«И пусть потом глаза мои вам снятся,
Стихи мои, и так вам повторять!»
(Вам с маленькой буквы, то есть, в очень – очень множественном числе).
От скромности она, конечно, не умрёт. Никогда.
По ней я понял, что нельзя упиваться уже написанным это, может быть, позволят себе читатели.
Похоже, нажил я этой половиной портрета смертельного врага. Не хотел бы я с ней враждовать, – в удобный момент так изметелит, – родная мать не узнает. Ведь давал же себе слово никаких женских портретов после портрета тёщи Козерога!
Но чистый, белый лист бумаги так заманчив, так много обещает. Дает попробовать все твои силушки, всю страсть. В два ночи вскочишь из-за бессонницы и пишешь. Редко какая женщина так заманчива. И никакая – не доставит такого многочасового удовлетворения.
Попробуем уравновесить картину. Ведь в каждом человеке есть и хорошее, и плохое. Даже лицо человека, и то асимметрично.
Итак, слово Защитнику: «Нахальство – это профессиональное. Ведь сам же засекал по часам, как она за семь минут взяла интервью у шести заезжих московских знаменитостей и губернатора области».
Точно, видел, подтверждаю.
Защитник: «А седые нитки в черных волосах?»
И это есть. Да ещё и подкрепляется стихом:
«Начну я путь, неведомый доселе,
И новый, взрослый свой, отсчет годам».
Или даже так:
«Все прошло.
Да и вряд ли вернется.
Не искрится, не лепится снег…
И смеется,
смеется,
смеется…
Безрассудного времени
бег».
Защитник: «А истерзанный крик души?»
Видеть, слава Богу, не пришлось, но в стихах есть, и очень сильно:
«Я ничья!
Диким воплем выжжен
Надвигавшийся потолок,
И валяется в пепле рыжем
Изболевшего сердца комок».
Защитник: «Есть Нина, делающая красивые Поступки»,
Да, и причем такие, что у мужчин, видавших виды, от изумления глаза на лоб.
Так, кто же Вы на самом деле?
Нинель?
Нинка – блеф?
Смирнова? (Ну, уж это точно нет)
Воронцова?
15 марта 1997 г.
То ли возраст подошёл, то ли давняя критика подействовала, но Нина после этого портрета сильно изменилась. Издала 7 поэтических сборников и даже взялась за прозу: написала 78 рассказов. И конечно же, принята, наконец, в Союз писателей России. Стала председателем правления Калужского фонда русской словесности, заместителем главного редактора калужского журнала «Золотая Ока», главным редактором калужского издательства «Золотая Русь». Так что зовут её теперь Нина Витольдовна. Публикации пошли и в минском журнале «Новая Немига литературная», красноярском альманахе «Новый енисейский литератор», журналах «Кострома литературная» и «Звезда полей». Плюс переводы в журнале «Литературный Азербайджан».
28 января 2012 г.
Но внутренне нахальный, мальчишеский характер остался. Недавно они на пару с главным редактором своего журнала «Золотая Ока» Вадимом Наговицыным без всякого спроса взяли и напечатали внавалку и без упоминания фамилии, целую полосу дружеских шаржей на писателей, поэтов и художников Калужской области, заготовленных для моей свёрстанной книги «Портреты». Я эти шаржи заказывал и оплачивал художнику Евгению Смирнову аж, с 1997 года.
Сейчас много говорят и пишут о соблюдении прав правообладателей в сфере музыки и кино. Здесь же получается, что госп. Наговицын и Смирнова практически обокрали живого первичного 100% правообладателя. При жизни Женька всегда посылал просителей ко мне: «Обращайтесь к Салавату, он теперь хозяин и правообладатель шаржей». Ведь московские издательства преподали ему законы правообладания до тонкостей. А тут ушлая пара редакторов журнала украла шаржи за 1,5 месяца до выхода книги «Портреты», то есть нанесла двойной урон автору. Прямо, «Пираты Калужского моря» какие-то.
Предвижу отговорку, дескать, это для того, чтобы почтить память умершего художника. О том, что надо закрепить в литературе память о таком редком и талантливом художнике, как Евгений Смирнов, я задумался ещё при его жизни и в июне 2001 года написал литературный портрет «Шаржист с трагической судьбой». Он был напечатан в газете «Ваш спутник» 9 июля 2001 года, потом внутри рассказа о Евгении Смирнове в газете «Знамя» 18 июля 2002 года, а затем во 2-м выпуске альманаха «Калуга литературная» в мае 2004 года. Поэтому нет нужды иллюстрировать заказанными и оплаченными мною шаржами чужие статьи. Тем более, этот портрет нравился Женьке и он его использовал, как-то, даже для дела, при обращении в Минсоцзащиты России. Женька был щепетильным в вопросах прав и звонил, спрашивал разрешения на использование даже опубликованного литературного портрета. Вот бы этому поучиться двум нахальным редакторам.
А ведь за бортом журнала остались тысячи острых политических карикатур работы Евгения Смирнова. Нынешние боязливые российские СМИ их не смеют печатать. Вадиму Николаевичу и Нине Витольдовне надо было проявить декларируемые патриотизм, смелость и напечатать их в своём журнале как иллюстрации к воспоминаниям вдовы Анны Васильевны. И польза была бы несомненная, и закон о правообладании не был бы нарушен.
Жду скорейших извинений и компенсации. Если дождусь, то сообщу. Но верится в это с трудом…
13 октября 2013 г.
УЛЫБЫШЕВА
Марина Улыбышева
Подача моего материала по-улыбышевски, конечно же льстит. Высший пилотаж, да ещё и с юмором, и с интригой, что и говорить. Но истина дороже всего. Начнём сразу с прозы. Легко, прозрачно написанные вещи и ужасные, даже ужасающие названия: «Ужасная история», «Если нужна жертва за народ – я буду». В последней она защищает Николая Кровавого. Когда это было, чтобы поэт, поэтесса в России защищали царя? История безжалостно стёрла эти имена.
Эта последняя статья окончательно убедила меня, что нельзя направлять талант во зло. Николай II-государь был для Российской империи злом. И в первую очередь потому, что не выполнял функции Бога на земле. Позволил жене – наседке навязать свой мелкий ритм жизни, всякой придворцовой сволочи – лезть в Государевы дела. Очень высокая эга миссия – быть мудрым и решительным Государем.
В провидческой книге К.Э.Циолковского «Гений среди людей» дается объяснение, почему гении иногда убираются с Земли гораздо раньше срока.
Тому две причины:
– или Наверху, проглядывая дела Гения вперед, убеждаются, что дальше свои силы он направляет все больше и больше во имя зла, диктата и так далее;
– или дают гибелью Гения наглядный урок землянам.
Ни в коей мере не считаю Николая гением или талантом. Просто он был в тот период наиболее известной личностью. И нам наглядно, даже образно показали, чем может обернуться бездействие, торможение прогресса. Прогресс тогда представлялся в виде буржуазной республики.
Не бывает: от рабства – сразу в социализм. До социализма еще дорасти надо, а уж до коммунизма – тысячелетия понадобятся. Николай не принял мер, даже наоборот, гирей сел на прогресс, – на, получи море крови в 1917—1922 годах по всей Российской бескрайней империи. Именно он ответственен за гражданскую войну – не смягчил вовремя труженикам жизнь. И даже смерть его наглядна до предела: не выполнил то, что должно было Государю сделать ещё в 1904 году – на, получи предупреждение в лице 1905 года. Не усвоил урок – на, получи 1917 год и смерть свою и такой любимой собственной семьи в потоках подвальной крови. Государь потому и Государь, что всегда понимает, где надо пожертвовать малым количеством (даже жизней), чтоб не вызвать огромные разрушения по всей стране.