– Далеко еще до Деноса?
– До Деноса – далеко. А Фарга уже близко.
– Что это – Фарга? – вяло спросила Алиен.
Разговор немного отрезвлял одуревшее от жары сознание, и она, инстинктивно держась возле Улана, постоянно о чем-то у него спрашивала. Чаще всего он ничего не отвечал, и получалось так, что она говорит сама с собой, но Али все равно продолжала, потому что это отвлекало и помогало не сойти с ума.
– Там хоть что-нибудь растет? – спросила она через несколько минут, и после того, как он опять не ответил, добавила: – Наверное, такая же голая пустыня. Только песок и солнце, песок и солнце…
– К вечеру будем на месте.
– А скоро вечер?
Улан молчал. А Алиен все больше окутывали апатия и равнодушие, словно все чувства и эмоции высушила эта пустыня.
– Хотя какая разница… Вы же везете меня в клетку, как раба. Знаете, что нас обоих ничего хорошего там не ждет. Но все равно везете. Думаете, что я ненормальная, сбежала неизвестно с кем и неизвестно куда. Считаете меня глупой. Но кто из нас на самом деле сумасшедший? Я, кого ведут на казнь на привязи, или вы – кто идет на нее же добровольно?
Слова лились сами собой. Алиен была так вымотана, что не успевала следить за тем, что говорит. Язык заплетался, снова хотелось пить, и мысли в голове еле ворочались.
– Я иду сам, потому что я свободен, – вдруг произнес Улан. – А ты раба. Но не Дорла, а своего страха перед ним.
И больше он ничего не сказал до самого конца пути.
Фаргой оказался большой город – цветущий оазис посреди пустыни. Но Алиен, уже забывшая, когда в последний раз нормально спала, валилась с ног и почти не рассмотрела его. К тому же, на город опустилась холодная ночь, и густую темноту не разгоняли даже горевшие факелы. С тяжелой, гудящей головой, ноющей спиной и закрывающимися веками Али сползла с ворга, уже ничего не соображая, и просто поплелась, куда показывали.
– Мы нагрели вам воды.
– Что?
– Воды… Э-э-э… Вы наверное хотите искупаться?
Смысл сказанного понять было трудно. Алиен заставила себя сосредоточиться на девушке, стоявшей перед ней с немного растерянным видом.
– Госпожа Эйма приказала все приготовить… Или, может, вы хотите сначала что-нибудь съесть? – осторожно произнесла совсем уж спавшая с лица бета.
Да, Алиен была голодна, и окунуться в горячую воду она тоже была не против, но все это меркло перед тем, как ей хотелось спать. Она бы с удовольствием рухнула на кровать не раздеваясь, прямо в грязном платье, и провалилась в сон. А вдруг завтра выяснится, что все случившееся с ней – неправда, и что ей не нужно с ужасом ждать приговора Дорла…
– Где я?
– Вы в столице нашего клана, госпожа, в Фарге. Ее называют Белым Городом. Здесь очень красиво, вам обязательно понравится! За стенами города, правда, смотреть не на что, голая степь вокруг. Зато внутри…
– Мы далеко от Деноса? – прервала ее Алиен, в уме которой вертелся более важный вопрос, ведь Улан так ничего ей и не рассказал.
– Не очень. Если быстро двигаться и не делать больших остановок, то добраться туда можно меньше, чем за три дня. А айки и вовсе долетают за несколько часов!
Такой ответ Али не очень понравился. Если Дорл уже на пути сюда, то времени остается совсем мало. А вдруг он с самого начала был не в Деносе, а еще ближе? Она с ужасом прислушалась к себе, стараясь определить его присутствие. Может он уже здесь, стоит за дверью, и сейчас войдет…
– А Верховный? Он далеко?
– Я точно не знаю, – снова растерялась девушка. – Я слышала, что он где-то на Севере, я никогда там не была… Наверное, далеко.
Дышать стало легче, хотя и ненамного.
– Вашим кланом управляет Улан? – сонно пробормотала Али, поискав глазами кровать – та стояла почему-то возле сводчатых окон, большая и высокая, но отчего-то не казавшаяся громоздкой, как в Деносе и Эборе.
– Да, госпожа. Он наш альфа.
– И это его дом?
На этот раз девушка заулыбалась, будто Алиен задала ей очень приятный вопрос, на который уже заготовлен хороший, обстоятельный ответ.
– Да, госпожа. Это очень красивый дом. Как по мне – так самый лучший! Здесь даже есть…
Договорить она не успела. Ее прервала другая бета, вошедшая в комнату.
– Госпожа Эйма хочет вас увидеть. Она спрашивает, можно ли к вам зайти.
– Эйма?.. Какая Эйма?.. – Алиен силилась понять, чего от нее хотят, но как же трудно собрать расползающиеся мысли, когда в голове такой туман.
– Хозяйка дома, госпожа.
– Хозяйка дома…
Эти слова еще несколько секунд эхом звенели в ушах, но до сознания дошли не сразу. Хозяйка дома. Али наморщила лоб: Улан привез ее к себе домой, хозяйка дома, госпожа Эйма… Его жена!
– Нет-нет-нет, я не… я хочу спать… только не сейчас! Я…
– О, прости, Алиен, я не подумала, что ты будешь настолько уставшей. Просто хотела удостовериться, что с тобой все хорошо. Улан сказал, что ты не ранена, но я привела своего лекаря на всякий случай.
Сон как рукой сняло. Алиен была готова провалиться сквозь каменный пол, только бы не оборачиваться на этот тонкий, мелодичный голос, раздавшийся из-за спины. Только бы не смотреть в глаза женщине, чьего мужа она, Али, вероятно приговорила к смерти. Щеки опалило жаром.
– Лекарь сейчас за дверью, хочешь, чтобы он тебя осмотрел?
Алиен, почти не чувствуя ног, заставила себя повернуться, а вот поднять глаза пока не удавалось. Вместо этого взгляд заметался по комнате, заставляя размышлять о каких-то посторонних, ненужных вещах.
«Надо же, сколько здесь цветов!» – подумала она.
Никогда раньше она не видела, чтобы растения выращивали внутри помещения, а не снаружи. Цветы были повсюду – на столах, на полу, большие и маленькие, самых разных расцветок, они стояли в разнообразных горшках, наполненных землей, и распространяли восхитительный, тонкий аромат. Как она сразу их не заметила?
«Не комната, а сад. А я еще думала, что здесь ничего не растет».
Меньше всего в доме неразговорчивого, сухого, замкнутого Улана Алиен ожидала увидеть цветы. Странное несоответствие. Неприветливая пустыня, жаркая днем и холодная ночью, шла ему куда больше.
– Ладно, я тогда завтра зайду. Если тебе что-то понадобится, сразу зови слуг – они все сделают. Спокойной ночи.
Послышались удаляющиеся шаги. Алиен подняла взгляд.
– Эйма…