. А вот щупальца, что устремились к девочке, настигли её и поймали в воде даже после нырка – наверное, она не успела далеко уплыть. Потом потащили плотно опутанный, но всё ещё шевелящийся комок, в кольцо света, а через секунду и он пропал. «Неужели это всё?» – только и успел подумать я, как девочка появилась вновь. Выпала буквально из пустоты.
– Болваны, – уверено припечатала она несостоявшихся похитителей, направившись ко мне.
Вот только вслед за ней выскочило уже настоящее чудище. На первый взгляд, это была помесь пса, кота и монстра из фильма девяностых. Я оцепенел ещё больше, чем от «щупалец»: не в силах был ни пошевелиться, ни предупредить. Всё, что оставалось, – только продолжать со страхом пялиться ей за спину: вдруг сама догадается. Девочка и вправду обернулась и увидела монстра.
– Фас, хватит там скакать: ты всё уже подчистил, – девочка без страха протянула к чудищу руку. – Иди сюда.
Адский пёс послушался, по дороге сцапал забытую рубашку, даже пару раз потряс ею, как обычной тряпкой. Или действительно песок выбивал?
– Молодец, всё, домой, – она выхватила рубашку из пасти, сама её несколько раз струсила, внимательно рассмотрев, и надела. За этими простыми действиями я совсем не заметил, куда делась псина: вот только что она обходила девочку со спины – и пропала.
– Ф-ф-ас? – выдавил я.
– Ага. Скажи, прикольная кличка? – теперь она занялась своей растрёпанной причёской, перевязывая заново два хвостика.
– Н-н-нет.
– Хочешь ещё раз в речке искупаться? – это прозвучало, как угроза.
– Ещё чего, – мне пришлось отползти от неё подальше. – Что это за тварь вообще?
– Мой защитник. От магов.
Прозвучало неоднозначно: я так и не понял, он защищает её от магов или достался от магов как трофей.
– А они там, – я вспомнил её слова о том, что магов-то она – убивает, – живы вообще?
– Это всего лишь капкан. Его установщики придут позже.
– А кто тогда болваны?
– Маги, кто ещё, – ответила она, будто что-то само собой разумеющееся. И окинула меня совсем другим, изучающим взглядом. – Хм, а ты неплохо держишься: как для труса, так и для человека, который не ценит свою жизнь.
Ну, зашибись комплимент.
– Эй, ты куда? – всё ещё чувствуя лёгкую дрожь в ногах, я бросился догонять её. Чёрта с два тут останусь один.
– Для начала подальше отсюда. А там по обстоятельствам.
– У тебя что, нет никакой цели?
– Почему же, есть. Но сомневаюсь, что от тебя сейчас будет польза.
Меня это задело. Я вышел вперёд и заслонил ей дорогу, вынуждая остановиться.
– Если я так бесполезен, зачем вообще меня спасала?
Она пожала плечами и обошла меня, как досадную и неопасную помеху.
– Я всегда так делаю, если представляется возможность. Думаешь, ты такой единственный или особенный?
– Тогда почему? – растерялся я.
– Потому что могу.
– И какая тебе от этого выгода?
– Кажется, я ошиблась: ты тот ещё болтун. Тем не менее, все ещё мне нравишься.
Обычно я плохо понимаю намёки, если вообще могу их распознать, но тут ошибиться было сложно. Если я перестану нравиться ей, это не понравится уже мне. Дальше мы шли молча. Всё чаще на пути попадались знакомые. Каждый раз я напрягался, отводил взгляд, а на редкие вопросы, всё ли в порядке, отвечал: «Всё нормально. Домой иду».
Со стороны одного из дворов повеяло шашлыком. Даже у меня слюнки потекли, не говоря о девочке, чей возмущённый желудок устроил целую руладу. Она невозмутимо сорвала травинку и начала грызть.
– Ты зачем идёшь со мной? – задумчиво поинтересовалась она.
– Я тут живу неподалёку. Вон там поворот – видишь, направо. А ты куда?
– Кажется, прямо.
– Там твои знакомые живут?
– Сомневаюсь, что они будут мне рады.
Её ответ придал мне решимости.
– Тогда, может, пойдём сначала ко мне? Постоишь у калитки, пока я вынесу что-нибудь пож… перекусить.
– Ты что, боялся, будто я доставлю проблемы твоей семье? Тогда не стоит. Не беспокойся.
– Пожалуйста, позволь угостить тебя в знак благодарности.
Кажется, она сдалась. Ведь действительно голодна, только упрямо в этом не признаётся. И вообще, разве она сама изначально не собиралась ко мне в гости?